«Вместо дешевого зерна — убыточные заводы». Почему белорусский опыт переработки может не сработать на Дону?

Губернатор Ростовской области Юрий Слюсарь предложил брать пример с Беларуси: меньше отправлять зерно за границу сырьем, больше перерабатывать его в регионе, открывать производства и создавать рабочие места. Идея выглядит привлекательной — особенно на фоне проблем с экспортом и низких цен, из-за которых фермеры Дона вынуждены искать, куда деть урожай.

Эксперт по зерну Дмитрий Сафонцев считает, что сама по себе переработка проблему не решит — регион рискует получить не новые деньги, а новые убытки.

— Сложно, конечно, не согласиться с губернатором. Но тут есть несколько факторов, из-за которых, по моему мнению, это не сработает, — отметил в разговоре с корреспондентом 161.RU Сафонцев.

Россия — один из крупнейших производителей сельхозпродукции в мире. Внутренний рынок уже во многом закрыт собственными производителями: страна обеспечивает себя базовыми продуктами питания.

По оценке Сафонцева, Россия потребляет порядка 45 миллионов тонн пшеницы в год, а производит примерно вдвое больше. Разницу традиционно продают за рубеж.

— Если допустить теоретически, что мы этот излишек оставим для внутренней переработки, то получится, что избыток зерна мы перенесем в избыток готовой продукции, — объясняет эксперт.

То есть зерна на внутреннем рынке может стать меньше, но муки, крупы, кормов и другой продукции — больше. А спрос на неё не появится автоматически.

— Поэтому вопрос к этой идее простой: кому будем продавать готовую продукцию? Развивать переработку нужно вместе с рынками сбыта и экспортом. Иначе вместо дешевого зерна получим убыточные заводы и фермы, — считает Сафонцев.

Для Ростовской области это особенно чувствительно. Регион собирает огромные объемы зерна, но значительная часть продукции традиционно уходит на экспорт. В этом году, например, область собрала рекордные 13,6 миллиона тонн ранних зерновых и зернобобовых, но реализовать урожай оказалось сложнее из-за проблем с логистикой и портами.

Беларусь действительно выглядит сильным примером. Там развиты животноводческие фермы, а значительная часть сельхозпродукции перерабатывается внутри страны. Именно на это обратил внимание Юрий Слюсарь после встречи с Генеральным консулом Республики Беларусь в Ростове Игорем Павлющенко.

Но, по мнению Сафонцева, у белорусской модели есть важное условие, о котором часто забывают, когда говорят о «полезном опыте». Белорусские предприятия, как отмечает Сафонцев, производят больше, чем нужно самой Беларуси, но уверенно продают продукцию в Россию. Это и позволяет содержать фермы, заводы и перерабатывающие мощности.

— У белорусов немного по-другому выстроен этот экономический процесс. В 2025 году около 67% продовольственного экспорта Беларуси пришлось на Россию, — говорит эксперт.

Ростовская область — аграрный и промышленный центр юга России. Здесь есть крупные переработчики, портовая инфраструктура, элеваторы и опыт работы с экспортом. Но зерновой рынок в последние годы живет в режиме постоянного напряжения: цены скачут, логистика сбоит, а экспортные маршруты не всегда работают стабильно.

При этом внутренний рынок не способен мгновенно принять весь объём продукции, который производят хозяйства региона. Ростовской области для собственного потребления нужно порядка 2,5–3 миллиона тонн зерна, остальное в любом случае приходится продавать. Поэтому если просто сократить экспорт сырья и направить зерно на переработку, проблема может не исчезнуть, а видоизмениться.

Сам эксперт не против развития глубокой переработки. Наоборот: чем больше регион производит продукции с добавленной стоимостью, тем лучше для экономики. Но, подчеркивает Сафонцев, переработка должна идти в связке с тремя вещами: внутренним спросом, экспортными каналами и экономикой конкретного проекта.

Без этого регион рискует получить обратный эффект: зерно перестанет уходить за рубеж сырьем, но и готовая продукция не найдет достаточного сбыта.