«Даже сочувствия не выразил». Почему экс-глава тюремной больницы Ростова, виновный в смерти заключенного, вышел на свободу через год

Десногорский городской суд Смоленской области условно-досрочно освободил экс-главврача ростовской тюремной больницы МОТБ-19 Тиграна Мкртчяна. Максимальное наказание, которое грозило Мкртчяну, — пять лет колонии. По приговору он должен был отсидеть два года в колонии-поселении по делу о смерти заключенного Дмитрия Бакшеева. Судили за халатность. Освободиться он должен был через год — в августе 2026 года.

«Осужденный Мкртчян заявил ходатайство об условно-досрочном освобождении от наказания, мотивируя его тем, что он отбыл более 1/3 части назначенного судом наказания, установленный режим содержания соблюдает, имеет два поощрения, взысканий не имеет», — говорится в решении суда.

Экс-главврач добавил в ходатайстве, что он участвует в культурных и спортивных мероприятиях, «к труду относится добросовестно, принимает участие в работе по благоустройству территории учреждения, поддерживает социально-полезные связи, имеет на иждивении троих малолетних детей и мать — инвалида второй группы, а также гарантии трудоустройства, вину признал, в содеянном раскаялся».

При этом Мкртчяну всё еще запрещено на два года заниматься врачебной деятельностью. Какие у экс-главврача «гарантии трудоустройства», в суде не пояснили.

— Чтобы досрочно выйти из колонии… Мкртчян внезапно заявил суду, что он якобы вину свою признал и в содеянном даже раскаялся. Что ж. Это как минимум не соответствует действительности. Ведь ни в ходе следствия, ни в ходе суда первой, апелляционной и кассационной инстанций Мкртчян своей вины не признавал. А тут раз и признал втихаря. Единственной потерпевшей по делу — супруге Дмитрия — Наталье Бакшеевой он свои извинения не приносил, даже сочувствия не выразил, не говоря уже о компенсации морального вреда. Мы намерены обжаловать досрочное освобождение этого «врача», притом что ни Наталью, ни меня — как ее представителя — суд даже не уведомил о судебном заседании, на котором и решался вопрос об УДО, — отметил адвокат Алексей Аванесян, представляющий интересы семьи погибшего.

— Нет слов. Еще соображаю, — прокомментировал корреспонденту 161.RU освобождение Мкртчяна другой юрист, представляющий в суде интересы потерпевших по делу о превышении полномочий в МОТБ-19.

Погибший заключенный Дмитрий Бакшеев был известен как «краснодарский каннибал». Он умер из-за неправильного лечения диабета с осложнениями. Как следует из материалов дела, Бакшеев лежал в психиатрическом отделении связанный, а капельницы ему по просьбе медсестер делали «санитары» — другие заключенные, которым неофициально дали право работать с пациентами и издеваться над неугодными.

Дмитрия Бакшеева перевели из туберкулезно-легочного отделения в психиатрическое и связали. Экс-начальница отделения Дарья Позднякова признала, что его из-за «неугодности» велел связать бывший замначальника МОТБ-19 Александр Лях — «куратор» пыточного конвейера.

«Он приехал для лечения туберкулеза легких. А оперативный отдел без разрешения и вопреки возмущению медиков поместил Бакшеева с диагнозом „туберкулез легких, активная фаза“ в психиатрическое отделение», — рассказывала Дарья Позднякова.

Еще у Бакшеева был сахарный диабет, и эндокринолог Лусине Григорян установила неправильный диагноз. Вероятнее всего, связали Бакшеева потому, что он требовал инсулинотерапии в субботу и воскресенье. Пока у врачей были выходные, жизненно важные препараты Дмитрий не получал. В отделении психиатрии капельницы ему ставил «санитар» Артем Печерский. Инъекции осужденные делали в присутствии младших инспекторов. По словам Печерского, когда тех не было в палате, препараты просто сливали «в унитаз, чтобы не колоть пациентов». За одиннадцать дней в отделении психиатрии у Бакшеева в два раза повысился уровень глюкозы в крови — и норму он превышал в пять раз. За три дня до смерти Дмитрия перевели в палату интенсивной терапии хирургического отделения, но спасти уже не смогли.

Тело Бакшеева из МОТБ-19 отдали в закрытом гробу — якобы из-за того, что у него был туберкулез. Адвокат Алексей Аванесян, забиравший тело, вскрыл гроб и составил адвокатский протокол осмотра трупа. Над печенью у него была гематома, на ступнях и кистях — следы от связываний, а на запястье — два пореза на венах. В заключении экспертизы об этих повреждениях почему-то не написали. Возбуждения уголовного дела Аванесян добивался через суд.

Экс-эндокринолога МОТБ-19 Лусине Григорян признали виновной в причинении смерти по неосторожности Бакшееву. Врача приговорили к двум годам лишения свободы, ей запретили заниматься врачебной деятельностью, но из-за истечения срока давности наказание отменили. Сейчас Григорян работает в одной из ростовских клиник.

Мкртчяна судили лишь за халатность. Несмотря на показания экс-санитаров и врачей, по делу о пытках он прошел только свидетелем. И не ответил даже за оформление липовых историй болезней, по которым санитары годами работали в больнице.

Врачи, медсестры и санитары МОТБ-19 сходятся в причинах, по которым осужденного или подследственного приказывали связывать. На «вязки» попадали, потому что:

• конфликтовали с силовиками в колониях или больнице;

• пытались навредить силовикам, например облили горячей водой из кружки;

• писали жалобы на руководство колоний;

• не соблюдали режим, например курили или пользовались сотовыми телефонами;

• дерзили врачам или «санитарам»;

• пытались покончить с собой или порезать себя.

Пыточный конвейер в МОТБ-19 заработал весной 2018 года, когда в больницу пришел новый главврач Тигран Мкртчян и замначальника по безопасности и оперативной работе Александр Лях. Медики и «санитары» называют их кураторами пыточной системы. Лях распоряжался «санитарами» и указывал им, кого из заключенных нужно привязать. Три медика этой больницы сообщили следствию, что Мкртчян придумал схему, по которой некоторые заключенные могли годами работать «санитарами».

Ростовские следователи разделили пытки в тюремной больнице на два уголовных дела. В первое вошли материалы за 2020 год, это заняло 50 томов. Их изучил корреспондент 161.RU. По этому делу уже вынесли приговор: Александра Ляха приговорили к семи с половиной годам колонии, экс-начальнице психиатрического отделения Дарье Поздняковой дали шесть лет колонии, психиатру Анастасии Поторочиной — пять лет. Они попытались обжаловать решение суда, но апелляция оставила приговор в силе. Другого психиатра, Ксению Маркарову, судили отдельно. Дали три года условно.

«Куратор» пыточного конвейера заключил военный контракт и покинул колонию. Подала аналогичное прошение и психиатр, велевшая связывать пациентов на длительное время и доводившая их до запущенных пролежней, которые не фиксировала в медкартах и не собиралась лечить.

В июле стало известно, что уголовное дело о пытках в ростовской тюремной больнице МОТБ-19 прекращено, поскольку силовики не сумели найти подозреваемых, следует из ответа замруководителя первого отдела по расследованию особо важных дел.

МОТБ-19 заключенные прозвали Освенцимом. Многих привязывали к кроватям на недели и месяцы, накачивали галоперидолом, почти не кормили. Только за 2020 год в отделении психиатрии скончался 21 пациент.

161.RU выпускал подробное расследование о том, как была устроена пыточная система в тюремной больнице.