Два века Затемерницкого поселения: от Бессовестной слободы до Ленгородка

161.RU продолжает рассказывать об истории районов города. Самым скандальным из них стала Нахаловка. Однако не она одна славилась практикой самозахвата городских земель. Сегодня — Ленгородок, который до революции носил название Бессовестной слободки. Простое решение квартирного вопроса XIX век — время бурного роста населения Ростова. Спрос на жилье сильно превышал предложение. Те, кто прибывал в город в поисках работы и лучшей жизни, нелегально селись на окраинах города. Когда Нахаловка только начинала появляться, рядом с упраздненной крепостью Дмитрия Ростовского уже долгое время существовала Богатяновка. А на западной окраине Ростова выросло еще одно поселение, обитатели которого строили себе дома всё так же самовольно, но уже за территорией города. Писатель Григорий Данилевский в своей книге «Беглые в Новороссии» дал живописную картину этого района. Он писал, что Бессовестная слободка раскинулась по взгорью, а хаты торчали то тут, то там, безо всякого порядка. Словно куча камешков, кинутых из горсти. А ростовский краевед XIX века Григорий Чалхушьян указывал в своей книге «История города Ростова-на-Дону», что первые домики на территории правого берега Темерника стали появляться еще в 1857 году. Селились здесь люди, именующие себя турецкими выходцами, в жизни Турции не видавшие, крайне вредные и непослушные. Плана у Бессовестной никакого не существовало, застраивалась слобода бессистемно и произвольно. К 1864 году здесь стояло уже около 500 домов. Вопрос благоустройства В середине XIX века ростовские власти практически не обращали внимания на самовольное заселение территорий. В городе хватало и без этого хватало проблем, с которыми практически никто не боролся — отсутствие водопровода, нормального освещения, мощения дорог и множество других. Коренным образом ситуация изменилась, когда городским головой Ростова стал Андрей Матвеевич Байков. Во время двух первых сроков ему удалось переменить ситуацию вокруг Бессовестной слободки. В 1865 году он обратился в Екатеринославское губернское правление с проектом упорядочивания этого района, а через три года Бессовестная вошла в состав Ростова под названием Затемерницкого поселения. В 1873 году здесь появился первый храм — церковь Иоанна Предтечи. Вокруг вырос Затемерницкий базар, открылась церковно-приходская школа. В 1885 году началось строительство пожарного поста. Долгое время в поселке не было ни одной мощеной улицы, и дороги после дождя превращались в болото. К началу ХХ века поселение постепенно становилось районом для рабочих. Рядом с рекой Темерник появились вокзал и мастерские Владикавказской железной дороги. Недалеко от Бессовестной работали заводы Болдырева, Трифилова, Епифанова, писчебумажная фабрика Панченко. А на другом берегу Темерника работали паровые мельницы, плюс табачные фабрики Асмолова и Кушнарева, которые находились практически в центре Ростова. Купец-благотворитель Однако был в истории Затемерницкого поселения один человек, который всё же постарался улучшить участь жителей этого места — Михаил Петрович Шахов. Владел он в XIX веке свечным заводом, который работал возле мастерских Владикавказской железной дороги. Первоначально Шахов подумывал построить домовую часовню при своем производстве. Но из-за приближающегося юбилея (900 лет со дня Крещения Руси) планы купца немного поменялись. Вместо часовни он решил возвести церковь во имя святого равноапостольного князя Владимира. Михаил Петрович задумывал возвести за свой счет также богадельню (приют) для лиц преклонного возраста и начальное училище. Храм освятили в 1889 году, рядом появилась церковно-приходская школа. Через два года Шахов скончался, однако оставил завещание, по которому после смерти его жены, Ефросиньи Леонтьевны, имущество купца (стоившее около 100 000 рублей) переходило в распоряжение города с тем условием, чтобы на доходы с него оплачивалось содержание священника при церкви, школы и богадельни. Вскоре территория свечного завода отошла к железнодорожным мастерским. Флигель, где размещалась церковно-приходская школа, на которую город ежегодно тратил 460 рублей, сломали. А Ефросинья отказалась от имущества покойного в пользу города с тем условием, чтобы, помимо содержания образовательных учреждений, ей предоставили квартиру в четыре комнаты — для жизни. К 1897 году на средства, полученные от железной дороги, построили новое обширное здание для двух начальных училищ. Мужское осталось в ведении духовного ведомства, женское располагалось на втором этаже и содержалось полностью на средства Ростова. Здесь же разместились богадельня и квартира вдовы. А на заседании городской думы в сентябре 1897 года участники решили увеличить расход на Шаховское училище на 1500 рублей для увеличения штата преподавателей. Но одного купца-благодетеля на район, в котором в том же году проживало уже 14 466 человек, оказалось явно мало. Первое восстание На рубеже XIX — XX веков по всей Российской империи прошла волна забастовок и демонстраций рабочих. Ростов исключением не стал. В 1902 году здесь вспыхнула первая городская стачка, события которой развернулись на территории Затемерницкого поселения. Началось всё с главных мастерских Владикавказской железной дороги. Некто Вицкевич обсчитал нескольких человек при выдаче зарплаты. А через несколько дней, в ноябре, прошли первые митинги трудящихся из мастерских с требованиями сократить рабочий день до девяти часов, повысить заработную плату и тщательнее контролировать ее выдачу, а также устроить школу для детей. Постепенно к забастовкам стали присоединяться люди с других заводов Ростова. Демонстрации перенесли в Камышевахскую балку (по ней сейчас проходит проспект Стачки). Количество участников этих событий, по данным разных сторон, оценивалось от 3 до 30 тысяч человек. 11 ноября обстановка накалилась до предела. Произошла первая серьезная стычка между бастующими и полицейскими с казаками, в ходе которой несколько последних было ранено. После чего войсковой наказной атаман Войска Донского Константин Максимович, старавшийся в течение нескольких дней решать конфликты с участниками мирным путем, приказал дать залп по толпе в Камышевахской балке. Несколько человек было убито, около двух десятков ранено, остальные разбежались. Волнения и аресты продолжались еще две недели, до конца ноября. Одним из руководителей стачки стал Иван Ставский, революционер, с 15 лет работавший в главных мастерских. По иронии судьбы, его именем впоследствии назвали улицу имени барона Коцебу Пиллара фон Пильхау Федора Карловича, бывшего градоначальником во время ростовского восстания в 1905 году. Попытка номер два Тот год выдался неспокойным. После Кровавого воскресенья по Российской империи прошли волнения и забастовки, кульминацией которых стал декабрь, когда в Москве вспыхнуло вооруженное восстание. В Ростове революционные действия начались, как и в 1902 году, силами Главных мастерских. Затемерницкое поселение стало настоящим полем боя. 13 декабря группа рабочих захватила здание железнодорожного вокзала, после чего власти применили против восставших артиллерию. Во время обстрела было ранено и убито несколько человек. Вскоре возле мастерских началось строительство баррикад. По району заработали подпольные мастерские по ремонту оружия и изготовлению бомб, а одна из них и вовсе находилась в Нахичевани. Несколько сотен рабочих сражались с правительственными войсками около недели. Потери несли обе стороны. В одной из схваток погиб один из участников восстания, командир отряда бомбистов Виталий Сабинин (известный под партийной кличкой Анатолий Собино). А когда запасы патронов у революционеров стали иссякать, они оставили баррикады и по льду дошли от Затемерницкого поселения до завода «Аксай» в Нахичевани. Однако прогремевший вскоре взрыв, уничтоживший всё оружие, похоронил и дальнейшие планы бастующих. Ростовское восстание закончилось. Дальнейшая судьба С того времени и до самой революции жизнь Затемерницкого поселения протекала безо всяких эксцессов. После установления советской власти район переименовали в Ленгородок. На месте возле вокзала, где стояли баррикады, появился Лендворец, причем строился он так, чтобы не пострадал стоявший рядом храм Иоанна Предтечи, который всё же затем уничтожили. Улица Графского стала называться улицей Трудящихся. Церковная — Собино, в честь одного из участников ростовского восстания 1905 года. Затемерницкое кладбище, где похоронили этого человека, превратили в парк его имени, сохранив могилу. Интересная участь постигла Колодезную — ее назвали улицей Кручинина, в память о ростовском уроженце, участнике гражданской войны в Испании, погибшем в 1938 году и получившем посмертно звание Героя Советского Союза. Однако каких-либо более серьезных изменений в бывшем Затемерницком поселении не произошло. И дошел до нашего времени район, в котором внешний облик улиц практически не поменялся с XX века.