Первую машину угнал и сжег в 15 лет. История мальчика с окраины, в которого никто не верил

— Первую машину я угнал в 15 лет. На той «шестерке» тут же перевернулся. Потом испугался, что меня найдут, и поджег ее. Когда нас поймали, мама искала деньги, возмещала ущерб хозяину.

Герой этого материала Юрий Мартюшев первый раз попал на E1.RU в 2016 году, ему тогда было 17 лет. Повод был не очень славным: он засветился на камере наблюдения в магазине. Утащил лопату и метлу.

Но сейчас, спустя почти десять лет, мы пишем совсем другую историю. Юрию 27, он уже не тот человек, что был на видео из магазина: любимая работа, крутые цели и красивые мечты. Он — перспективный повар с опытом работы в пятизвездочных отелях, участник гастрономических конкурсов, волонтер. А скоро мы увидим его на одном из центральных телеканалов, тоже по достойному поводу.

Юрий честно поделился своей историей: и о плохом, и о хорошем. Его рассказ для E1.RU — о том, что всё в наших руках. Изменить свою жизнь реально, главное — найти дело по душе.

Юра вырос в поселке Кольцово на окраине Екатеринбурга, в районе Промкомбината. Его неухоженные дворы как будто застряли в 90-х.

«Мой родной микрорайон — противоположность слову „перспектива“, — рассказывает Юрий. — 70% старшаков (ребят, которые в моем детстве были взрослее лет на 7–10) уже умерли: кто от наркотиков, кого пьяным машина сбила. Отец мой говорил: „С Прома парни не в армию идут, а в тюрьму“».

При этом семья и все родные у Юрия благополучные. Мама — соцработник, а еще она подрабатывала швеей, брала заказы на дом.

«Отец умер, когда мне было шесть лет, но я в детстве хорошим был, учился. Мама брала меня с собой к одиноким бабушкам, которых опекала. Они жили в частных домах, я носил им воду с колонки.

Помню переломный момент, когда жизнь пошла не в ту сторону. Мне было лет 13, появилась новая компания. Сначала просто гоняли с этими ребятами по гаражам, искали лом, сдавали. Потом начали таскать из гаражей железо. Дальше — серьезнее. Видим, что гаражи вроде как брошенные, бесхозные, хозяева не заглядывают давно. Начали поджигать, сдавать на лом. Потом стали лазить вечерами на ближайший завод, таскали там алюминиевые балки, тоже сдавали их в металлоприемку», — вспоминает парень.

В 13 лет Юру поставили на учет в ПДН — попался на краже с завода. Это не образумило ни его, ни друзей, и через год-два они начали угонять машины:

«Первую машину я угнал в 15 лет. На той „шестерке“ тут же перевернулся, не справился с управлением. Мы с парнями перевернули ее обратно, покатались, потом я испугался, что меня найдут, и поджег. Помню, после поджога возвращаюсь домой и встречаю маму с отчимом. Отчим у меня очень хороший был человек, добрый, переживал за меня, рыбалкой пытался увлечь, охотой. Все родные от меня отвернулись, а он — нет. В общем, идут они, а я весь чумазый. Вру им, что металл сдавал и запачкался».

Юру и его приятелей поймали через год. На 11 подростках было под сто эпизодов: угоны, кражи. Посадили только самого старшего, совершеннолетнего. Остальным дали шанс, назначили лишь штрафы, родители компенсировали ущерб потерпевшим местным жителям.

«Вспоминаю сейчас тот суд. Судья опытный уже, тогда предупредил всех родителей: „Почти все, кто сейчас отсюда выйдет, процентов 80 вернутся на скамью подсудимых“. Он оказался прав».

«Мама — единственная, кто верил в меня до последнего. Учителя в школе узнали про всё и начали давить: „Будешь плохо вести — сделаем так, что тебя закроют в спецшколу“. Один раз затеяли писать петицию, чтобы меня отчислили, потому что я всем мешаю, — рассказывает Юрий. — Да я понимаю: был неудобный, мешал, не учился, меня подальше на заднюю парту отправили. И эту петицию подписали все, даже брат мой двоюродный и подруга детства, побоялись ослушаться учителей. Отказались только детдомовские ребята, которые учились у нас в классе. Они пошли против системы».

Девять классов Юра всё-таки закончил:

«Мама тогда репетитора нанимала, чтобы меня подготовить — а я на экзамене просто уснул. Меня разбудили, кое-как я сдал математику со второго раза, вытянули».

В колледж Юрий пошел, потому что был под прицелом полиции — чтобы не отправили в закрытое спецучилище. С его средним баллом аттестата 3,1 (четверка была только по физкультуре) большого выбора колледжей не было: или на швею, или на повара. Пошел на повара. Готовить любил с детства; впрочем, учиться особо не хотел.

Чтобы не попасть в очередную криминальную историю, в 18 лет Юрий сам пришел в военкомат и попросился в армию. Брать не хотели из-за судимости, и тогда мама просила знакомых помочь.

А за день до отъезда он снова влип в историю: унес из магазина игровой автомат. Это случилось прямо во время проводов в армию. У компании не хватало денег, чтобы продолжить вечеринку, и решили достать их в том самом автомате. Приехали, на глазах у всех вырвали коробку, кинули в багажник «шестерки». Где-то в лесу разбили и выудили целых пять тысяч — сотенными купюрами.

Юрий вернулся из армии через год в звании старшего сержанта — и сразу попал в полицию. Приятелей уже осудили за «штурм» игрового автомата на армейских проводинах, а теперь и ему предъявили обвинение в грабеже.

«Помню, как судья зачитывал приговор: „Мартюшев Юрий Сергеевич… назначить срок… лишение свободы… три года“. Я думаю: ну всё, знал ведь, что этим может кончиться. А судья заканчивает: „условно“», — вспоминает парень.

С того суда прошло восемь лет. Нашему герою сейчас 27, он больше не хулиган «с района Промы». Мы разговариваем в небольшом приятном кафе-бистро Finch. Юрий работает шеф-поваром этого заведения и учится в Уральском государственном экономическом университете.

За эти годы случилось многое: Юрий работал поваром в пятизвездочных отелях, готовил там для звезд и знаменитостей, участвовал в гастрономических конкурсах. А еще он — постоянный волонтер на престижном профессиональном фестивале в Красной Поляне. Каждый год туда съезжаются рестораторы, представители отельного и гастрономического бизнеса.

«Потихоньку, постепенно я стал приходить к нормальному образу жизни. Восстановился в колледже, доучился, получил диплом. В 2019 году я решил сбежать с района, от старой компании подальше: на юг, в Геленджик (с разрешения уголовно-исполнительной инспекции при условном сроке можно менять место жительства. — Прим. ред.). Устроился там работать поваром в четырехзвездочный отель».

«И эти женщины-сотрудницы поверили в меня, — рассказывает Юрий. — Они помогали мне, подсказывали, опекали. Я проработал 2,5 месяца на шведской линии, готовил завтраки, обеды, ужины. Претензий ко мне не было, у меня получалось, меня хвалили. Помню, звоню маме, рассказываю, что меня хвалят по 20 раз за день: „Юрочка, ты молодец“. Мама радостная: „Вот видишь, ты показал, какой ты есть на самом деле, с чистого листа. Они тебя другим даже не знали“. С тех пор я полюбил Геленджик».

Юрий не раз выезжал туда на работу в четырехзвездочные и пятизвездочные отели, а в Сочи помогал другу открывать свой ресторан. Был поваром в горячем цеху.

«Меня везде хвалили в общепите, претензий не было. Говорили, что у меня талант. Я на уровне интуиции чувствую, сколько нужно добавить соли или вина для приготовления конкретного блюда. Работа на кухне для меня — творчество. Я всегда любил рисовать. Мама и папа у меня хорошо рисуют».

«Мое становление, моя карьера начали расти, как маленький цветочек, а похвала — это как вода, без которой всё завянет, — объясняет шеф-повар. — Быстрые деньги могут прийти только нелегальным путем, мне это не подходит. Работа на кухне физически сложная, нервная, часами на ногах, но те, кто любит ее, добьются своего.

Шеф-повар высокого класса может заработать 400–500 тысяч. Я к этому стремлюсь, учусь. Для этого поступил в вуз: для карьеры нужно высшее образование. Мама была счастлива. Она единственная, кто верил в меня до конца, когда школьные учителя и родственники говорили ей, что ничего хорошего из меня не будет».

Из Кольцово Юрий уехал, теперь снимает с девушкой квартиру в центре, недалеко от работы. Хотя непростое прошлое ему за эти годы припоминали: бывало, что отказывали в работе из-за судимости, хотя она уже погашена.

«Был переломный тяжелый момент. Я почувствовал в себе силы работать старшим поваром. Позвонил в отель в Геленджике, где уже работал, где меня знали. Отправил документы, всё было согласовано, билеты куплены. Но вдруг позвонили из отеля: „У нас сменился начальник службы безопасности, он пробил всю твою подноготную и сказал, что этот парень у нас работать не будет. Мы говорили ему, что ты нормальный, хорошо работал. Но бесполезно“.

У меня весь мир рухнул. Расстроился. Когда у меня будут свои заведения общепита — а они обязательно будут — я не буду на собеседовании расспрашивать кандидатов о прошлой жизни. Главное — что они делают сейчас, как они себя в работе покажут. Почему вы отрезаете людям надежду на возвращение к нормальной жизни?» — объясняет Юрий.

За восемь лет повар проработал в общепите и ресторанах Екатеринбурга, Сочи и Геленджика. Везде свой опыт, хотя не всегда хороший. Юрий снова рассказывает:

«Устроился в один бар в Кольцово, но через полтора месяца ушел, не выдержал такого отношения к делу. Такая столовка (в худшем смысле этого слова, потому что хорошие столовые я уважаю и люблю), такой бардак. Позиционируют себя как бар, ценники просто огромные, а вместо сметаны добавляют заменитель, суп-солянку варят из сосисок, самых дешевых, экономкласса. Или бульон куриный из самых дешевых кубиков — просто закидывали их в кипяток и на этой основе варили, а потом продавали этот суп за 800 рублей. Это кринж какой-то! Я варю бульон на двух тушках, апельсины добавляю, овощи, травы. Вот сварю основной, и туда можно добавить ложечку куриного сухого бульона, высушенного, протертого в порошок. Сказал обо всём об этом шеф-повару, но бесполезно. С такими людьми не смогу работать никогда».

***

Юрий угощает нас своими блюдами: пастой с грибами и грибным муссом, котлетками из индейки с красивым летним листом салата и яркими горошинами помидор — а еще пастой с разными морепродуктами и острым соусом с красивым названием арабьята.

Повар объясняет, что этот традиционный томатный соус происходит из области Лацио и по-итальянски значит «сердитый». Мы хвалим: правда очень вкусно — а он признаётся, что сам любит простые блюда.

«Люблю жарить мясо на углях, на мангале. В казане люблю готовить. Это моя подработка на свадьбах, праздниках. А еще у меня свой рецепт брускетт, под заказ их делаю — но не на багетах, а хороший хлеб покупаю, дорогой, на сливочном масле. И соус по своим рецептам.

Я люблю то, чем занимаюсь. У меня сейчас цель — открыть свои заведения. Еще цель — провести свой гастрономический фестиваль в нашем городе. Мечтаю поработать за рубежом, в Китае, Франции (для опыта, базы) и дойти до самого высокого уровня. Открывать кухни по России и за границей. Чтобы мама гордилась мной», — делится Юрий.

У большинства ребят из той детской шальной компании, которая жгла гаражи и угоняла машины на районе, всё сложилось благополучно. Может, не все они, как Юра, нашли вдохновляющее дело всей жизни, не строят амбициозных планов — но повзрослели, работают, у них есть семьи, дети. Хотя, к сожалению, есть и те, кто так и не вписался в нормальную жизнь и отбывает очередной срок в тюрьме… А Юрий говорит нам:

«Я откровенно рассказываю свою историю, чтобы показать: можно нормально жить, если взять себя в руки. Вот пример для других парней, которых сейчас так же, как и меня когда-то, занесло не туда. Есть три условия: сменить локацию, сменить круг общения, но самое главное — поставить себе цель. А дальше — работать и работать».

Прочитайте также историю другого жителя Кольцово. Сергей Шунеев вырос в том же районе, на улице Испытателей, знаком с Юрием. Он работает с трудными подростками, увлекает их спортом — создал дворовую футбольную команду, чтобы уберечь от криминала.