
Самая крупная трещина тянется от подвала до крыши
Аварийный дом на Казахской, 21 стремительно разрушается. Трещины проходят по фасаду, подъездам и квартирам. Со стен и потолка падают куски кирпича и штукатурка. Подвал постоянно затапливает, а несущие конструкции поражены грибком и плесенью. Жильцы опасаются, что в один момент дом рухнет, а им некуда будет пойти. Годами жить в маневренном фонде они не хотят. А когда участок заберут в муниципалитет и квартиры начнут выкупать — пока неизвестно. Об этом 161.RU рассказала председатель дома Екатерина Татарченко.
Эту двухэтажку построили в 1960 году. Екатерина купила в ней квартиру в январе 2023-го, и уже тогда там была трещина, правда, очень тонкая. Ростовчанку это не смутило. Она хорошо знает район — здесь большая часть домов в похожем состоянии. К тому же в 2021 году управляющая компания «Вятская» провела в доме капремонт. Но, как выяснилось, ограничилась только покраской фасада. Дом никак не укрепляли, а он тем временем стал разрушаться.

Особенно быстро трещины стали расти в августе 2024-го. А примерно через месяц УК «Вятская» повесила маячок для наблюдения за трещиной. Он треснул через два часа, но провисел еще год.
Ранее дом на Казахской, 21 обслуживала УК «Коммунальщик Дона». Но в 2021 году им занялась компания «Вятская». Жильцы ее не выбирали. На Казахской, 93 сложилась похожая ситуация с управляющей компанией. В декабре 2021-го дом тоже начала обслуживать «Вятская». В начале 2022-го, через год после капремонта, здание стало разваливаться. Из-за того, что подвал постоянно затапливало, дом начал оседать, а в подвале пошли трещины. В феврале того года «Вятская» поставила в доме маячки, но не следила за ними.
В июле 2024-го жильцы Казахской, 93 наняли независимого эксперта. Он заверил, что дом авариный. Спустя месяц Александр Бастрыкин поручил возбудить уголовное дело из-за разрушения дома. Добиться, чтобы дом признали аварийным, жители смогли только в сентябре 2025-го. В конце сентября власти начали оценивать квартиры.
— Дом расползается просто с неимоверной скоростью на самом деле. Там подвижка — мы замеряли самостоятельно — на 2−3 сантиметра уже ушла. В квартирах, естественно, тоже трещины. У нас и несущая балка треснула, — рассказывает председатель дома.
Трещины в доме продолжают появляться и увеличиваться. Самая крупная из них идет от подвала к крыше, и она уже 3–4 сантиметра в ширину. Штукатурка и кирпич отваливаются и в подъезде, и в квартирах. Из-за трещины у жильцов с трудом открываются двери. Некоторые отпирают их с помощью лома. Пенсионерка, живущая в одной из квартир, уже опасается открывать окно, трещина у нее идет через всю стену. Из нее дует ветер, вылезают насекомые и летит пыль.
Жильцы могут поздороваться с соседом, не выходя из квартиры
— Мне на голову позавчера кусок упал с потолка. Благо ничего не пробил. Это шпаклевка, штукатурка, прям такой увесистый кусочек, — делится Екатерина.
В доме в основном живут пенсионеры, тут они поселились много лет назад. Сама Екатерина живет с бабушкой, которая страдает деменцией. Ее пришлось перевезти в специальный центр на время, пока ситуация с домом не начнет решаться. Екатерина боится, что в любой момент здание может обрушиться.
— Она у меня неходячая. Я переживаю, что если она будет находиться дома, мы ее просто вытащить не успеем.

Некоторые квартиры не открыть без лома, потому что дом, по сути, деформирован
Дом на Казахской, 21 признали аварийным и подлежащим сносу в июне 2025 года. Жильцы добивались этого 8 месяцев. В октябре прошлого года они провели независимую экспертизу, которая подтвердила аварийность, но ее результаты долго не принимали. Одной из причин было то, что эксперт сослался на устаревший ГОСТ. Дом всё-таки признали аварийным, рассказывает Екатерина, только когда она обратилась в прокуратуру. Кстати, похожая ситуация с экспертом была и в истории с домом на Казахской, 93.
— Нас наотрез отказывались признавать аварийными. Я начала борьбу год назад — в конце сентября. Мы экспертизу сделали в октябре. И только 6 июня нас признали аварийными. Они там находили какие-то загвоздки в законах: это им не понравилось, то не понравилось.
Через пять месяцев после того, как дом признали аварийным, администрация сможет изъять в муниципалитет участок и выкупить квартиры. Но жильцы уверены, что в ноябре этого не произойдет. Они считают, что постановление об изъятии участка им придется ждать так же долго, как всё это время было с ответами властей.
— Мы же все прекрасно понимаем, что никакое постановление нам 6 ноября не придет. Они тянули со всеми документами. Я в начале ноября подавала [обращения]. Там рассмотрение 45 дней, если я не ошибаюсь, или даже в течение месяца. А ответы мне приходили все только в середине января, потому что новогодние праздники, еще что-то.
Администрация предложила жильцам переселиться в маневренный фонд — временное жилье. Но жильцы собираются от него отказаться. Они переживают, что, если их заселят в маневренный фонд, свое жилье в ближайшие годы они не получат.
— У меня и бабушки двухкомнатная квартира, 44 квадрата. Мне не дадут 44 квадрата. Дадут комнату в трехкомнатной квартире, и с нами же будут жить две семьи. Они [представители администрации] говорят: «Ну это же лучше, чем жить на улице».

Жильцы очень боятся повторить судьбу наримановцев, у которых рухнул подъезд дома
В доме постоянно затапливает подвал. Там нарушены несущие конструкции — они поражены грибком и плесенью. Жильцы опасаются, что дом в любой момент может обрушиться. Следить за тем, как развиваются трещины, должна управляющая компания. Но там игнорируют звонки жильцов.
Сейчас на доме установлено четыре маячка, еще один — внутри квартиры. Сотрудники компании должны устанавливать и проверять маяки в присутствии жильцов. Но Екатерина говорит, что видела представителей УК только один или два раза в этом году. При этом журнал по наблюдению за трещиной стабильно ведется.
— [В УК говорят]: «Всё мы знаем, всё будет, сидите и молча ждите». А мы просто боимся сейчас, что если мы будем молчать, то мы просто рухнем, как наримановцы. В один прекрасный момент дом просто треснет пополам, как арбуз, потому что каждый день из-за этой трещины выпадают уже достаточно увесистые куски кирпича.
В январе 2024 года в Ростове обрушилась стена жилого дома на Нариманова, 72/3. Никто не пострадал. Из дома эвакуировали 95 человек, которые не успели взять личные вещи. Дом признали аварийным в 2020 году. Жильцам предлагали переехать в маневренный фонд, но они отказались. После обрушения бывший глава администрации Алексей Логвиненко советовал оставшимся без жилья ростовчанам брать кредиты на новые квартиры. Власти предложили горожанам в среднем по 1,3 миллиона рублей за одно жилое помещение. Но жильцы с такой оценкой не согласились и начали бороться в судах.

Екатерина обращалась и к федеральным властям. Она писала председателю следкома России Александру Бастрыкину. Но обращение передали в ростовский следком, откуда пока не пришел ответ. Екатерина отправляла обращение президенту — его перенаправили в администрацию Ростова.
— Получается, я президенту жалуюсь на администрацию города и администрацию Первомайского района. А им же эти жалобы обратно и приходят. То есть какой-то порочный круг.

В доме не одна трещина. Самая крупная — 3–4 сантиметра в ширину
16 сентября из трещины выпал крупный кусок кирпича. Тогда председатель дома позвонила в МЧС. Через пару минут после звонка, рассказывает Екатерина, ей позвонили представители администрации Первомайского района. А через 20 минут они приехали на Казахскую, 21 и зафиксировали трещины на фасаде, в 1-м и 2-м подъездах и пяти квартирах. Чиновники также нашли следы течи в подвале и подтвердили, что треснул один из маячков.
Жителей заверили, что о них не забудут, потому что «в связи с последними событиями» аварийные дома на особом контроле. А с жильцами будут постоянно на связи, и их вопрос не отложат в долгий ящик.
— Они обещали нам кучу всего, что будем мы на созвоне, но, естественно, опять они трубки не берут.




