Многодетную мать из Архангельска могут посадить в тюрьму: она воспитала 11 детей

Многодетную мать из Архангельска Наталью Кулиш в ближайшее время могут отправить в колонию. Двое приемных детей уже оказались в детдоме, под угрозой еще трое родных и маленькая внучка. Идут суды, и скоро решится судьба большого семейства. По версии обвинения, Наталья несколько лет избивала приемного сына, неделями держала его взаперти. Потерпевшим проходит еще один ребенок — сын гражданского мужа. Сама Наталья утверждает: насилия не было, только материнская строгость. Наши коллеги из 29.RU разбираются в жуткой истории семьи, которая имеет множество медалей, грамот и занимается благотворительностью, а всё рассыпалось фактически из-за ссоры с родственницей и бывшей подругой. «Кто будет подговаривать?» В доме Натальи Кулиш сейчас пятеро детей: младшей — внучке Евдокии — два года, Наталья взяла ее под опеку, как она говорит, «из-за болезни дочери». Первокласснику Алексею 7 лет, Илье — 11. Лидии — 13. С ними живет и Татьяна — дочь Антона Ловкова, мужчины, с которым Наталья встречалась несколько лет. Взрослые дочери Светлана и Анастасия живут отдельно. Семья Кулиш активная. Дети занимаются цирковым искусством, у них много грамот, медалей, постоянные выступления, в том числе благотворительные. Наталье 46 лет. Раньше она работала регистратором в детской больнице. Сейчас находится в отпуске по уходу за ребенком — воспитывает внучку. Первый супруг умер. А со вторым — гражданским мужем Антоном Ловковым — они уже вместе не живут. Всё стало рушиться внезапно — дети не пришли из школы. — Я отправила за ними старшую дочку, а там полиция, — рассказывает Наталья. Так резко у нее забрали двоих приемных ребят, а потом еще двоих — детей бывшего мужа Ловкова. Они заявили следствию, что Наталья била их деревянной лопаткой и колотушкой, железной палкой и цирковыми тростями. — Без единого перелома, ссадины, эти синяки видела только Виктория. Ни школа, ни больницы, ни другие общественники такого не замечали. Виктория — близкий к детям человек. Подруга и даже родственница Натальи: есть общий внук, их дети встречались, а потом разбежались. Поначалу молодые бабушки дружили семьями, помогали друг другу, а потом пошли конфликты. — То ли это зависть, потому что неоднократно она проговаривала, что я много денег получаю за опекаемых детей. Говорила, что дорогой вид спорта у детей. Что один из них ворует у тренера. Мне, наверное, надо было обратить внимание, когда Виктория такие посылы давала, что дети проблемные. Наталья говорит, что следствие началось из-за звонка Татьяны, матери Виктории. — Татьяне очень не нравилась моя дочь как невеста ее внука. Она по знакомству позвонила своей бывшей сотруднице, которая работала у одного из детей воспитателем в школе-интернате. Я от следователей узнала, что той женщине поступил звонок от Татьяны, якобы дети жалуются, просят помощи, их бьют. Та заявила директору, и без всех внутренних разбирательств сразу пошло такое следствие. По словам Натальи, Виктория странно себя вела, и присмотреться к ней стоило давно: — Были у нее как-то в бане, она тогда проговорила: «Ты не боишься, что дети будут врать на тебя, что ты их бьешь, и это будет очень громкое дело в суде?» Я ответила: «Да кому надо, кто будет подговаривать?» «Мифические синяки», как говорит Наталья, никто не видел. Только родственница по внуку: — Виктория утверждает, что 18 мая 2024 года дети показывали ей синяки на руках, 19 мая мы всей семьей, сын ее был с нами, Адриан, ездили на фестиваль, выходили на сцену в коротких футболках, у девочек открытые ноги, мальчик в джинсах. Синяков никто не видел. Наталья уверена, что на ее детей повлияла Виктория: — Приемная дочь у меня была замечательной девочкой, ей очень хорошо промыли мозги. У меня осталась Татьяна, совершеннолетняя, не стала жить с папой Антоном. Она в суде призналась, что тетя Вика предлагала им подставить меня. Дочь Натальи делилась с мамой, что старший сын Виктории говорил: «Моя мама твою посадит, а вы подыхать в детском доме будете». — С Викторией пересекались, я у нее спрашивала: «Для чего ты это делаешь, почему?» Ответ один: «Ты сядешь, успех твоих детей на этом закончится». Может, ей надо пойти работать и в успех своих детей вложиться? Приемных детей спасла от пьющих родителей Несколько лет подряд к Наталье в дом приходили сотрудники органов опеки: проверять, как живут дети, которых она спасла от пьющих родителей. Претензий к ней, как сама говорит, никогда не было: — Дети в школу собраны, на кружки ходят, с детьми разговаривали, в футболках ходят, дома тепло, не закутаны, чтобы синяки якобы прятать. Дети, у которых были проблемы с поведением, ходили к психологам, занимались на групповых занятиях вместе с родителями. Трудности в жизни некоторых детей возникли из детства: по словам Натальи, приемных детей биологическая мать действительно била и закрывала в кладовке. — Случаи у детей взяты из прошлой жизни, они когда рассказывали, я делилась всем с Викторией и сама дала ей карты в руки, что можно взять. В их жизни было, но в прошлой, до моей семьи. Женщина считает, что у суда предвзятое отношение. По ее словам, прокуратура просит не учитывать ни положительной характеристики, ни показания, ни медицинские заключения. — Якобы я деревянной колотушкой била по рукам, у меня, честно, есть мысль: взять деревянную колотушку, ударить и посмотреть, что будет с рукой. Я представляю, что рука минимум должна опухнуть. Ребенок идет в школу на следующий день, пишет. Какая волшебная колотушка тогда? По словам Натальи, дети неоднократно меняли показания в суде. — А почему дети врут? Я не знаю. Двое из них давали показания, что их подговорила тетя Вика. Сказала, что заберет к себе. Этого не случилось. Они на другом заседании сказали правду. Меняются в показаниях детей и даты, когда Наталья их била. — Утром пришел участковый, читает заявление, называет число: 25 апреля в 12 часов дня я била. А в этот день и в это время у меня был суд. Потом 7 мая в суде поменялись показания: не 25, а 26 апреля. В этот день есть алиби, мы ездили выступать. Были с самого утра. После мы ездили репетировать в другое место. Поели, отправила детей на тренировку. После поехали в гости, домой вернулись около восьми вечера. «Моя вина только в том, что их приняла как родных» Судебное разбирательство идет уже год. Наталья говорит, что не может нормально спать всё это время. — Сам факт нахождения детей в детском доме — это тяжело. 9 лет из жизни не выкинешь, для меня они родные. Моя вина только в том, что их приняла как родных, требовала со всех наравне. Держаться помогают старшие дети, друзья и соседи, но некоторые из них отвернулись из-за случившегося. Изначально адвокат говорила Наталье, что наказанием может быть штраф или условный срок. Но на одном из последних заседаний стало понятно: избежать колонии сложно. — Говорит, что такого в практике еще не было. Я не знаю, что мне делать. Наталья не понимает, почему с ней так обошлись. — Чего от меня ждут? Может, я смогла бы дать, вранье бы прекратилось? Денег она хочет, она мне должна, долг простила, надо еще? Соберу, дам, мне не жалко. «Дети страдают» Мы связались с Викторией. И если верить ей, то насилие в семье Натальи Кулиш она наблюдала несколько лет. Почему раньше не заявляла? Говорит, что боялась. — Я с ней [Натальей] поговорила, что так нельзя с детьми обращаться, что это уголовное дело. Она стала сторониться, а потом мы вообще поругались. С апреля 2024 года не общаемся вообще. По ее словам, после этого дети, жившие в доме Натальи, стали говорить, что у мамы «съехала кукуха». — Сколько раз они ко мне приходили, у них синяки, она постоянно это всё сваливает на то, что гимнастика виновата, акробатика, что они занимаются спортом. У меня дети тоже в спорте, но таких синяков нету, — рассказывает журналистам Виктория. Она утверждает: дети жили в кладовке, без света, воды, доступа в туалет. Это видел ее сын Адриан. Когда дети Натальи в очередной раз встретили ее и якобы рассказали о насилии, Виктория ответила, что не хочет связываться с их матерью. — Я сказала, что с вашей мамой связываться бесполезно, потому что у нее все депутаты схвачены. Она всё время кричит, что у нее органы опеки под ее властью, что у нее везде связи. Сказала им обращаться в школу. Одной из пострадавших, как рассказывает Виктория, была Татьяна, дочь гражданского мужа Натальи. — Таня мне закатала рукава на кофте и показала, что у нее на руках синяки. И девочки сказали, что это была жердинка от кроватки или палка какая-то. Она поколотила Таню по рукам. Сам Антон при этом говорит, что насилия в семье не было: — Не было такого, наговаривает она [Виктория] всё, — рассказывает бывший муж Натальи. — Виктория их [детей] подговорила. Зависть, наверное, не знаю, что еще может быть. У Натальи всё хорошо было, а у нее всё плохо. Мужчину себе найти не может нормального. Вот и переключилась на Наталью. Виктория утверждает, что синяки видела своими глазами, но фотографировать не стала. Она уверена, что на выступления детям замазывали ушибы и ссадины профессиональной косметикой, а на фотографиях их просто может быть не видно. Дети, как рассказывает Виктория, неоднократно рассказывали ей об издевательствах, которые происходили в семье. Один из них заявил, что Наталья вскипятила чайник и вылила на него кипяток. Адриан, живший какое-то время у Натальи вместе с ее дочерью, рассказывал Виктории, что детей бьют. — Он говорит, если сейчас с маленькой Евдокией она сюсюкает, то через 2−3 года она будет ее избивать. И что дальше? Говорил, что посадила детей в кладовку, мне аж что-то плохо стало. Это как? Два характера Главный конфликт подруг — расставание их детей. По словам Натальи, сын Виктории Адриан бросил ее дочь, причем сообщив об этом по телефону. Виктория же рассказывает, что их дети были вместе до последнего, и Настю даже ждали на проводы сына в армию: — Она не пришла, сказала, что ждать его не будет. Еще один конфликт — материальный. Наталья, как мы писали выше, утверждает, что всячески помогала Виктории. Но и та утверждает, что тоже часто выручала большую семью: — У меня огромный участок, выращиваем продукты, они ведрами, мешками уносили свеклу, морковь с огорода, огурцы, заготовки. Виктория жаловалась в полицию на Наталью, когда в очередной раз они поссорились. Там заявление не приняли. Из-за чего случился конфликт, женщина уже не помнит. — Может, два таких характера. Мы считались два лидера, — рассуждает Виктория. «Слова детей необходимо проверять» Юрист и защитник Натальи Кулиш Анастасия Нибаракова говорит, что к следствию у нее есть вопросы. Наталью Кулиш обвиняют по части 2 статьи 117 УК — истязание в отношении нескольких малолетних лиц с особой жестокостью; по статье 156 УК — ненадлежащее исполнение родителем, в данном случае опекуном, своих обязанностей по воспитанию с особой жестокостью. Наказание — от 3 до 7 лет лишения свободы в исправительной колонии. — Фактически всё обвинение строится только на показаниях потерпевших, то есть двоих детей из сложных семей, которые под опекой находились у Натальи много лет, — рассказывает адвокат. — Ребята говорили о том, что их избивали на протяжении длительного периода времени, при этом закрывали в кладовке и туалете, в том числе на неделю и вплоть до месяца. Анастасия рассказывает, что дети посещали школу и учреждения дополнительного образования, пропусков уроков у них не было. В материалах дела нет документов и показаний свидетелей, подтверждающих телесные повреждения. — Мы дополнительно опрашивали педагогов потерпевших из школ и из учреждений дополнительного образования. Все они показали, что у потерпевших не было телесных повреждений. Признаков, свидетельствующих о том, что к потерпевшим негативно относятся, что у них сложная ситуация, что они недокормлены, что над ними издеваются — таких признаков не было. Анастасия подтверждает: дети несколько раз меняли свои показания в суде. — У Натальи были под опекой несколько детей, жили в одной квартире. Один потерпевший и свидетель пришли в суд и признались, что они оговорили Наталью или объяснили причины: им не нравилось, что на неделю забирали мобильные телефоны, не разрешали гулять до полуночи, заставляют делать уроки, посещать спортивные мероприятия, участвовать в концертах, не дают дома сидеть в телефоне, — рассказывает юрист. — Это их не устроило, и их смог убедить человек, который негативно относится к Наталье, что необходимо ее оговорить, и этот человек возьмет их в семью. Когда этого не произошло, они осознали и признались в суде, что ее оговорили. Анастасия считает, что в деле нет состава преступления, но об итоговом решении говорить рано. Еще одно заседание пройдет в конце мая. — Органы опеки, полиция, медицинский работник, которого допросили в суде, все говорили, что Наталья надлежащим образом выполняет свои обязанности как родитель и как опекун. Мы говорим о том, что здесь нет состава преступления, поскольку есть только показания детей, которые меняются по несколько раз. Я не представляю, как при таких доказательствах возможно вынести обвинительный приговор и поместить человека в места лишения свободы. Но итоговое решение выносит суд. Двое приемных детей, которых забрали у Натальи, сейчас живут в одном из детских домов Архангельской области. Редакция запросила разрешение на общение. Там ответили, что «общение с детьми в настоящее время не будет соответствовать их интересам». Что происходит с детьми в детском доме Из семьи Натальи забрали двоих детей, брата с сестрой. В детском доме рассказали, что в таких случаях детей не разделяют, отправляя в одно учреждение. — Дети, являющиеся членами одной семьи или находящиеся в родственных отношениях, направляются в одну организацию для детей-сирот и размещаются в одной группе, за исключением случаев, когда это противоречит интересам детей. В учреждении с детьми проводится психологическая работа, которая направлена на создание оптимальных условий по их развитию, формированию их эмоционального благополучия, их адаптаций к новым условиям проживания. — Центр соответственно осуществляет деятельность по психолого-медико-педагогической реабилитации детей, в том числе реализации мероприятий по оказанию детям, находящимся в центре, психологической (психолого-педагогической) помощи, включая организацию психопрофилактической и психокоррекционной работы, психологической помощи детям, возвращенным в организацию для детей-сирот, после устройства на воспитание в семью, — рассказали в учреждении. В центре дети могут видеться со своими законными представителями и родственниками, если это не противоречит их интересам. Дети также могут звонить и переписываться с ними. Каким именно образом — в учреждении не уточнили. 30 мая пройдет очередное заседание, Наталья и ее защита настроены скептически: рассматривают в том числе и самый худший расклад. Что будет в таком случае с детьми — понимания нет. С большой долей вероятности они тоже отправятся в детдом. Мы продолжим следить за развитием событий.