Как ирано-израильская война наполняет российскую казну нефтедолларами и сокращает дефицит бюджета

На фоне обострения конфликта между Израилем и Ираном нефтяные рынки лихорадит, а аналитики судорожно пытаются оценить потенциальные последствия для мировой экономики. Конечно, и для России. Разброс прогнозов велик. Подробности — в материале MSK1.RU. Поначалу аналитики американского банка JP Morgan заявляли, что нефть подорожает до уровня $ 120–130 за баррель. Но, правда, в случае самого неблагоприятного сценария: если будет уничтожена нефтегазовая инфраструктура Ирана или если Иран сам захочет перекрыть экспорт нефти и СПГ через Ормузский пролив (а через него идут отгрузки из всех стран Персидского залива). А вот, скажем, Goldman Sachs скромнее в прогнозах: считает, что в случае резкого падения добычи нефти Ираном мировые цены вырастут до $ 90. Правда, якобы потом цены вернутся к прежним значениям — $ 60 за баррель. Банк Morgan Stanley считает, что котировки вырастут до $ 67,5. Но никак не вдвое против того, что есть сейчас. В любом случае Россия от ситуации на Ближнем Востоке только выигрывает. Нефтегазовые доходы госбюджета снижались. Так, в бюджет на этот год закладывался прогноз цены барреля Urals почти в $ 70 за баррель. Реально она торговалась в последние месяцы в пределах $ 52–59. Реально это привело к тому, что пришлось принимать поправки к бюджету (он сейчас на рассмотрении в Совфеде), исходя из того, что в него теперь заложена плановая цена нефти $ 56 за баррель. Так что пришлось резать и доходы (с 40,3 до 38,5 триллиона), и расходы, зато дефицит вырос. — Да, цена на нефть растет, на днях она достигала $ 78,5 за баррель марки Brent. В общем-то это для России неплохо. Ведь растет и параллельно с этим цена на нефть марки Urals, то есть она сейчас стоит в районе $ 67–68 долларов, что уже начинает соответствовать тем целям, которые у нас были заявлены в бюджете, — объясняет в беседе с MSK1.RU известный экономист, инвестиционный банкир Евгений Коган. — А как это непосредственно повлияет на федеральный бюджет? — Мы помним, что если у нас восстанавливаются нефтегазовые доходы, то, соответственно, дефицит бюджета будет все-таки не 2,5, может быть, даже 2,8% от ВВП, как мы боялись, а, может быть, всего 1,5% и так далее. У нас, как мы знаем, ВВП примерно 200 триллионов рублей. Это значит, что любой дефицит бюджета в пределах 3,5–4 и даже 5 триллионов — это не смертельно. По году у нас бюджет планировался на уровне где-то 0,5% от ВВП — дефицит, иначе говоря, примерно 1 триллион. Но последнее время из-за падения цены на нефть мы боялись, дефицит будет 3,8 триллиона, может быть, даже 4. Ну, а нынешняя ситуация, в общем-то, более позитивная, более сильное будет наполнение бюджета, это будет как бы действовать фактором, укрепляющим рубль. — Страшное слово «секвестр» уже давно пугает россиян. Они боятся, что будут резать социальные программы. Но теперь бояться нечего из-за наполнения бюджета дополнительными деньгами? — Я думаю, что никто за пять минут ничего снова пересматривать не будет. Вероятно, корректировки бюджета будут ближе где-то к четвертому кварталу. Посмотрят, посчитают. И если действительно ситуация будет гораздо более комфортная, возможно, пролоббируют, так сказать, те, кому надо, какие-то изменения [в бюджет], которые позволят вернуться к прежним параметрам. А может, это перенесут на следующий год, мы же этого не знаем. Нужно понимать, что нынешняя ситуация [с нефтью] достаточно неплоха для бюджета, а следовательно, для рубля, для стабильности экономики. Центробанк может более агрессивно снижать ключевую ставку, не опасаясь последствий. И это очень важно для экономики. — Сколько будет стоить рубль? — Скорее всего, рубль будет относительно твердым и к концу года. Ну если мы дойдем до уровня 90 [рублей за доллар] — это будет хорошо. А может быть, даже и будем вокруг 80, как сейчас, прыгать. — Растущая цена на нефть теоретически усиливает позиции валют стран-экспортеров, в том числе рубля. Хотя эффект от этого в России пока ограничен из-за геополитических ограничений и внутреннего спроса на валюту, — прогнозирует частный инвестор, основатель «Школы практического инвестирования» Федор Сидоров. По его мнению, до конца недели рубль может стоит в пределах от 78 до 84 рублей. А вот эксперт компании «Сравни» Алексей Лоссан в прогнозе для MSK1.RU отмечает: если возникнут угроза поставкам нефти из Персидского залива, то это подтолкнет доллар вверх. В таком случае до конца июня он может стоить до 91 рубля (евро — до 97 рублей). — Но если ситуация стабилизируется, рубль может показать укрепление — особенно с учетом налогового периода в конце месяца, — говорит Лоссан. — Тогда доллар может вернуться ближе к 88 рублям, евро — к 94–95 рублям. Как видно, разброс прогнозов огромный. Всё потому, что никто из экономистов даже не знает, на сколько затянется новая война на Ближнем Востоке. И насколько жестокой будет. А экономика, увы, как всегда, завязана на крови.