Семья погибла в поселке Рязанской области: вскрылись страшные детали

Трагедия в поселке Желудево под Шиловом Рязанской области, где погибли шестилетние близняшки и их мама с папой, потрясла всех. А сейчас вокруг гибели семьи с детьми всплывают новые жуткие подробности. О них узнали наши коллеги из редакции YA62.RU. Дом погибшей семьи не должны были отключать. Оказывается, долги супругов уже давно были погашены их родными, а семья готовилась к новому этапу в своей жизни — строительству добротного дома уже этой весной. Люди завезли необходимые материалы, поставили фундамент. Но ни нового дома, ни хотя бы подключения газа даже после уплаты долгов они так и не дождались. Почему — пыталась разобраться журналист Кристина Мельникова, которая отправилась на место гибели четырех человек и поговорила с их соседями и родственниками. 12 февраля на сайте областного МЧС появилось сообщение из сводки: в селе Желудево произошел пожар, пострадали четыре человека. Подробностей на тот момент не было. Когда мы в то же утро позвонили в администрацию Шилова, чтобы уточнить, что же случилось, картина вырисовывалась куда более страшная. Пострадавшие оказались погибшими, причем двое из них были детьми — близнецами. Постепенно деталей становилось всё больше, и каждая новая оказывалась ужаснее предыдущей. То, что начиналось как история равнодушного формализма в духе Гоголя или Салтыкова-Щедрина, в итоге обернулось жуткой трагедий, тупиковой безысходностью и злым роком, довлеющими, как правило, над героями из романов Достоевского. Например, оказалось, что семья еще и многодетная, которая могла рассчитывать на дополнительную соцподдержку и внимание от государства: в ней, кроме погибших шестилетних мальчика и девочки, было еще трое детей. Взрослая дочь и еще одни близнецы — 17-летние братья. Они на тот момент учились в Рязани и уже не жили в доме в Желудево. Очевидно, пожар случился из-за того, что в мороз семья грела дом опасными обогревателями. Отвезти меня на место пепелища вызвался сосед погибшей семьи — местный коммунист Игорь Зеночкин. Мы встречаемся в Шилове, он приезжает на старенькой «Гранте», украшенной советскими гербами и символикой КПРФ, из магнитолы звучит «Москоу» «Раммштайн» вперемежку с советскими патриотическими. — Это у меня сын слушает этих немцев, на электрогитаре тоже играет их здорово, — объясняет Зеночкин. Сына он с четырех лет воспитывает один. И в 2019 году столкнулся с такой же историей, как и погибшая семья. Тогда он временно потерял работу, образовалась незначительная задолженность по газу, и в начале марта 2019 года, в минусовую температуру, газовщики пришли отрезать ему газ. Никаких уведомлений заранее не прислали. На то, что Игорь одинокий отец с маленьким ребенком, внимания также не обратили. Более того, тогда они ему даже не показали никаких документов, заручившись силовой поддержкой местного участкового. — Это не раз было, в этой конторе такая фигня заведена. Я открывал свой магазин секонд-хенда в Шилове и потерял работу. Ну не пошло дело, аренда дорожает, спрос маленький, и я без работы какое-то время сидел. У меня ребенок и неполная семья. И у меня в начале марта — а холодно было, минус 15 — отрезали газ. Я говорю: «Вы чего творите?» А они: «А нам наплевать, у вас долг». А там копеечный долг, вообще ни о чем. Я говорю: «А почему уведомления нет?» Они: «А это не наше дело, нас послали». Я им: «Где документы, кто вас послал, фамилии назовите». Пришел участковый, начал мне угрожать: «Наряд, говорит, вызовем». Они мне всё и открутили без каких-либо документов. Игорь решил вопрос через обращение в администрацию президента и прокуратуру. Отключение признали незаконным и газовщиков обязали бесплатно переподключить ему газ. Но Игорь — человек пробивной, по нему сразу видно, что себя он в обиду не даст. А ведь далеко не все такие. По отзывам знавших погибшую семью людей, отец семейства был человеком мягким, добрым и безотказным. Конфликтов избегал, старался всё решить своими силами. Здесь был дом. В нем играли дети Желудево — благополучное село с красивым историческим Христорождественским храмом, где служил дьячком дедушка расстрелянного поэта Николая Гумилева. Дом, что принадлежал погибшим, — старый бревенчатый сруб, выкрашенный небесно-голубой краской. Семья его купила на маткапитал после рождения первых близнецов, которым сейчас по 17 лет. Интересно, что в местной администрации сказали, что люди будто бы переехали недавно и познакомиться с ними, оказать какую-то помощь и содействие местные чиновники толком еще не успели. Первое, что бросается в глаза, — песочница возле дома с грибочком-мухоморчиком. Под ним лежат формочки, куклы, игрушечная посудка. Песочница находится чуть в стороне от сгоревшего дома, поэтому разрушение ее практически не коснулось. Кажется, что дети только что закончили игру, забежали домой обнять маму или выпить стакан молока. И что вот-вот зазвенят детские голоса и они вернутся обратно к оставленным на минуту игрушкам. Но когда заходишь в калитку, понимаешь: уже не вернутся. От дома, который, судя по всему, вспыхнул как щепка, остался только кусок стены. Всё остальное обуглилось и рассыпалось в прах. Вместе с жившими там людьми. О том, что здесь жили дети, что этих детей любили, что о них заботились, здесь кричит буквально каждый метр земли. Повсюду лежат игрушки: добротные каталки, самокаты, новенький велосипед, розовый пони, которого на черных углях пепелища видно издалека. Колесное основание от выгоревшей игрушечной электромашины, детский бассейн в форме парусника, пистолетики, ведерки и осиротевшие пупсики-голыши. Возле забора — пара детских санок, на которых зимой катали погибших близнецов. Возле калитки лежит детская самодельная открытка с вырезанными из бумаги цветами и поздравлением: «Мамочка, мамулечка, самая любимая,Будь всегда здоровая, будь всегда счастливая». Возле дома — импровизированные свежевыкрашенные клумбы, в палисаднике под окнами — садовые фигурки. Гипсовая бабуля в бирюзовом в платочке с мертвенно бледным лицом. Похоже, что лицо раскрасили дети. Раньше, наверное, она казалась забавной и добродушной, а сейчас выглядывает из-под обвалившейся стены словно сама смерть. От нее хочется отойти подальше. Аист на пепелище, где погибли дети, кажется чьей-то злой шуткой. Хочется сказать: «Ты же должен был оберегать детей, почему ты не справился?» Но понимаешь, что не справился вовсе не он. Недалеко от аиста — труба и газовый счетчик. Белый, чистенький, пожар не оставил на нем ни следа. Игорь стоит рядом со мной и матерится. — Мрази, как их земля только носит, как они спать могут спокойно, зная, что на их совести человеческие жизни, жизни детей? И ведь ничего им за это не будет, виноватыми выставят погибших, — злится он. Отходит в сторону и старается незаметно утереть слезы с глаз. Переехали на погост вместо нового дома Возле сгоревшего дома лежат еще не распечатанные упаковки с газоблоками: семья планировала на месте старого деревянного построить новый дом. Стройка уже началась: Сергей успел заложить фундамент. Погибших похоронили на местном желудевском кладбище. Мы пробираемся к свежей могиле по мягкой почве, из которой уже начали показываться первые зеленые росточки. — Вы посмотрите, каким маленьким было кладбище в советские годы и как оно стало разрастаться после 90-х. Наверное, от «хорошей жизни», — мрачно шутит Игорь. Со стороны могилы можно увидеть дом, где жили погибшие. На могиле портреты — красивая женщина, Ирина, улыбающийся мягкой улыбкой Сергей, ее муж, и кареглазые близнецы. Они смотрят прямо и не по-детски серьезно. На портретах — траурные ленты, сами фотографии утопают в мягких игрушках. Много венков. На одном из них — пожелание от крестных: «Мягких облачков». — Переселили их на мягкие облачка, да в сырую землю по соседству с домом, демографию вот так вот повышаем, — негодует Игорь. Говорит, что погибший никогда не жаловался, на вопросы отвечал, что у него всё хорошо, возле дома у него постоянно были «Нивы», другие машины, которые он ремонтировал практически нон-стоп. Долг был оплачен, но газ так и не подключили В этом же селе живет Елена — сестра погибшего отца семейства Сергея. Дома мы ее не застали, но узнали, что она работает кассиром в «Пятерочке» в соседнем Шилове. Елена отказывается говорить. Сразу, как мы заговариваем с ней, начинает плакать. — Не могу, не могу, мне еще в субботу их хоронить заново, — голос у Елены сбивается от нахлынувших слез. Потом она всё же немного успокаивается, просит коллегу ее подменить, и мы отходим в сторону, к аппарату, где нужно доставать игрушки за деньги. «И здесь опять мягкие игрушки», — невольно думаю я, вспоминая заваленную плюшевыми мишками могилу. Елена говорит, что 30 января этого года она оплатила все долги брата, включая пени. А газ им, по словам женщины, отключили еще в марте 2025 года. После этого Сергей сам подключился к газу, но газовщики снова отключили газоснабжение. — Я пошла в райгаз, говорю: «Сколько долг?» Они мне говорят, что опять незаконно подключились. Я отвечаю: «Я вообще посторонний человек. Я пришла спросить». Оказывается, он подключил газ самостоятельно, они еще приплюсовали ему туда штраф. Сумму мне назвали в 157 тысяч. Потом мне сказали, что долг — 127 тысяч. Я съездила домой, мы с мамой собрали деньги. Когда я это оплатила всё, я поехала в райгаз, где подключают. Мне сказали, что нужна справка из пожарной. Когда я поехала в пожарную, мне сказали, что надо ждать. Наверное, неделю мы подождали, они приехали и сказали: «Где стоит котел, должна быть форточка, а еще там стоит ванная, и ее там быть не должно». Я говорю: «До этого так всё и было, дом-то покупали на материнский капитал, и всё разрешалось». А сейчас — нет. Не дали справку. Сказали, когда исправите всё это, приедете и будем решать, дадим мы вам справку или не дадим. Сергей вырезал форточку, убрал ванную. И не успели. И потом, когда они уже погибли, мне позвонили из райгаза и сказали: «Приезжайте, заберите деньги, у вас там осталась переплата 16 тысяч». По словам Елены, погибшая Ирина в основном сидела с детьми, а Сергей постоянно калымил, недавно он устроился и на официальную работу. Сейчас опекунство над двумя старшими мальчиками-близнецами взяла сестра погибшей Ирины. Старшим близнецам в мае будет 18 лет. Вторые похороны погибшей семьи В субботу, 4 апреля, старшей сестре Наталье дадут ознакомиться с документами по рассмотренному делу. В это же время ей отдадут часть останков, которые забирали на экспертизу во время следствия. И родным погибших придется пережить еще одни похороны и еще одно прощание с людьми, которых они уже захоронили. — Мне сказали, что завтра мне предоставят возможность ознакомиться со всеми экспертизами и заключением суда. Я пыталась узнать детали у подполковника юстиции. Но он мне ничего не объяснил, сказал: «Лично завтра приедешь, я тебе всё предоставлю, ознакомишься со всем». Мы купили дом в 2015 году. Жили на два дома: у бабушки в Шилове и в доме. Родители в основном всегда жили в Желудево, где они сгорели, — говорит Наталья. Семья, по словам старшей дочери погибших, была дружная, все друг другу пытались помочь. — Мама всегда как-то больше домом занималась, воспитанием, могла выйти на работу в магазин. Папа работал на заводе и калымил, где возможно только. Скотину зарезать, помочь машину отремонтировать — за любую работу брался. Семью обеспечивал как только мог. Наташа рассказала, что родители думали о том, как бы поскорее построить новый дом: — Мама так мечтала об этом, планировала, как и что там обставит. Но пожить в нем так и не успела. В пресс-службе прокуратуры нам ответили, что по факту трагедии с пожаром прокуратура Шиловского района внесла представление в отдел полиции и главе администрации. По итогу рассмотрения два должностных лица были привлечены к дисциплинарной ответственности из-за нарушений законодательства о профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. По данным прокуратуры, в настоящее время расследуется возбужденное следкомом уголовное дело о причинении смерти по неосторожности двум или более лицам. В АО «Газпром газораспределение Рязанская область» ответили на запрос редакции YA62.RU о том, почему погибшая в Желудеве многодетная семья осталась без газа и была вынуждена использовать опасные способы отопления. «Понимаем, как важны ваши вопросы. Но сейчас рассматривается уголовное дело, и всю информацию можно получить только у следователей», — сказала тогда представитель компании. Ранее мы рассказывали, что еще в 2019 году депутат Госдумы от КПРФ Алексей Куринный внес на рассмотрение нижней палаты парламента законопроект, предусматривающий запрет на отключение газа и воды в домах и квартирах россиян с задолженностью по ЖКХ. По мнению Куринного, нововведение позволило бы защитить право граждан «на жизнь и существование в минимальных приемлемых санитарно-бытовых условиях». Тогда же в МЧС России выступили с предложением не отключать газ и электроэнергию многодетным семьям, которые имеют долги по ЖКХ и находятся в трудной социальной ситуации. Тогда ход данным инициативам так и не дали. Однако депутаты от КПРФ намерены и дальше их продвигать. «В стране, где газ является национальным достоянием, допускать такие случаи, на наш взгляд, совершенно неправильно», — говорил YA62.RU Алексей Куринный, комментируя трагедию в Желудеве.