Мать порубили топором. Как в Ростове ловили «банду санитаров» и за что убийцы пытали своих жертв

В 1980-е по Ростову прокатилась волна жестоких убийств: жертв пытали и грабили. Иногда разбой заканчивался убийством. Бандиты переодевались в медицинские халаты и целенаправленно шли к тем, у кого точно есть ценности. Обычно под их прицел попадали ростовчане, связанные с подпольной торговлей. За дело взялся уголовный розыск, но на пути у следователей встали обладающие властью уважаемые люди.

5 февраля 1980 года, улица Суворова. В квартиру Ларисы Слепаковой поднялись трое. У одного — топор. Позвонили в дверь — хозяйка открыла. Незнакомцы ворвались внутрь, зарубили ее, а беременную дочь, пришедшую к матери в гости, задушили. В квартире тогда был третий человек — соседка Ольга Соколова. На ее счастье, она тогда была на кухне и вовремя сообразила выскользнуть оттуда на балкон. Встала у стенки, вжалась, чтобы не заметили. Один из налетчиков подошел к балкону, окинул его взглядом и ушел. Пронесло.

— Дверь шкафа закрывает окно балкона, не видно, кто стоит. А балкон выйти проверить, видно, они боялись, — говорит в программе Ольга Соколова, та самая выжившая соседка.

Соседка нашла на балконе пустые бутылки и стала бросать их на тротуар, привлекая грохотом внимание прохожих. Получилось: те решили, что какая-то невменяемая буянит, и вызвали милицию. Приехавший наряд проник в квартиру и нашел тела убитых женщин.

— Там застали страшную картину: на полу этой комнаты лежала мать, порубленная топором, и дочь девятимесячной беременности, она была задушена, — рассказывает Борис Евликов, в те году работавший начальником управления уголовного розыска УВД Ростоблисполкома.

Милиция, опросив соседей и родственников Ларисы, выяснила, что дома у той хранились драгоценности на десятки тысяч советских рублей. Лариса занималась спекуляцией, перепродавала дефицитные товары. Тогда за это сажали.

Все сделки Слепакова записывала в блокнот, шифруя имена клиентов. Милиция взялась за эти списки, потому что убийца мог быть среди клиентов. Выяснилось: Слепакова работала с очень влиятельными чиновниками города. Кому-то из них не понравилось, что следствие подбирается всё ближе.

Группу сыщиков тогда возглавлял Юрий Закшевер, начальник городского отдела уголовного розыска. На него пошло серьезное давление, его заставили забыть это дело. Ему пришлось подчиниться, но все наработки он сохранил. К ним мы еще вернемся.

История не терпит сослагательного наклонения, так что мы не знаем, что было бы, если бы Закшевер тогда довел дело об убийстве до конца. Но факт остается фактом: из-за того, что преступников перестали искать, они продолжили расправы, и уже в 1981 году в Ростове орудовала целая банда.

Квартирные разбои, пытки хозяев, убийства происходят по всему городу, но интересно вот что: все потерпевшие относятся к теневому бизнесу и торговле. И второй факт: банда переодевается в белые халаты.

26 февраля 1981 года. В дом директора овощного магазина проникли грабители под видом санитаров. Жену, гражданку Муранову, избили, а квартиру обнесли, забрав большие ценности.

5 марта того же года. «Санитары» ворвались к гражданке Сабировой, угрожали оружием и также ограбили.

Сыщики проверили отпечатки — ни один палец нигде не засветился.

Ростовчане постепенно узнавали, что по городу идет череда ограблений и убийств, но обычные граждане сильно не волновались. Знали, что приходят только к зажиточным. А вот теневой бизнес напрягся. Стали бояться вообще всех людей в белых халатах, порой не пуская в дом настоящих медиков.

12 марта 1981 года, Красноармейская, 174. К семье Фроловых приехала с продуктами сотрудница салона-магазина доставки. Позвонила в квартиру — никто не открыл. Тут доставщица увидела, что дверь приоткрыта. Она вошла. На полу валялась женская туфля и обрезок телефонного провода. Пройдя дальше, женщина увидела на кровати мертвую хозяйку, Елену Фролову.

Муж убитой сказал сыщикам, что ничего важного из дома не пропало. Но оперативники ему не поверили, потому что знали о его занятии спекуляцией.

Оперативно-следственную группу по делу банды санитаров возглавил следователь областной прокуратуры Лев Васильев. При этом расследованием в основном занималась группа сотрудников угрозыска, которой руководил замначальника областного управления Амир Сабитов. Пока он анализировал последние налеты, то обратил внимание на дело об убийстве Ларисы Слепаковой и ее дочери. Оно уже год висело глухарем.

— Вызвал Закшевера и спросил, в чем дело. Ну он покаялся и говорит: «Мне угрожали, я вынужден был это спрятать», — сказал Амир Сабитов в программе «Следствие вели».

Мы уже писали выше, что Закшевер оставил себе все наработки по убийству Слепаковых. Его перевели из городского управления угрозыска в областное и приобщили к расследованию.

И тут сыщикам улыбнулась удача. В одном ростовском ресторане нужные уши подслушали занимательный разговор: кто-то обсуждал банду и заявил, что туда входят одни лишь наркоманы.

Следователи стали отрабатывать эту версию, изучать далее записную книжку Слепаковой. И вот среди 500 записей внимание зацепилось за редкое имя — Зафас.

Через сеть своих информаторов угрозыск выяснил, что в деле, во-первых, и правда присутствуют наркотики (ампула — 25 рублей, то есть для состоятельных клиентов) и, во-вторых, банды крышуют очень влиятельные граждане.

Наконец, следователи находят нужного им Зафаса. Это 29-летний Зафас Барциц, интеллигент с двумя вышками, член КПСС. Работает замначальника на крупной стройке, и, на первый взгляд, ничего в его жизни не намекает на связь с наркоманами и бандитами.

Копнули глубже — нашли ниточку. В юности Зафас жил в Абхазии, попал в плохую компанию, где попробовал наркотики. Об этом узнал отец — директор сухумского рынка — и отправил сына учиться в Ростов, а потом и пристроил на солидное место. Уж связи у той семьи были.

— Дядя был прокурором Абхазии, второй дядя был видным сотрудником Министерства внешней торговли Советского Союза, — говорит Амир Сабитов.

И снова в Ростове очередное убийство: расправились с пенсионеркой Артамоновой.

— Преступники под благовидным предлогом проникли в ее жилище. Долго, как потом мы выяснили, пытали ее, — вспоминает Анатолий Мясников, в те годы он был начальником отделения по особо важным делам уголовного розыска УВД Ростоблисполкома.

Но что понадобилось банде от несчастной старушки, в квартире которой не было ничего, кроме крайней бедности? Всё встало на свои места, когда один из сыщиков поднял матрас. Больно уж тяжелым он показался следователю. Разрезали — а внутри мешок с деньгами, царскими монетами, золотом и бриллиантами. Артамонова в прямом смысле спала на немыслимом богатстве.

У Зафаса Барцица, за которым наблюдали сыщики, алиби. И тут установили его друзей — а вот это уже интересно, ведь ими оказались студенты-медики, имеющие полный доступ к белым халатам и медицинским шапочкам.

Наблюдение на Барцицом показало, что тот тайно снимает дом в Батайске. Сыщики прикинулись строительной бригадой, поставили недалеко от того дома вагончик, а местным на расспросы отвечали, что тут, мол, будет строиться обходная дорога Ростов — Баку.

Десять суток следили за домом, пока не засекли, как Зафас приехал с каким-то мужчиной. Соседи рассказали «строителям», что Зафас называет того учителем. Сыщики установили, что это Мовсес Айвазян, имеет судимость, находится во всесоюзном розыске.

Оперативники выяснили, что Барциц с его «учителем» связаны с теневой сетью Ростова, которой управляли влиятельные люди. Там всё крутилось вокруг наркотиков. Банда серьезная, с налаженными каналами поставок. Но однажды двое врачей, входившие в состав группировки, решили сами продать скромную партию наркотиков, без посредников. Их берут с поличным, после чего следователи выходят и на клиентов, и на организаторов банды.

Параллельно сотрудники ищут, кому бандиты продали краденные у жертв ценности.

— Мы знали, что часть краденного, в частности по убийству Слепаковых, было куплено одним известным ростовским скупщиком краденого, — говорит Юрий Лиознов, в начале 1980-х старший оперуполномоченный управления уголовного розыска УВД Ростоблисполкома.

Но где скупщик хранит чужое богатство, никто не знал. Тогда сотрудники уголовного розыска придумали хитрость: специалисты изготовили украшения, которые слегка «фонили», а следователи через своих людей продали эту ювелирку скупщику. И после этого пришли к нему с обыском. Тот вел себя уверенно ровно до тех пор, пока сыщики не достали специальный аппарат, который отловил местонахождение «фонящих» ценностей.

Шаг за шагом ростовский уголовный розыск раскручивал дело банды санитаров, в которой было около 60 человек. Квартирными разбоями занималась только часть из них. Юрий Лиознов говорит, что наркотики были основной причиной всех этих преступлений.

Взяли Барцица. Но откуда-то утекла информация, что банде осталось недолго, и ее участники сбежали. Ловили их потом по всей стране. Айвазяна, например, догнали в Кемерово и повезли в Ростов самолетом. Айвазян настолько не хотел под суд, что попытался при взлете открыть люк самолета.

— В самолете завязалась потасовка, — описывает Лиознов. — Кто-то из нас прокусил ему руку, чтобы его оторвать. Мы еле-еле от этого люка его оторвали.

Следователи передали это сложное дело в суд. Но там не всё пошло гладко, что-то рассыпалось якобы из-за нехватки улик. Руку к этому, возможно, приложили покровители группировки.

Несколько человек отделались сроками, в том числе Барциц (ему дали девять лет). Двоих, включая Айвазяна, приговорили к смертной казни, а потом заменили им приговор на 15-летнее заключение. Но учитывая, что по делу проходили десятки человек, большинство остались на свободе.