Дневник кругосветки. Как ростовчанка отправилась автостопом в Иран вместо Грузии

Ростовская путешественница Гала отправилась в кругосветку. Она планирует объездить Азию и добраться до Африки. Раз в неделю Гала будет рассказывать на 161.RU о своих приключениях в дороге. Публикуем седьмую главу «Дневника кругосветки».

Первую, вторую, третью, четвертую, пятую и шестую главы этой истории мы публиковали ранее.

Что я знаю об этом поселении? «Молокане закрыты, недружелюбны и замкнуты». Так, здесь нестыковка. «Их нельзя снимать». С первых же минут я взяла разрешение на съемку. «Они много пьют», — об этом меня предупредил последний водитель. И тут непопадание: по их вере это грех. Но обо всём по порядку.

— Александр, иди сюда, у нас гости, — зовет сына дедушка Андрей и продолжает. — Ко мне так же француз Лео попал. Три дня у меня прожил, в гости до сих пор зовет. И немку я приютил, хотела гамак в огороде растянуть, но я ее на улице не оставил.

— Любишь ты вспоминать этого ГалиЛео, — передразнивает отца Александр.

В доме складывается ощущение, что снова очутилась в детстве, где вдоль стен стоят бабушкины шифоньеры, кровати с пуховыми одеялами и настоящая русская печь.

— Вот тут у меня молитвенный уголок, здесь Библия лежит и Книга Солнца. Она только у молоканей есть, написана нашим пророком, — говорит Андрей.

— А вы общаетесь молоканями между разными поселениями? — спрашиваю.

— Да, молокане все общаются: из Грузии, Азербайджана, есть даже в Америке и Австралии. Среди своих же и жен находим, чтобы мы не затерялись. Имею ввиду, чтобы наша вера не затерялась. Мы от православия откололись.

— А бывают исключения?

— Конечно, но тогда они полностью уходят из поселения… Ты ешь, вот тебе масло и варенье от моей матушки. Сейчас кипяток принесу, а пока вот так вот пальцами лимон помни.

— Дедушка Андрей, я пока ехала, мне рассказывали про бороды ваши: взрослые всё еще отращивают их, а молодые уже стригут.

— Нет, как женятся, бороду отпускают и уже держат.

— А чем еще молокане отличаются от православных христиан?

— Как таковых попов не признаем. Молятся за деньги, хоронят за деньги. В нашем молитвенном доме есть пастырь, так он хозяйство свое держит, с 5 утра на ногах, пашет, как негр.

— А кресты носите?

— Нет, это идолопоклонничество.

— Расскажите, пожалуйста, про ваше образование. Школы-то есть? Получаете ли вы высшее образование?

— Да, у нас от школы отправляли дальше учиться, в Ростов тот же. Но это нежелательно: остаются там многие, в мир уходят.

— Человек науки женится, у него будет семья, но он уйдет от Бога, — продолжает мысль отца Александр. — И, к слову, технический прогресс — это хорошо, но не те опыты, что ставились над человеком.

— Сашка умный, он много читал, стихи знает. Вы общайтесь, а я пока пойду кабачки пожарю, — говорит дедушка

— Технический прогресс, там, например, электричество, спутники, самолеты, трактора, — это всё здорово, кроме того, что касается тела человека. Человек сотворен по образу и подобию Бога, его нельзя касаться, — считает Александр.

— Ты сейчас про хирургию?

— Я задавался вопросом: для чего все эти войны, жестокость, хирургия, болезни? Ведь Бог это допустил. И понял, что только пройдя через всё это зло, человек поймет, что есть Добро… Пойдем с тобой корову подоим.

Выходим во двор в маленькую пристройку с несколькими коровами и телятами. Пока Александр надаивает для меня парного молока, я узнаю про живность, которую они держат. Это коровы, куры, пара собак и кошка, раньше были пчелы, но заболел улей. Во дворе стоит трактор с сеном. Проходим мимо маленькой русской баньки в огород, где растут плодовые деревья. На соседних участках всё засажено ровными грядочками, а дальше вид на гору, поросшую деревьями и густой растительностью. Это разительно отличается от остальной части Армении.

В доме мне наливают парного молока. Тут и кабачки подоспели, которые дедушка Андрей заботливо перекладывает со сковородки в тарелку.

— А у вас есть какие-нибудь запреты по еде?

— Мы свиней не едим, это грех. В Библии написано, что употреблять в пищу, а что нет. Четко, ясно написано, черным по белому.

— А кроме свиней?

— Крыс никаких, нутрий там. А вот уток, кур можно, яйца, молочку — обязательно: творог, сыр. Рыбу, без чешуи которая, тоже нельзя, раков, крабов туда же.

— А есть какие-то запреты в быту, ограничения, может?

— Матом ругаться нельзя. Алкоголь, сигареты — страшный грех.

— А все придерживаются этого правила?

— Молодежь нарушает, но потом, с возрастом, доходит. Сашка как-то начал курить, так я три дня постился, каждое утро по 4 часа стоял на коленях молился, чтобы Бог помог. И он помог, бросил Сашка.

— А из одежды всё можно?

— [Женщинам] брюки нельзя — это мужская одежда. На голове должен быть платок и длинная юбка.

— Какие праздники вы отмечаете?

— Всё, что евреи празднуют, то и мы. Молокане являются новым Израилем. Мы приняли Христа, а евреи — нет. Главным праздником считается Пасха. Новый год мы не отмечаем, да и дни рождения — тоже. Но об этом тебе Сашка сможет рассказать, он лучше писание знает. В Пасху куличи готовили, яйца красили раньше, сейчас уже нет. Это ж из России пришло. Наши же корни в Липецке, Тамбове, Саратове — предки оттуда.

— А как давно вы живете на этой территории?

— 320 лет уже, еще при Александре I мы ушли от православия.

— Почему Армения?

— Так отсюда ведется начало человеческого рода. На горе Арарат Ной высадился со своего Ковчега. Это земля благословенная Богом. Тут всё вкусно, всё на высшем уровне, ради одной воды можно жить здесь. Вон, ты уже вторую кружку чая допиваешь, нравится?

Я одобрительно киваю.

— Дедушка Андрей, а мы могли бы снова вернуться к вопросу о хирургических вмешательствах, который я Саше задавала. Что вы об этом думаете?

— Если кто-то болеет, надо обратиться к Богу. У меня в семье был такой случай. Жена была беременна, а врач сказал «Срочно выкинуть плод, там миома». Я еду в Фиолетово на автобусе, со мной садится бабка Вера. Я плачу: 90-е годы, денег нет, какая операция, что делать? А она мне говорит: «Поезжай к дяде Ване „дилижанскому“ — он слепой был пророк у нас, уже умер, — помолись, и что будет сказано от Бога». Я так и сделал, собрал яйца, молоко, сыр, приезжаю, а он уже ждет меня. Я упал на колени, плачу, и было слово сказано от Бога: «Обойдется без ножа, родит дочь». Вот так Аленка уже двух детей имеет. А если бы послухал врача, ни внуков не было бы, никого не было. В первую очередь нужно обращаться к Богу.

— А в самых крайних случаях? Например, при аппендиците?

— Да, это делаем.

— Скажи, сколько детей должно быть у вас в браке?

— Должно быть много, аборт не должны делать. Аборт — это убийство, это грех.

— А как относитесь к разводам?

— Тоже грех, страшный грех. При живом супруге не имеют права ни муж, ни жена разводиться. Хорошо или плохо — должны жить до гроба.

— А что думаете про добрачные связи?

— Девчонка должны быть целомудренной.

— И последнее: у вас же бывают сходки села, собрания, что вы там обсуждаете?

— В первую очередь смирение. Надо бояться Бога, просить страх Божий. Если страх Божий спросишь, тогда и премудрость войдет и в сердце, и в разум твои.

— А что-то знаете о колдовстве?

— Если с раннего утра молишься, то никакие духи тобой не обладают. Колдунов-болтунов не надо бояться.

Полночи мы проговорили с молоканями и Виталием, которого на время они у себя приютили. Человек он не столь ортодоксальных взглядов — беседа с ним оказалась глотком свежего воздуха. Он понимал мои внутренние трансформации. Много было разговоров, что приходятся в нужное время.

На утро меня накормили гречневой кашей с молоком. Виталий вызвался проводить, а Александр водрузил на себя мой рюкзак. Мы обнялись на прощанье с дедушкой Андреем и большой компанией из нас троих и стаи собак двинулись к трассе.

Уже на трассе я крепко обняла Виталия, подала руку Саше. В этот момент затормозила легковая. Снова не пришлось стопить машину: в Армении они тормозят сами. Просто идеальный способ передвижения.

— Я двигаюсь в сторону границы с Грузией, хочу попасть сегодня в Тбилиси.

— Садись, я Лерно, около Дилижана высажу.

Автомобиль был заполнен коробками с булочками, хлебом и пончиками, которыми водитель меня и угощал. Лерно предложил развести его товар по магазинам и добросить меня прям до озера Севан.

— Если вдруг ты решишь не ехать дальше, напиши, я тебя размещу у себя и смогу дня два уделить, показывая красоты Дилижана и его округи. Армения — прекрасная страна, а люди еще лучше, подумай над этим.

В дороге я написала хосту, поблагодарив за гостеприимство, но решила заехать, чтобы попрощаться вживую. Приехав к хосту, я встретила гостивших там русскую девушку и ее молодого мужа армянина. Мы покатались на лодке, поплавали в «море», и мне снова предложили задержаться хотя бы на неделю.

За это время в кемпинг успел приехать Алексей — еще один кругосветчик. Он нашел меня в соцсетях по хештегу «кругосветка» и написал. Сам Алексей на месяц позже выдвинулся в путешествие из Москвы на пикапе, груженном эндуро и велосипедом. Мы собирались встретиться в Тбилиси. Но там он меня не дождался. А так как ему в любом случае пришлось ехать в Ереван, то встреча была предопределена. Остановился Алексей в соседнем со мной кемпинге и уже просто ждал, когда я соберусь дальше.

А дальше в планах была Грузия. Но сидя как-то вечером на пляже, я предложила попробовать получить визу в Иран. Через пару дней мы решили осуществить задуманное. Приехав в Ереван, сразу пошли в консульство Ирана. Заранее ничего не готовили, просто планировали уточнить подробности получения визы.

Первый вопрос, который прозвучал: «Когда вы хотите ехать?» Мы ответили, что в ближайшие день-два хотелось бы. «Ни слова больше» промелькнуло в глазах сотрудницы консульства. Через минуту она забирала наши паспорта и фотографии. Позже нам вернули паспорта. Сообщили, что визы будут готовы к завтрашнему утру, а от нас еще нужен будет чек об оплате. Всё стоило 90 евро. Утром мы уже забирали визы. Потом мы узнали, что бывают срочные визы и обычные. Первые делают 1-2 дня за 90 евро. Обычные делаются неделю и стоят 40 евро.

На следующий день около 7 часов утра мы выехали в Ереван. Там Алексей договорился оставить машину на неопределенный срок.

В планах было ехать на его пикапе в Иран, но всё оказалось не так просто. Во-первых, нужно снять машину с учета и поставить на нее армянские номера. Во-вторых, нужен сертификат на транспорт, который делают специализированные конторы за много денег. Скорее всего, затребуют страховку и что-то вроде утильсбора. А если учесть стоимость нашей визы, то, чтобы попасть в Иран на своем пикапе, нужно около 100 тысяч рублей. Поэтому решили ехать автостопом.

Накануне прикупили Алексею походный рюкзак. В супермаркете накупили салатов и лепешку с таном — рублей на 600 всё вышло. Прямо вдоль дороги развели пикник. Леша поставил столик, походные стульчики, было весело наблюдать за реакцией прохожих.

После мы припарковали машину во дворе многоквартирного дома у знакомой, которая согласилась за ней присмотреть. Пока Леша накрывал тентом авто, я сидела в тени и доедала свою лепешку. Мимо проходила женщина, которая, увидев кучу рюкзаков, поинтересовалась, куда это мы их.

— Мы сейчас всё уберем, не волнуйтесь, — ответили мы, пытаясь защититься и оправдаться.

— Я просто интересуюсь, куда вы путь держите.

Мы рассказали, она позвала к себе на чай. Дважды уговаривать не пришлось. У Нелли мы посидели недолго, выдвинулись дальше.

На улице стояла адская жара. Первая машина довезла до метро. Доехали до окраины и пошли в сторону дороги, ведущей на трассу. В какой-то момент из-за жары и ПМС мне стало настолько плохо, что я убежала в магазин за холодной минералкой. Мне там сразу же поставили стул и дали воду со льдом в стакане. Я пришла в себя, и мы продолжили путь.

Под мостом в тени нас подобрал Жора, который довез до Арарата. Потом помогла еще одна семья, которая провезла нас пару километров. И, наконец, долгожданная фура. За рулем Артак, и направляется он на границу с Ираном.

Оказывается, так хорошо перемещаться с попутчиком. То мне со всем приходилось справляться самой. А теперь и рюкзак подержат, и водичку подадут. Алексей еще и понимал мое состояние, подбадривал, всячески помогал. Немаловажно и то, что с водителем можно общаться по очереди. В какой-то момент, разморенная холодной минералкой и мороженым, я уснула на шконке позади водителя.

Разбудили меня на закате, чтобы показать красивое место. Мы вышли из салона и двинулись в сторону тропы, которая уже становилась еле различимой. Артак, водитель, привез нас в карстовую пещеру под Чертовым мостом. Уже темнело, поэтому людей было мало. Помочили ножки в теплых «ванночках» и двинулись дальше. Впереди ждала ночь пути до иранской границы.

Всю ночь Артак и Алексей не спали. Под утро встали на стоянку недалеко от иранской границы.

— Он тут весь день будет стоять, а нам надо идти, — сказал мне Алексей.

Я собирала вещи и вышла из машины, погружаясь в обжигающий сухой воздух.

В Армении мы наблюдали горы, поверхность которых напоминала аккуратно подстриженный газон. А здесь они походили на поверхность Марса из фантастических фильмов — пейзажи серые, желтые и терракотовые.

Артак предупреждал, что нужен платок на таможне, потом его можно будет снять. Из всего подходило маленькое полотенце, которое я обмотала вокруг головы. Границу мы прошли быстро. Кстати, иранская сторона отметки в паспорте не ставит — только на отдельном листке с визой.

В туалете познакомилась с двумя иранками. Сделали фото с их семьей. Собираем вещи и выходим на улицу.

Глава под названием «Иран» объявляется открытой.