«„Полная посадка“ не дотягивает до шоу „Адский шеф“»: повар рассказал правду о проектах Ивлева

Повар из Якутии Александр Ерохин известен за пределами республики, по крайней мере в узком профессиональном кругу. Якутянин уже три раза принимал участие в кулинарном шоу именитого шеф-повара Константина Ивлева на телеканале «Пятница». На этот раз Александр вернулся с нового проекта «Полная посадка» (16+). Что за собой скрывает новое шоу, как на самом деле снимали проект «Адский шеф» (16+) и почему якутянин оказался в Москве и стал для Ивлева «бриллиантом» — обо всём этом Александр Ерохин рассказал 14.RU. — Александр, расскажите, как вы попали на шоу «Полная посадка»? — Когда узнал о шоу, я сразу же написал Константину Ивлеву и телеканалу «Пятница». Они говорят: «Да, конечно, ждем. Сейчас у нас участвуют простые блогеры, фотографы, стюардессы и все остальные. Мы вас позовем в качестве профессионала. Вы будете соревноваться против людей, которые этим не занимаются». — Как вам участие? — Это были увлекательные три дня, которые после смонтировали в час программы. Там тоже несколько человек на этапах вылетело, но почему-то этого не показывают по телевидению. Мы выступали против поваров обычных столовых и проиграли им на долю секунды. Так, видимо, было нужно, чтобы зрителю было интересно смотреть. И потом у нас одного повара отстранили: отправили посуду мыть, потому что накосячил. Но всё равно наша команда очень хорошо справилась со своей задачей. Ивлев вне камеры — это обычный мужик — Это правда, что вы давно знакомы с Константином Ивлевым? — Да, с 2014 года я с ним знаком. Я ему в Instagram (экстремистская организация, деятельность запрещена на территории РФ) просто написал как-то, и он мне ответил. У нас пошло общение. Я по поварским темам ему задавал вопросы, он всегда отвечал. А потом даже так получилось, что он меня и с днем рождения начал поздравлять. Многие думали, что я ему проплачиваю за это. Ничего подобного не было. — Многие думают, что Ивлев — тиран. Каким он вам показался? — Он совсем не такой. Если взять Рената Агзамова, вот тот такой человек: и по жизни такой, и без камер: очень сильно себя любит, высокого о себе мнения. И имеет право так считать. А Константин добрый и отзывчивый. Все на него смотрят, думают, что он тиран-убийца. По телевидению, конечно, он выглядит таким, а без камер — настоящий русский мужик. Я с детства начал готовить, в седьмом классе еще. И Константин, наверное, это тот самый батя, который сидит рядом и помогает, объясняет всё доступно, по полочкам. Такой он на самом деле мужчина. — Когда вы впервые встретились с ним лично? — На «Битве шефов» три года назад, и там он меня окрестил якутским бриллиантом. На «Битве с шефом» получилось так, что я был уверен в своем блюде абсолютно, потому что в говядине я всегда был уверен. Я ее с закрытыми глазами могу приготовить. Многие участники готовили то же мясо и свинину брали, но оно у них было сырое, недоготовленное. И он только на меня смотрит и говорит: «В мою команду». Я, конечно, сильно удивился, потому что для меня приготовить говядину было делом простым. И когда я уходил с шоу, Константин сказал: «Я тебя на следующий год жду на „Адском шефе“». Доил верблюда и получил травму — Вы легко попали на «Адский шеф»? — Всё равно проходил все кастинги, очень много этапов кастинга. А Константин тут не решает, кто попадет на шоу. Он просто человек, который ведет эту программу, всё решает продюсер и вся остальная команда. Первая серия третьего сезона снималась в Дубае — это был отборочный тур, из 25 человек должны были пройти только 20. — Правда, что вы доили верблюда? — Да, мы действительно доили верблюда. Меня там все участники называли «якут». «Ну он там, наверное, кучу оленей у себя доит», — говорили они. Такое у них мировоззрение о Якутии было почему-то. А я не обращал внимания, просто знал, что больше никогда в жизни, возможно, не попробую подоить верблюда. И когда спросили: «Кто готов?» — там по серии заметно, что я прорываюсь прямо, — я сказал шефу: «Буду я доить». Я коровье вымя, конечно, держал, потому что сам деревенский, доил. А тут вымя совсем другое. Оно какое-то конусное и большое, вообще прям огромное! А верблюд еще не дает доиться, постоянно пинается, укусить тебя хочет. Прям страшновато немножко было. Но это был очень интересный опыт. И запах, кстати, у верблюдов специфический. Это не то, что от наших якутских коров идет, совсем всё по-другому. И для меня было необычным: из −45 прилететь в +45, где-то в пустыне доить верблюда, при этом готовить, чтобы еще и песок в еду не попал. Это действительно был «Адский шеф»! — Сложно было? — Очень сложно. Прямо очень. Ребята там в обморок от жары падали. Все думают, что это наиграно. Вот в «Полной посадке» (16+) есть постановочные моменты. Нас попросили, чтобы Миша и Даня поругались, потому что соус подгорел, когда мы заготовку делали. Продюсеры хотели немножко экшена добавить. А в «Адском шефе» всё прям капец сложно. Никаких постановок. Никаких пересъемок. Вообще ничего. Вот как есть, так и есть. — Это, наверное, из-за того, что там и без того накал сильный. Не надо ничего придумывать. — Да. И весь твой опыт, который годами копился, тебе и пригождается. У нас же телефоны забирали и отдавали раз в пять дней, чтобы позвонить родственникам. А спали мы по 4–5 часов в сутки максимум. — Ничего себе, это же реально адские условия… — Да. Еще плохо, что живешь в помещении самой студии — без окон, без дверей, — в туалет выходишь только с разрешения. Мы их «нянечками» называли — это специальные люди, которые сопровождали нас везде. Только вот когда выводят тебя на съемки, тогда видишь хоть что-то, кроме одних и тех же лиц, локация как-то меняется. — Не переругались там друг с другом в таком тесном пространстве? — Ой, очень много чего было. Там не всё попадает в камеру. Знаете, я, наверное, был единственный… Нет, была еще Катя, ей было за 40 лет, и мне 39 лет в тот момент. И вот мы были самые спокойные. А молодежь коалиции создавала, какие-то голоса друг против друга собирала, вечно какие-то терки. — Так это и любят смотреть по телевидению! — Ну да, а мы с Катей были на нейтралке. Мы же взрослые люди, сами за себя. А вот молодежь что-то придумывала [как победить]. Но всё то, что они придумали, всё в пух и прах разлеталось, потому что продюсеры всё знали: у нас же микрофоны всегда прицеплены, ты только его в душе снимаешь. Мощная команда там в «Адском шефе» была: всё слышит, всё видит. — А почему вы вылетели из шоу так рано? — Я вошел в ту самую двадцатку лучших поваров, и мы, когда поступили в академию «Адского шефа», должны были пробежать по углям. И я поскользнулся, и всё — у меня повреждение мениска. Ходил на костылях. К сожалению, пришлось покинуть шоу. Но потом, спустя два месяца, нога зажила, и меня на девятнадцатую серию сезона пригласили. — Это была серия, где вы поддерживали финалистов? — Да. Совершенно верно. Наша команда выиграла, и Влад стал победителем «Адского шефа». — Вы согласны с этим? — Мне кажется, победителями могли бы быть Никита Ангуров, Даня Горбунов или Римма Панкратова. Влад, на мой личный взгляд, уступает им. — Может, там всё проплачено? — Не могу знать. Последняя серия была, и он уже в черном кителе стоял, хотя до этого вылетал, и каким образом его обратно взяли и почему, мне непонятно. — А самому не обидно было вылететь из шоу в самом начале? — В начале — нет, потому что Константин сказал тогда: «Давай сделаем шаг назад, чтобы потом сделать два шага вперед». И я думал, что вернусь в следующем году с новыми силами, знаниями, а тут шоу закрыли. Тогда было очень обидно, прямо очень. Но вот сейчас «Полная посадка» вышла. На мой взгляд, да и все это видят и понимают прекрасно, шоу не дотягивает до уровня «Адского шефа». — Там же постоянно скандалы, интриги, расследования были… — И это было не постановочное. Хотя многие диванные комментаторы считают, что есть постанова, а там нет ее. Где-то всё равно что-то подыгрывают, конечно, для сюжета, но в большинстве случаев всё реально. «Я якутский бриллиант» — Вы поучаствовали уже в трех разных проектах с Константином Ивлевым. Вот у вас, когда вы в Якутск возвращаетесь, популярность растет? Вы это чувствуете? — Прямо сильно. Я начинал в Instagram (экстремистская организация, деятельность запрещена на территории РФ) с 600 подписчиками, потому что сам канал мне был неинтересен. А после «Адского шефа» стало почти 8 тысяч подписчиков. Уже начали просить рекламу всякие доставки, суши, пиццы. И я тогда метнулся, наверное, к одному из самых грамотных людей в Якутске, у которого команда эсэмэмщиков. Это Олег Кимович, владелец ресторана Soul. Он меня позвал на работу. А я знаю, что он очень хорош в рекламе. А сам я человек, наверное, тщеславный. Люблю очень себя. — Так вы же с Агзамовым похожи! — Ну, возможно, да, немного есть. И вот меня раскрутили еще в Desert Soul, я стал появляться по местному телевидению, на билбордах, и в итоге популярность сильно выросла. А про «Полную посадку» я не успел подготовить информацию для своих соцсетей, потому что нам сказали, что это будет новогодний выпуск, покажут его в декабре. Мы подумали, что рейтинги шоу, видимо, падают, поэтому наш выпуск как самый интересный, ведь профессионалы снимаются, решили показать после. Но в итоге выдали пятой серией, хотя мы — четырнадцатая по факту. После «Полной посадки» никакого бума не было, а вот после «Адского шефа» многие меня уже знают. Например, Миша Богачев — это финалист первого сезона, как-то позвонил ему, и он такой: «А, Саша Ерохин, знаю тебя, шеф — якутский бриллиант!» — Это из-за того, что Константин Ивлев книжку вам подарил и там такое написал. — Ну, видимо, да. И мне вот повара московские говорят: «Да-да, Саша, я наслышан о тебе». Ничего себе, думаю, прикольно. Даже не то, что в Якутске, а уже и в России знают. — А вы сейчас где работаете? — Последнее мое место работы — это ресторан Prosecco. И, к сожалению, он в августе пошел ко дну, в сентябре утонул полностью. — Печаль какая… — Ну, в общем, банкроты. А мне такие места и надо, если честно. Не сожалею, что работал там, совсем. Мне совсем в городе неинтересно, если честно. Все эти пасты карбонара и прочее надоели. В ресторане «Робинзон Крузо» работал давно, там мне было интересно: это что-то новое для нашей Якутии. А сейчас я ничего нового не вижу. И одно из перспективных мест, куда меня зовут, — это ресторан «Махтал». Возможно, я буду там шефом. Пока еще на стадии переговоров всё. — Но это же якутская кухня. — Ну я говорю: не вижу больше перспективных мест в Якутске, к сожалению. Из-за этого я с сентября пока ничем не занимаюсь. — А вы можете вспомнить, где за всё это время успели поработать? — В ресторанном деле я с 2008 года. Я могу только лучшие места назвать. Это «Полярная звезда», где я стоял на итальянской кухне. Сушефом работал в «Гэлэкси», когда он только открылся. Тоже там очень сильно нравилось. Сушефом работал в «Квартире на проспекте» и в ресторане «Каре». Там я получил очень большой опыт, и именно тогда у меня начался колоссальный взлет по поварской теме. Потом, в 2017 году, я открывал «Крышу», через три года из-за пандемии она закрылась, и ушел на доставку, потому что некуда было. Долго был в «Робинзоне Крузо» — тоже три года. А остальные места у меня были по полгода, восемь месяцев, и всё, потому что однообразно становится. Мне это не нравится. Многие говорят: «Ой, зачем так часто место работы менять?» На самом деле я не считал, не считаю и не буду никогда считать, что сидеть нужно на одном месте. Сколько шеф-поваров будет на твоем жизненном пути, все будут по-разному готовить, и у всех своя правда. Ты можешь научиться многому. И застревать на одном месте, и готовить каждый раз одно и то же — я не считаю, что это хорошо. — Но вы же давно уже не студент. — У меня есть очень много материала по молекулярной кухне. Я прекрасно понимаю, что она в Якутии не зайдет. Но я ее учу. И на работе, пока еще не очень много посетителей, в процессе я ее практиковал для себя. Я знаю, что Якутия ее не поймет. А мне интересно что-то новое. — Может, откроете что-то свое? — Я вот, честно, не хочу свое открывать. Потому что для меня это как будто бы на одном месте себя замуровывать. Да, это заработок, это классно, ты бизнесмен и всё остальное. Но мне всегда хочется учиться, постоянно. И что-то новое всегда будет. Где в Якутске вкусно кормят? — Слушайте, а вы не думали о том, чтобы переехать в какой-нибудь другой город, где у вас будет больше выбора? — Меня здесь держит личное — мой сын. К сожалению, я разведен, я тот самый «воскресный папа». Все выходные он у меня. И даже когда из-за работы не получается увидеться и две недели его не вижу, я уже сильно скучать начинаю. Не могу без него. У меня очень много предложений в Москве, Питере, во Владивосток тоже знакомый шеф-повар зовет. В Новороссийск зовут. В Сочи все повара, кто там есть, говорят: «Давай с сушефа начни. Забей на свои амбиции. Ты сейчас из другого города приедешь — и сразу шефом? Нет, конечно, не получится». Я говорю: «Было бы хорошо, но я не могу». Я привязан уже к Якутии. К сожалению или к счастью, не знаю. — И у вас сейчас, получается, на примете только «Махтал»? — «Махтал». Мне ресторан нужен. И вообще, самое мое любимое — это открытая кухня. Это где всегда чистота. Ты не можешь ни к лицу прикоснуться, ни к гостю задом повернуться. Маленькое пятнышко — ты переодеваешься. Мне это всё нравится. В городе у нас такого практически нет. Это рестораны «Каре» и «Робинзон Крузо». — А в будущем вы планируете еще участвовать в каких-нибудь шоу, если вас пригласят? — Пренепременно. Прям с удовольствием. Я отсюда уезжаю с большим кайфом. Мне нравится, как москвичи разговаривают, как они готовят. Там всё по-другому. Они намного проще, чем думаешь, открытые и дружелюбные. Мне кажется, что у нас в Якутии немножко заморожено, и ты когда приходишь на новое предприятие, тем более шефом, все как-то на тебя смотрят косо, думают: «Ой, пришел опять новый, сейчас будет по-своему всё делать». А в Москве ребята все открытые, они, наоборот, готовы учиться. — А с Константином вы продолжаете до сих пор общаться? — Да, вот 15 сентября последний раз разговаривали. — Если подумать о будущем, вы бы чего сами хотели? Какие-то планы строите? — Да, я бы очень хотел, чтобы ресторан «Аврора» продержался на уровне еще долго, глядишь, год-два — и когда-нибудь его отметят звездой Мишлена. Есть маленькая-маленькая вероятность. И если я буду работать в мишленовском ресторане… Это будет почти верх совершенства. Но пока «Аврора» мне неинтересна, потому что из-за высокой кухни туда мало народу ходит. А мне нравится работать активно. — Кстати, а куда вы посоветуете сходить, чтобы вкусно поесть у нас в Якутске? — Мне всегда нравился Rooms. Но сейчас что-то они ударились в грузинскую кухню, как шеф поменялся. Еще вкусно готовят в «Швили», это бывшая «Полярная звезда». И знаете, такое неприметное место есть на Лермонтова, над шиномонтажкой, ресторан Asai. Но готовят там вкусно, место самое уютное.