Как можно было в это поверить? Почему ростовчане ведутся на откровенный развод от мошенников

Ущерб от телефонных мошенников исчисляется миллиардами рублей и тысячами поломанных жизней. Люди настолько верят преступникам, что даже не сомневаются в их требованиях организовать взрыв на железнодорожных путях или подложить взрывчатку под чужую машину. Уже после задержания они сами не могут объяснить, как могли поверить мошенникам. Почему люди ведутся на откровенно опасные требования преступников и эффективна ли постоянная профилактика со стороны властей, 161.RU спросил у психолога Родиона Чепалова.

Жительница Ростова Маргарита (имя изменено. — Прим. ред.) стала жертвой мошенников этим летом. Ей преступники позвонили, представившись сотрудниками силового ведомства. Они заявили, что якобы с ее счетов деньги переводили на финансирование ВСУ. Они потребовали дать доступ к своим «Госуслугам» и данным банковской карты и ни в коем случае не сообщать об этом родственникам.

— Сейчас мне смешно, что я в это поверила. Ну если бы меня посчитали преступницей, разве мне бы звонили? Сразу бы приехали задержать. Никто бы со мной не возился и не предупреждал, — рассуждает сейчас Маргарита.

Маргарита считает себя человеком с критическим складом ума, но в момент общения с мошенниками она буквально находилась в состоянии, схожем с гипнозом. Она была не в силах бросить трубку и позвонить близким. Ростовчанка вспоминает о постоянном давлении с той стороны провода.

— Он [мошенник] общался очень властно и грубо, не давал мне даже времени на рассуждения. Когда я бросала трубку, сразу перезванивал. Я никогда не находилась в таком состоянии, — говорит ростовчанка.

Преступники получили доступ к ее «Госуслугам», но не к банковским картам. После общения с мошенниками Маргарита быстро поняла, что стала их жертвой и заморозила аккаунт на сайте. На следующий день она написала заявление в полицию и обратилась за помощью в МФЦ.

— Была в шоке от себя, что смогла в такое поверить. Я обычно вообще не беру неизвестные номера. Но тут что-то страшное случилось со мной, «магия» какая-то, — вспоминает ростовчанка.

Психолог Родион Чепалов говорит, что мошенники опираются не на «глупости» или наивность жертв, а на универсальные механизмы психики. В ситуации угрозы или неопределенности у всех начнет расти тревога, а рациональность отходит на второй план.

— Мошенники целенаправленно или интуитивно попадают в уязвимые зоны: страх наказания, потери денег, угрозы близким, социальной изоляции, стыда или «ошибки, за которую уже поздно отвечать». Когда человек слышит сообщение, которое совпадает с его глубинным страхом, запускается реакция «бей или беги», а критическое мышление временно отключается, — объясняет психолог.

Внушаемость — это состояние, а не постоянная черта. Люди с высоким интеллектом и образованием тоже могут повестись на абсурдные или опасные требования мошенников.

— Например, когда мошенник говорит от имени «влиятельной организации» или «вышестоящего начальства», включается механизм авторитетного давления. Если добавляется срочность — «нужно действовать прямо сейчас», — у человека не остается психологического пространства для проверки информации. Он действует автоматически, стараясь снизить тревогу любой ценой, — говорит Родион Чепалов.

Есть и другой фактор — фрагментарное доверие. Некоторые люди могут не доверять миру в целом, но доверять конкретному стилю речи или даже голосу.

— Иногда мошенники случайно попадают в нужный образ: говорят «правильными» формулировками, используют профессиональный тон или подстраиваются под ожидания жертвы. В этот момент возникает иллюзия контроля: человеку кажется, что, выполняя инструкции, он спасает ситуацию, а отказ, наоборот, усугубит ее. Именно поэтому люди могут идти на очевидно противозаконные действия, не осознавая их последствий: они находятся в суженном состоянии сознания, где главная цель — немедленно снизить внутреннее напряжение, — объясняет психолог.

Власти и силовые ведомства регулярно выпускают посты в соцсетях или ролики, где предупреждают о мошенниках, методах работы, а главное, о последствиях для их жертв. Но многие продолжают следовать указаниям преступников, даже если слышали об их схемах.

— Профилактика в виде разовых предупреждений часто не работает, потому что знание само по себе не равно устойчивости. В момент сильного эмоционального возбуждения человек не вспоминает инструкции, он действует по привычному сценарию, — объясняет психолог Родион Чепалов.

Он рекомендует учиться противостоять чужому влиянию. Для этого нужно осознать свои страхи, проговорить их и в безопасной обстановке «отрепетировать» отказы, паузы и проверку информации.

— Это снижает автоматизм и возвращает ощущение внутренней опоры. Многие люди действуют неосознанно, на автопилоте, потому что никогда не исследовали свои триггеры. Когда же появляется опыт осознанности и практики, понимание, «что именно со мной сейчас происходит» и «почему мне так страшно», внушаемость резко снижается. Человек учится выдерживать тревогу, не гася ее немедленным подчинением, и именно это становится главным психологическим фактором защиты от манипуляции, — заключает Чепалов.