Дневник кругосветки. Как ростовчанка доехала из Пакистана в Китай

Ростовчанка Гала отправилась автостопом в кругосветное путешествие: она хочет объездить Азию и добраться до Африки. Гала уже побывала в Армении, Иране и Эмиратах, осмотрела Оман, пожила в Пакистане. Мы уже публиковали 23 главы о ее путешествии. В планах у Галы — Китай, Тибет, Индия и Индонезия.

Забегая вперед, скажу: я в Китае. Ну а теперь о том, как это было.

Купила я билет на автобус фирмы Faisal Movers, но в назначенную дату рейс был отменен, пришлось ехать снова на вокзал и менять на 13 декабря.

Вроде всё хорошо, и мы выезжаем из Исламабада в положенную дату. Нас, пассажиров, всего человек пять плюс водитель и его помощник. Я сначала и не поняла, как эта крупная компания выживает. Сразу после посадки всем вручили боксы с перекусом. Так как время позднее уже было, я уснула, только иногда открывала глаза и, видя темную узкую полосу серпантина, чтоб не бояться дальше, погружалась снова в сон. На следующее утро мы остановились на завтрак: как обычно это были яичница и чай, всё оплачивала транспортная компания.

За время путешествия я так и не привыкла к пакистанской еде — даже если она неострая, то обязательно в огромном количестве масло, дал прям плавает в нём. Яйца — это особая боль. Я не знаю, как можно испортить яичницу, но ее здесь жарили в огромном количестве потемневшего масла. То же самое с лепёшками. Приходилось просить, чтобы жарили на «сухой» сковородке. Чай — так это вообще один сахар, не предупредишь, так будет у тебя хрустеть на зубах.

Из всего мне нравились лепешки наан, особенно с чесноком, фрукты (я просто «сидела» на папайе) и фруктовый сок. Но это при условии, что не видишь процесса приготовления. Я как-то не предвидела этот момент и наблюдала миллионы мух, облепившие аппарат, готовивший мне гранатовый сок. Я, конечно, выжила, но эту травму мне теперь придется прорабатывать с психологом.

Продолжим. В Гилгит часть людей вышла, и осталось нас три человека на весь большой автобус. Я снова проезжала по тем местам, где провела последний месяц, но на этот раз не было сочных осенних красок, всё было серым, и даже солнце не светило. Ну прекрасно, прям отражение моего внутреннего состояния. Потом еще была остановка, на обед и часам к 5 вечера мы прибыли в Сост — приграничный город, откуда завтра отправимся в Китай.

Транспортная компания разместила нас в гостинице, накормила ужином, и после мы разошлись по своим комнатам.

Из попутчиков со мной остались двое мужчин. Один студент 26 лет, который направлялся в свой университет, второму 43, и в Пакистане он держит что-то наподобие нашей аптеки, а в Китай впервые едет по делам бизнеса.

Так вот, ночка в отеле выдалась для меня несладкой: снова мучили кошмары, поспала мало, еле смогла поднять себя с постели. Позавтракав, мы направились к пакистанским пограничникам. Тут скопилось автобусов шесть, но только наш такой большой был, остальные поменьше. Пока водители грузили чемоданы на крыши и закрепляли их веревками, пассажиры стояли в очереди для проставления штампов о выезде.

Я была единственной девушкой там, поэтому меня провели без очереди, но пограничнику что-то не понравилось, пришлось проследовать в отдельный кабинет. После череды вежливых вопросов о моем путешествии, со словами, что «я их гость», меня оставили греться у газовой горелки — в Пакистане не отапливаются помещения зимой.

Вернувшись в автобус, я обнаружила его полным, пассажиров там оказалось уже 25 человек. И мы выехали в сторону границы, которая раньше, с 1 декабря и до весны, закрывалась, а с этого года работает круглогодично. Но нужно учитывать, что суббота и воскресенье там выходные. Находится эта граница на перевале высотой 4800 метров и считается самой высокогорной в мире.

Но, оказывается, эта территория относится к Национальному парку, и с меня, как с единственной иностранки, запросили 30 долларов или 8400 пакистанских рупий. Для остальных суммы были незначительными. У меня с собой было только 3000, которые дал мне Муртаза на непредвиденные расходы, остальное доложил попутчик. Уже позже, когда у меня появилась связь, Муртаза снова меня выручил, переведя оставшуюся часть суммы на пакистанский счет этого мужчины.

У границы погода стояла отличная, без ветра, лежал снежок. Мы заехали в огромный китайский амбар для проверки автобуса, а сами с вещами пошли в отапливаемое помещение. Я снова единственная женщина, поэтому без очереди меня пустили на тщательный досмотр всех вещей, предварительно попросив паспорт. Увидев, что он пустой и только стоит пакистанский штамп, у меня спросили, а нет ли еще одного случайно? Ну а я ж честная, без понятия, что отвечать — и сказала, как есть. В общем, они долго рассматривали мои два действующих загранника, проверка моих вещей стала еще более тщательной, но на мое удивление, меня отпустили, хоть и самую последнюю.

Не люблю я это дело. Опыта в пересечении границ у меня немного. Вроде и знаю, что я всё делаю по закону, но лицо предательски краснеет и трясутся руки. Мне кажется, любой пограничник меня мог бы принять за контрабандистку, если б я не прятала руки в карманы, потому что честные люди так переживать не могут.

Около 9 вечера мы прибываем в Khunjerab port, находящийся в маленьком городке Ташкуркан. Разница во времени с Пакистаном три часа, с Россией — пять. Нас встречают пограничники, которые помогают подсоединиться к вай-фай и заполнить онлайн-декларацию, а потом меня, снова единственную девушку, выводят из общей очереди и сразу просят дать им два паспорта.

Ух, что тут началось: меня завели в отдельный кабинет, где устроили допрос, один задавал вопросы через переводчик, другой записывал, еще человека 4 передавали мои паспорта из рук в руки, даже под лупой рассматривали. Узнавали, для чего я их получала в одно время с разницей в месяц, чем они отличаются, какие у меня планы на Китай, есть ли бронь гостиниц и поездов, сколько денег с собой, чем занимаюсь. А я всё пыталась им объяснить, что в России разрешено иметь два загранника. Тут же сыпались вопросы: 

— А в каких целях используют два?

— Ну, чтобы если в одном закончилось место от штампов, можно было использовать второй, не возвращаясь в Россию.

После очередного осмотра вещей мне сказали ждать. Со мной остался пограничник, который объяснил:

— Понимаете, мы на этом пропускном пункте впервые сталкиваемся с подобной ситуацией, прецедента до этого не было. Поэтому мы еще раз всё проверим и отпустим вас.

Так и случилось: мне отдали оба паспорта, в одном из которых уже стоял штамп о въезде в Китай. На самом деле, работники были все очень любезные, улыбались и постоянно извинялись.

После мне показали, где ближайший магазин с сим-картами, который откроется уже утром. Через дорогу был отель, куда я и направилась. На ресепшене сидела девушка, у которой я тщетно пыталась узнать цену за номер и принимают ли они банковские карты. Подсоединяюсь к их вай-фай, и тут новый шок — ни один мессенджер не работает, Гугл не загружается, да вообще всё, что у меня было на телефоне, встало.

Проходит минуты три, и в зоне ожидания появляются человек шесть. Все так же почти не понимают английского, но зато какое-то непреодолимое у всех желание помочь. Мне с завидной регулярностью подсовывают телефоны, где через переводчик написано: «Вы нуждаетесь в какой-либо помощи?», «Что я могу сделать для вас?», «Вы хотите остаться в этом отеле?»

В общем, на пальцах я выяснила, что 100 юаней стоит номер (это примерно 12 долларов), карты не принимают, а банкомат совсем недалеко.

Не знаю, как так получилось, но через минуту я уже сидела с четырьмя парнями в огромном джипе и ехала типа к банкомату. Да простит меня мама за столь необдуманный проступок.

— А вы работаете в этом отеле? — только и нашла я что спросить.

— Да, да…

Ну а какого еще ответа я ожидала?

Расслабляемся, меня и правда через минуту высадили около банкомата. Хоть на экране и есть возможность выбора английского языка, но это ничего не поменяло, и за меня на китайские кнопки нажимал случайный попутчик. 1 юань выходит примерно в 11,30 рубля. Чтобы было проще, я просто умножаю сейчас всё на 10.

Вернулись обратно в отель, я заплатила за два дня и наконец-то заселилась в номер.

Весь следующий день я провела в отеле, только под вечер выбравшись в магазин. И уже успела столкнуться с некоторыми трудностями — и это не про курение в помещениях и очень громкую китайскую натуру. На это еще можно закрыть глаза. Всё оказалось сложнее.

Начнем с того, что каучсерфинг тут не пользуется большой популярностью, если только в крупных городах попытать удачу. Значит, где потеплее — в палатке, в остальных местах — хостелы.

В той провинции, где я нахожусь, автостоп возможен, дальше будет намного сложнее из-за автомагистралей и запретов там находиться посторонним. Соответственно, есть вероятность, что буду юзать поезда.

Билет на поезд или снять отель для иностранца можно в приложении trip.com, а также тут необходим WeChat, на котором завязана вся цифровая жизнь китайцев. Завтра приобрету местную сим и смогу зарегаться в вичате.

Но вот проблема: я не могу установить эти приложения, потому что мой бесплатный ВПН не тянет. Через Гугл я смогла оплатить 5 долларов за ВПН «Дядя Ваня», которым пользовался Алекс в Иране. И он хорошо себя зарекомендовал. Далее пришлось совершать танцы с бубнами, чтобы установить это приложение. И вуаля, у меня снова всё летает.

Что дальше? Сейчас общаюсь с дипсик и пытаюсь понять, где что находится, параллельно перенося всё на карту. После будет видно, в каком направлении мне двигаться.

А, ну и еще. Я прогулялась до местного супермаркета. Очень много непонятной еды. Вот взяла семечки. Думаю хоть их пощелкать, а они со вкусом пряничка. Спустя пять минут вкус становится настолько приторным, что есть уже не хочется…

На следующий день я всё же смогла купить местную сим. Подошла я снова к пограничному пункту, так как он через дорогу и на его территории находится салон связи. Но меня не пустили. Китайцы остановили выходящего пакистанца и, убедившись, что он знает английский, перевели мне, что уже на территорию я не попаду и связь приобрести могу только в городе.

Али, так звали того пакистанца, не сумев мне объяснить на пальцах, вызвался проводить до салона сотовой связи.

В Китае он по бизнесу, знает четыре языка. В этот момент мне стало немного стыдно за свой единственный английский. Но Али похвалил его, и мне уже было стыдно чуточку меньше.

В общем, купила я местную сим на 120 гигабайтов за 100 юаней (~1100 рублей).

А после мы пошли обедать в местное кафе. Мне принесли тушеные овощи в сладковато-остром соусе и чай. Как же я скучала по китайскому чаю, только ради этого можно было приехать в Китай.

Благодаря хейтерам я честно выложила на стол 100 юаней в ожидании официантки, но меня в категоричной форме заставили спрятать их. Так, на этот счет отчиталась.

После Али проводил меня до отеля, и вот я иду в сторону трассы. На улице сейчас +3, но из-за солнца кажется, что очень тепло. Спрятала свой плащ в сумку и иду налегке.

Смогла затормозить небольшой грузовичок, направлявшийся в Кашгар, в котором на меня поочередно кричали два китайца. Если серьезно, то такая у них забавная манера общения. Кажется, что ты что-то сделал не то — ан нет, просто спрашивают про твоих маму и папу.

Такие потрясающие места мы проезжали, вот реально в каждой стране свои особенные горы — в Армении зеленые, как площадка для гольфа, в Иране марсианские, в Омане — желтые, как песок, Пакистан — это заснеженные восьмитысячники, ну а Китай… Это картины Рериха.

Добравшись до Кашгара, недалеко от центра города я нашла старый город Гаотай — это древний уйгурский поселок. Он представляет из себя двух- и трехэтажные глинобитные дома. Одну часть отреставрировали, там до сих пор проживает более 600 семей различных ремесленников, разместивших на первых этажах свои товары.

Другую часть города огородили и сделали из нее культурный объект. В отреставрированной части в основном все туристы, торговцы, там кипит жизнь. Про вторую часть, которая располагается через дорогу, многие не знают, жителей оттуда выселили, осталось всего несколько ремесленных лавок. Там просто классно в теплое время посидеть в кафе на крыше с отличным видом.

После я заселилась в хостел за 250 рублей в сутки, где и провела следующие два дня, отдыхая от дороги.