«Он огромный, как самолет»: репортаж 161.RU из ростовского микрорайона, который ночью атаковал беспилотник

В ночь на 27 июля Ростов пережил атаку БПЛА. Под удар попали сразу три района — Ленинский, Пролетарский и Железнодорожный. Повреждены многоквартирные и частные дома, автомобили, кафе, склады, погибли пять человек, ранения получили восемь.

Корреспондент 161.RU побывал в микрорайоне «Красный Аксай», подвергшемся атаке этой ночью, чтобы поговорить с людьми, которые прятались в ванных, услышав жужжание за окном, а потом спускались пешком по аварийным лестницам в поисках укрытия.

Мы едем в один из пострадавших ЖК: он считается премиальным, с хорошей благоустроенной территорией. Вокруг цветущие кустарники, молодые деревья, аккуратные лавочки. Район встречает нас тишиной, солнечной, почти курортной. Гуляют мамы с колясками, беременная женщина медленно идет по тротуару. Кто-то выгуливает собаку. Никакого ощущения, что ночью здесь было страшно. Не сразу понимаем, где именно случилась беда.

Мы подходим к шлагбауму. Охранник качает головой:

— Вы туда не зайдете. Там всё оцепили. Только обходить.

Делаем крюк вдоль забора — и картинка ломается. Сначала видишь машины: полиция, скорая, технические службы. Люди в форме с планшетами, рабочие в касках — все стоят, задрав головы вверх, и оценивают ущерб. А потом видишь дом. В его теле — рваная пробоина.

И детская площадка с песочницей, горками и качелями — всё усыпано осколками, куски бетона лежат вперемешку с какими-то щепками. Но с другой стороны двора — зелень, цветы, чистота.

У оцепления стоят две женщины. Ольга и Валентина. Валентине 62 года. Она поправляет воротник легкой кофты и говорит спокойно:

— Был первый взрыв, не очень близко. Дочка ко мне прибежала: «Ты слышала?» А окна же открыты, лето. И слышим — гудит, как моторка, как катер по реке. Дочка говорит: «Ой, летит БПЛА». Схватила внучку, разбудила — и в ванну. Я ей: «Да это катер, пойдём». Она всё равно утащила ребёнка. И тут мы стоим в этой ванне — и оно как шарахнет. Дом затрясся.

Удар пришелся выше их этажа.

— Дочке говорю: ванна не спасёт. Только взрыв прозвучал — и опять гудит, слышно: второй летит. Такое ощущение, что он надвигается прямо на тебя, — рассказывает о событиях минувшей ночи Валентина.

Они бросились в подъезд по аварийной лестнице, пешком — вниз, в бомбоубежище. В домашней одежде, без денег, без вещей.

Мы спрашиваем, когда разрешат вернуться домой.

— Мне сказали — через неделю, — отвечает Ольга. 

— И где вы эту неделю будете жить? В пункте временного размещения?

— Ну, либо у родственников. Я дочку дождусь и позвоню сыну. Может, в Новочеркасск уедем. По родственникам, по друзьям.

Валентина тут же поправляет:

— А нам сказали — может, к концу дня уже запустят, после обеда. Электричество еще отключили, а у меня там мясо в морозилке, пропадет же, вот беда. Еще и стирку развесила на балконе, а вдруг завоняется…

Валентина смотрит на пробоину в доме и вдруг эмоционально выдает об организаторах атаки:

— Диверсанты, мошенники — не знаю, кто ещё, блин!

Ольга смотрит на ночную атаку иначе:

— Некоторые говорят — специально, запугать нас хотят. Мы же прямо в центре находимся.

— Но эта же штука, которую запускают, денег стоит, правильно? Панику навели. Прямо дрон влетел полностью как к себе домой. Они летели, жужжали тут — прямо толпой. Как стрекозки. Это ж вообще! Буду теперь в туалете спать просто, — подводит черту Валентина.

Чуть поодаль мы замечаем ещё одну группу жителей. Женщина с ребёнком на руках — та самая, что слышала жужжание этой ночью.

— Прятались в ванной. Страшно, конечно, было. Я никогда раньше не слышала БПЛА. Это совсем другие звуки. Их ни с чем не спутаешь, — взволнованно комментирует ростовчанка.

Семейная пара уточняет, что их тоже эвакуировали. Размещают в детском садике по соседству, но они поедут к родственникам.

Жительница соседнего дома Марина рассказала, как она пережила эту страшную ночь. Голос у женщины срывается.

— Я проснулась от того, что мужчина заорал: «На второй круг заходит!» Мой муж тоже проснулся — от жужжания. Он сначала думал: где-то опять эти на катерах ездят. А БПЛА кружились тут по микрорайонам, их куча была. Он говорит: «Я проснулся из-за того, что начали стрелять», — вспоминает Марина.

Она замолкает. А потом добавляет — тихо, почти шёпотом:

— Тут всегда было тихо. А это что-то прямо…

Пожилая женщина делится со мной своими переживаниями. Она приехала в Ростов недавно, говорит отрывисто, словно до сих пор не верит в случившееся.

— Дочь вскочила, быстренько, говорит: «В туалет!» Просидели там минут десять. Взрывы не прекращались. Потом — тишина, — вспоминает бабушка. — Мы оделись и спустились в паркинг. Охранник показал, в какую дверь. Там переждали где-то около часа, потом поднялись в квартиру.

— Даже сирена не сработала. Мы сами на взрывы реагировали, — всплескивает руками собеседница.

Ростовчанка из соседнего двора, которая подошла во время разговора, вклинивается:

— А вы из какого дома? Видите, балкона нет? Металлического прутика нет? Дверей нет? Перила балконные — вон, в траве лежат. Их просто давлением вытолкнуло.

Мы смотрим туда, куда она показывает. В зелени, среди одуванчиков, лежат искореженные металлические конструкции.

Мы идём в пункт временного размещения. Он в детском садике через дорогу. По пути — женщина с коляской обсуждает с соседкой жару. Кто-то говорит про потоп. Район живёт своей обычной жизнью. Подходим к садику, у входа тихо, а во дворе всего несколько человек. А дальше происходит что-то странное и очень горькое.

Мужчина в гражданской одежде — но по выправке видно, что из структур — подходит к другому и что-то говорит ему тихо — почти на ухо. Тот замирает, его лицо каменеет. А потом он начинает плакать, не просто плакать — выть, скулить, и его под руки уводят в медпункт. Следом начинает реветь женщина.

— Совсем маленькие дети… А она с мужем всегда. Машина на парковке… Племянник… Он сказал: нашли машину… — захлебывается от слез женщина.

Кто-то пытается её успокоить:

— Подождите, может, их эвакуировали. Пойдемте. Давайте выпьем успокоительное.

Женщину уводят.

Внутри — те, кто остался в ПВР, и те, кто ждёт разрешения хотя бы на минуту зайти в свою квартиру. У всех серые лица, синяки под глазами. В глазах — странная смесь усталости и смирения: «Ты ничего не можешь изменить. Только ждать».

— А вам тоже сказали семь дней здесь сидеть?

— Нет, мы не знаем сколько. Ничего не сказали. Мы хотим войти, хотя бы посмотреть, что там. Окна выбиты — это мы знаем. А что дальше?

Женщина сидит, сжимая в руках рюкзак с вещами — единственное, что успела схватить перед тем, как выбежать из дома:

— Я побежала к детям. Взяла телефон, паспорт — и слышу второй беспилотник летит. Выбежала, мне было очень страшно, не могла больше собираться. На улице было много людей, все стояли вокруг дома и смотрели на осколки.

Другая пострадавшая говорит отрешенно. Девушка вспоминает, как прямо в ее квартиру летел беспилотник, оцепеневши от страха, она не могла пошевелиться, все тело замерло. Прямо перед взрывом БПЛА сменил направление и влетел в квартиру выше, наискосок:

— Я не могу забыть эту картину. Беспилотник постоянно у меня перед глазами. Мне мерещится, что он залетает ко мне в квартиру. Он огромный, как самолет.

Кто-то за нашей спиной вклинивается — просто, без надрыва:

— Сегодня живёшь, — а что завтра, не знаешь. Ложимся спать, и всё время страшно. Потому что прилёты именно по этажам.

Мы уходим из микрорайона. Солнце всё так же светит. Деревья цветут. Где-то лает собака. Беременная женщина у оцепления смотрит на пострадавший дом и не уходит. А на детской площадке, прямо под качелями, всё ещё лежат осколки. Их пока не убрали.

Жителей ЖК — кого-то на неделю, кого-то до вечера — отправили в пункт временного размещения. Кто-то уедет в Новочеркасск. Кто-то останется ждать разрешения подняться в свою квартиру, чтобы забрать документы или продукты из холодильника, который уже не работает, или просто посмотреть, что там.

И пока над Ростовом снова тихо, в этой тишине живут люди, которые теперь знают звук, не похожий ни на что. Звук, который сначала принимали за шум катера.

Ранее 161.RU публиковал комментарии читателей, которые всю ночь укрывались от беспилотников: кто-то прятался в ванной, кто-то искал убежища. Комментарии ростовчан собрали — в этом материале.