Во Вьетнаме: как путешественница из Ростова попала к огромному пауку и в искусственную деревню

Ростовчанка Гала отправилась автостопом в кругосветное путешествие: она хочет объездить Азию и добраться до Африки. Гала уже побывала в Армении, Иране и Эмиратах, осмотрела Оман, пожила в Пакистане. Мы уже публиковали 31 главу о ее путешествии.

Сейчас ростовчанка во Вьетнаме.

— Ай до? Мау ра нгоай ти.

Утро у меня началось с непереводимого вьетнамского. Оказалось, что пришел хозяин сада (где в палатке ночевала Гала. — Прим. ред.).

Я приоткрыла палатку и просунула сквозь щелку сонную мордаху. Вокруг моего временного пристанища ходил щупленький мужчина, осматривая место костра, и даже попытавшийся приоткрыть мою палатку сильнее, может, чтобы убедиться, что я тут одна.

— Эй, не трогай мою палатку.

Я достала телефон и перевела, что я тут ночевала, сейчас соберусь и поеду дальше.

— Иди к себе домой, — перевел мне слегка раздраженный незваный гость.

— Да, да, конечно, говорю же, что сейчас начну собираться.

И он удалился.

А мне ничего не осталось, кроме как не спеша убирать следы своего пребывания.

Снова иду вдоль трассы, тут тормозит мужчина на байке, из разговора понимает, что я иду пешком в сторону СаПы, сажает меня на свой транспорт и провозит несколько километров по пути. Как это было заботливо с его стороны. Я слезла, поблагодарила и пошла дальше.

Не прошла я и ста метров, как он же меня догоняет и что-то пытается объяснить. Я понимаю только, что мне лучше всего сесть на автобус. Я показываю всем понятным жестом, что денег у меня практически нет. Так он тут же тормозит проезжающий мимо автобус, оплачивает водителю проезд и закидывает мой рюкзак в салон. Всё произошло очень быстро, я только и смогла осознать, что через час я уже буду в СаПа — городе с инстаграмными* рисовыми полями и необычными деревнями.

Моя остановка, выхожу, а меня встречает жутковатый опустившийся туман и легкая морось. Прошла пару переулков и заскочила в кафе. Как оказалось, довольно популярное у европейцев: ценник чуть выше среднего, но зато еда вся очень вкусная. Я заказываю комбо, где мне на 300 рублей принесли суп, тушеные овощи, рис с жареными грибами и тофу, чай и комплимент от заведения — фрукты. Я очень скучала по такой еде, меня так это всё порадовало.

Телефон заряжен, осталось только определиться с ночлегом, ведь на улице значительно похолодало, да и дождик. Как бы сказали у нас в России — в такую погоду даже плохой хозяин свою собаку не выгонит на улицу.

На trip.com самый дешевый вариант за 500 рублей — дорого. Лезу на «Букинг» и в «Агода» (системы онлайн-бронирования отелей. — Прим. ред.). Нахожу самые дешевые хостелы, переношу их адреса на карту, выбираю ближайшую точку и иду к ней. На улице уже темно, сыро и очень холодно. Зато хостел меня встретил большим теплым и чистым холлом, приветливой хозяйкой и ценой в 240 российских рублей (70 000 донгов).

Вы только вдумайтесь, это 7200 рублей за месяц, у нас иногда в России за коммуналку только столько отдают. В общем, я настолько приятно была удивлена, что после продлила и на второй день, который провела в написании постов.

А еще ко мне прилетает подруга без обратного билета, и дальше какой-то участок пути мы пройдем вместе.

Затем я съехала из хостела и отправилась на поиски деревни Кэт-Кэт.

В СаПа прямо огромное количество туристов приезжает, от этого вьетнамцы из соседних деревень стекаются на центровые улицы города в надежде подзаработать.

— Откуда ты? — остановила меня проходящая мимо женщина в меховой шапке.

— Из России.

— О, мы любим Россию. Как тебя зовут?

— Гала.

— Гала, вот тебе браслетик, бери, бери, он free, абсолютно бесплатно.

— Благодарю вас, это очень приятно.

— Вот, посмотри, что у меня есть, тут вот кошелечек, сама вышивала, нравится? А еще такие сумки, можно на плече носить, хочешь?

— Нет, спасибо, я не покупаю лишнего, я же с огромным рюкзаком.

— Но я тебе браслетик подарила, а ты у меня за это что-нибудь купи…

— Всё очень красиво, но вот, держите браслетик обратно, я тогда не могу его принять…

Навигатор вел меня в деревню Кэт-Кэт, на самую вершину горы, откуда открывался красивый вид на всю долину с ее рисовыми полями. «Монстра» я оставила внизу, за ним согласилась присмотреть какая-то женщина, ну а я поднималась всё выше и выше, останавливаясь только, чтобы сделать фото у бамбуковых кустов.

Помнится, один водитель рассказывал, что во время войны из них делали ловушки, которые сейчас можно наблюдать в военном музее, на территории бывшей тюрьмы в Ханоэ. Но я в такое не пойду, поэтому просто пропустила эту информацию мимо ушей, а сейчас вот она всплыла.

На вершине не было ни одного туриста. Это местная очень бедная деревенька, где вдоль тропы роется огромный хряк, белье сушится прямо на заборе и в одном из домов только и были замечены дети за просмотром мультиков. Подъем сюда крутой и сложный, туристы не доходят, и позже я обнаружила еще одну причину почему.

Просто чуть раньше их ведут по другому маршруту, вдоль кассы, в фейковую деревню Кэт-кэт, где красивые скульптуры, куча цветов, фотографов и переодетые вьетнамцы, играющие на музыкальных инструментах. На фото у водопада выстроилась очередь, я так и не смогла его снять так, чтобы без людей. К другому — то же самое, народу — максимальное количество на каждый квадратный метр.

Я не люблю такое, всё выглядит искусственным, в этом нет жизни, просто создана красивая картинка, где всё направлено на выкачивание денег, а жизнь-то — она вон там, на вершине, всё как есть, с бельем на заборе и сбежавшим свином, курятниками за изгородью и маленькими аккуратными огородиками.

Ну и самое главное, как я попала в фейковую деревню Кэт-кэт. Спустившись с горы, я забрала свой рюкзак у вьетнамки и пошла по узкой тропинке, по которой вели меня гугл- карты, спустилась по маленькой крутой лестнице и очутилась сразу в этом людском муравейнике ненастоящей деревни. Уже на выходе обнаружила кассу, оказывается, я прошла по тропе, по которой туда попадают местные. Вот и всё.

Следующей отметкой на карте у меня была красивая смотровая на рисовые поля. Но придется подняться обратно по серпантину к городу СаПа, пройти мимо него и по трассе еще двигаться несколько километров.

Ну что могу сказать, хоть мой «монстр» немного и облегчился, но в нем всё еще 18 килограммов, с ними я прошла в тот день 26 000 шагов. Выйдя на трассу, уже в темноте, я различила, что она тянется вдоль обрыва с видовыми участками, судя по огонькам от домов где-то там, внизу. А с другой стороны была отвесная скала — возможности встать с палаткой физически не было, и я просто шла, и шла, и шла…

Пока не затормозил около меня байк. Я спросила про место для палатки, и мы отправились с ним на поиски. Со второй попытки мы нашли какой-то пригорок, мой помощник уехал, а я без сил, кое-как, раскинула свой домик, чтобы после отключиться на долгие часы.

На утро я услышала чьи-то голоса, солнце уже вовсю припекало, я приоткрыла палатку и тут же какой-то парень присел на корточки и показал движение пальцами, типа «прикурить зажигалки не найдется». Моя реакция была моментальной, я просто закрыла молнию перед его носом. Хорошо, на этом их интерес ко мне закончился, и они ушли.

Весь день я провела на том пригорке, торопиться мне некуда, подруга прилетает позже, а до Ханоя на машине всего 4 часа.

Собрав палатку, я не спеша пошла вдоль трассы. Чувствовалась близость СаПы по тому, как то там, то тут всё еще встречались иностранцы с рюкзачками.

В овощном ларьке я попросила поставить телефон на зарядку, купила фруктов рублей на 120 (три небольших зеленых манго и с пяток мандаринов), села на пластиковый стул, который мне заботливо подставила хозяйка магазина и начала продумывать дальнейший маршрут.

По пути в Ханой на гугл-картах я нашла несколько отметок с красивыми видовыми площадками в районе Йенбай. Туда и отправлюсь.

У меня как-то спросили, а каков конечный пункт назначения? А его никто не знает, да он и не важен, ведь вся прелесть — в самой дороге. Мне рассказывали, как тщательно готовятся к подобного рода путешествиям, досконально продумывая каждую локацию. А для меня — это просто точка на карте, в которую ты ткнул пальцем и пошел, когда не знаешь, как закончится твой вечер. Сегодня ты ночуешь на коврике под пальмой, а завтра в лучшем отеле этой страны. Жизнь просто живется, независимо от твоих планов на нее.

Перекусив фруктами, я шла вдоль деревенек, повсюду увешанных красными коммунистическими флагами, фотографировала долину с ее кривыми зигзагами полей и размышляла, какой всё же вьетнамцы — работящий народ, который предпочитает трудиться преимущественно на полях.

Когда я только ехала сюда, то слышала про «фейк-смайл» (ненастоящую улыбку вьетнамцев, не искреннюю), ведь мы-то привыкли видеть у себя «славик-фейс»: нахмуренное русское выражение лица. Но во Вьетнаме невозможно не улыбаться, они подкупают своей вовлеченностью и добротой, и никакая их улыбка не фейковая, а самая что ни на есть настоящая.

Серпантин, по которому я шла, уходил за поворот, поэтому я просто нашла расширение и подняла руку.

Довольно быстро остановился мужчина, при том еще и таксист, но прочитав мою заранее заготовленную фразу на телефоне об автостопе, он предложил меня подвезти до трассы.

Почему-то я подумала, что трасса где-то тут, близко, и уже было расстроилась, что придется проехать так мало, но мы ехали не меньше часа, поддерживаемого разговорами.

— Тебе нужно выйти замуж, тогда все твои проблемы закончатся. Присмотрись к вьетнамцам, тем более что наши народы дружат. Мы всё еще благодарны России за помощь в войне.

— А ты был за границей?

— Нет, у меня не так много денег, да и семью нужно кормить.

— А сколько у вас обычно детей в семьях?

— В среднем двое.

Хотите знать, почему иностранцу выгодно жениться на россиянках и почему славянки — завидные невесты? Всё из-за нашего паспорта. Сейчас он находится в рейтинге** на 50-м месте, в то время как вьетнамский — только на 90-м, а если вспомнить Пакистан, так он вообще на 103-м. Выводы делайте сами.

Пока я размышляла о рейтинге паспортов, мы домчали до пропускного пункта на платную автомагистраль. И как вы понимаете, пешеходов туда не пускают. Но я поступила хитрее, ушла от этого пункта, нашла тропинку к трассе, подлезла под дорожное ограждение и начала стопить, благо с краю дороги всегда достаточно места для остановок в незапланированных местах.

Не прошло и пары минут, как ко мне подъехал мужчина в зеленой жилетке дорожного работника, показал жестом, чтобы я вернулась за ограждение, я так и сделала и пошла вдоль трассы по ходу движения, пока полностью не скрылась от его глаз. Вернулась на свое исходное место за ограждение и буквально сразу затормозила дальнобойщиков на огромной фуре.

Мы практически не разговаривали, потому как один водитель спал на задней койке, второй общался по видеосвязи, я только и успела узнать, что они едут до Ханой, а меня смогут высадить на повороте на Йенбай.

На улице уже стемнело, когда я вошла в город. Я бродила по карте от одной зеленой точки до другой, но каждый раз натыкалась либо на забор, либо на частный сад с деревьями. Местные останавливались, чтобы мне помочь, но у них с трудом укладывалось в голове — «иностранка, ищущая место под палатку». Так я и дошла до окраины городка, подсвечивая себе путь одним лишь фонариком с телефона.

Смотрю — ровная площадка, спустилась по овражку чуть ниже, чтоб еще больше скрыться от чужих глаз. О, памятник, еще один. Прекрасно, я на кладбище. По свету от фар пронесшегося мимо автомобиля я поняла, что дальше — только рисовые поля, залитые водой. Ну ладно, тут хоть соседи тихие. Я поднялась обратно на пригорок, где и раскинула свою палатку. Доброй ночи, все те, кто меня еще слышит…

Прошлым днем я забронировала для себя и подруги, буду называть ее Берегиня, хостел в Ханое на три ночи, чтобы она могла отдохнуть после самолета.

Так что сегодня выдвигаюсь в сторону столицы Вьетнама. Я собрала свой рюкзак, в соседнем недостроенном доме искупалась с бутылки остатками воды, освежилась и пошла вдоль трассы.

В этот раз даже не стала приближаться к пропускному пункту, а сразу выбрала на карте ближайшую точку к дороге, где не перегорожено домами.

Всё бы ничего, но пришлось пробираться сквозь заросли. Представьте себе эту картину: идешь, отвлекаешься на карту — и тут твое лицо к чему-то прилипает. От неожиданности я прямо отскочила, а потом и вовсе сердце в пятки ушло, когда на уровне лица обнаружила паутину с гигантским пауком (мне после по фото определили, что он не ядовитый), но всё же ситуация не из приятных.

Дальше шла, размахивая руками, как тот джедай своим световым мечом. Я прям выдохнула, как только перелезла через ограничитель на трассу.

Рука вверх — и сразу же тормозит джип, где сидят двое вьетнамцев, едущих в моем направлении. В этой стране люди не знают, что такое автостоп, особенно он плох в маленьких деревнях, но из-за того, что многие не могут себе позволить выезд за границу, иностранцы вызывают неподдельный интерес. Это возможность соприкоснуться с другой культурой, не выезжая из страны, ну и, конечно же, разнообразить свой путь долгими беседами.

Поэтому я вооружаюсь переводчиком и проявляю неподдельный интерес к той стране, где нахожусь, задаю вопросы, люди любят делиться рассказами о своей родине, а для меня это возможность узнать про быт, культурные особенности, чуть глубже погрузиться в то место, по которому путешествую.

Мне обычно задают одни и те же вопросы: сколько лет, семейное положение, где работаю.

Так, по дороге в Ханой, я выяснила, что скоро предвидится вьетнамский Новый год, который называется Тет. Уже за неделю до празднования все заведения, магазинчики и куча организаций закрываются. На эти дни люди собираются (возможно, даже это единственный день в году, когда вот так вот съезжается вся семья), города пустеют, все разъезжаются по своим родным деревням. А в городе только и остается, что наблюдать концерты и салюты, но это всё не дает возможности прочувствовать сам праздник. Чтобы понять Тет, нужно тоже ехать в деревню. Хм, обсужу это с подругой, глядишь — и план какой выстроится.

Водитель поинтересовался, где меня высадить в Ханое, и я с ходу назвала тот хостел, в котором завтра будем с подругой, ну а что, можно тогда сегодня там одной переночевать, заодно и посмотреть, как там и что. Я тут же лезу на сайт бронирования и цепляю самую нереальную цену — 132 рубля.

Ребята выгрузили меня, мы распрощались, и они уехали, а я пошла заселяться.

— Привет, я Ричард, — приветствует меня темнокожий улыбчивый парень.

Так я знакомлюсь с учителем английского из ЮАР, который раньше жил в Таиланде, а сейчас приехал работать во Вьетнам. Оказывается, что в этой стране можно в два раза больше поднять за учительство, чем в соседней. Учителя-иностранцы на преподавании могут до 2 тысяч долларов зарабатывать, зависит только от твоего умения крутиться и находить хорошие варианты.

— Где тут можно деньги снять? Хотелось бы перекусить, — обращаюсь я к своему соседу.

— Пойдем, я тебе покажу, заодно и найдем какое-нибудь кафе.

Ричард оказался очень веселым парнем, и моего уровня английского вполне хватало, чтобы друг друга понимать. Мы прогулялись по району, который, к слову, находится прям рядом с мавзолеем Хо Ши Мина, так что у хостела приятная не только цена, но и расположение.

В большинстве заведений подают в основном рис, курицу, свинину и рыбу. Но в одном я всё же договорилась, чтобы мне приготовили лапшу с овощами, которыми были одни лишь зеленые стебли. Вьетнамцы называют это «капустой», и мне так и не удалось выяснить, что же это на самом деле за трава. Ну а Ричард взял себе рис вперемешку с яйцом.

По цене мое блюдо обошлось примерно в 100 рублей, уже позже я приноровилась заказывать и более разнообразную еду по цене не более 75 рублей.

Наевшись, мы на обратном пути закупились желтыми манго (210 рублей за килограмм, в других городах я уже после находила желтое манго и по 120 рублей, а зеленое — по 60), чтобы порадовать завтра Берегиню, и вернулись в хостел.

— О, хэллоу, вэара ю фром? — обращаюсь я к недавно прибывшему соседу с соседней кровати.

— Раша.

— Ты из России, здорово, я так давно не слышала уже русской речи.

Так я познакомилась с Васей из Воронежа, с которым мы потом еще полночи делились впечатлениями о разных странах, опытом в путешествиях и историями о лаосских жареных белках.

* Instagram — экстремистская организация, деятельность запрещена в РФ.

** Вероятно, имеется в виду мировой рейтинг паспортов, где страны ранжируют по количеству безвизовых направлений для их гражданам. На первом месте не первый год находится Сингапур, гражданам которого можно посетить без визы 192 страны. Последнее место у Афганистана.