«Главная поддержка государства — не мешать»: ростовские виноделы пытаются выжить в новых условиях

Винодельческие предприятия Дона находятся на грани выживания — небольшие хозяйства закрываются, а кто-то готовится к банкротству. Причин для этого достаточно: увеличение налоговой нагрузки, отсутствие господдержки, ограничения, непредсказуемые погодные условия.

Корреспондент 161.RU пообщался с виноделами Ростовской области и выяснил, с какими вызовами они сталкиваются ежедневно.

Погодные условия — первый и самый непредсказуемый враг виноделов. Засуха, заморозки, неравномерное распределение осадков способны уничтожить урожай, над которым трудились целый год.

— В позапрошлом году у меня погибло 70% урожая из-за весенних заморозков. А в прошлом уже давила жара. В этом — чуть получше зимой было, но влаги опять недостаточно, — поделился с нами владелец «Винодельни Молчанова» Николай Молчанов

По словам эксперта, прирост лозы в год должен быть около двух метров. Однако из-за плохой погоды в прошлом году она выросла только на 20 сантиметров. Так как закладка нового урожая зависит от прошлого года, такие показатели сильно отразятся и на будущем урожае.

— Последние годы были страшно засушливы. А в прошлом вообще объявили ЧС. На сегодняшний день у нас нет дождей. Сейчас есть проблемы с осадками, — подтверждает руководитель винодельни «Винабани» Юрий Химичев.

Сергей Сердюк, один из основателей винодельни «Дача Сердюка», тоже жалуется на весенние перепады температур. По его словам, многие винодельни остались без урожая в прошлом году. Винодел рассказал 161.RU, как борется с заморозками:

— Легкий мороз просто губит виноград. В этом году мы купили машину, которая выпускает дым на винограднике — это помогает защитить растения от заморозков. Божьими молитвами кое‑как мы проскочили мимо всего этого, — поделился с корреспондентом 161.RU Сердюк.

Владимир Гончаров, один из владельцев винодельни «Эльбузд», тоже борется с заморозками. Однако, это требует финансов, которые заметно увеличивают себестоимость.

— Мы на зиму полностью укрываем виноградники. Из‑за этого себестоимость производства вырастает на 20–25%.Куда денешься? Время такое, — рассказал нам Гончаров.

Рост налогов и дорогие кредиты — еще один серьезный вызов для небольших хозяйств. Виноделы отмечают, что налоговая реформа существенно ухудшила их финансовое положение.

— Налоговое бремя давит, два года почти не было урожая, а кредиты очень дорогие. Ввели дополнительный налог 5%, увеличили УСН (Упрощенная система налогообложения) и никто об этом не хочет говорить. Бизнес просто не может платить — он закрывается. Не повышайте налоги, вы уничтожаете нас полностью, — описывает ситуацию Юрий Химичев.

— Мне в конце года придется платить дополнительно 5%. Мне где их взять, украсть, чтобы заплатить государству? Если я повышу сейчас цены еще на 5%, кто у меня их брать будет? В Краснодарском крае эта проблема бы решилась, а в Ростовской области мы никому не нужны, — подчеркивает Николай Молчанов.

Эксперты отмечают, что рост налогов стал триггером, но не единственной причиной трудностей. На ситуацию также влияют падение спроса, рост издержек, дорогие кредиты и другие факторы.

Юрий Химичев рассказывает, что с субсидиями у виноделов возникли серьезные проблемы: государство обещает помощь, но получить ее сложно из‑за бюрократии и жестких условий.

В России субсидии в сфере виноградарства и виноделия компенсируют уже осуществленные расходы. Сначала бизнес несет затраты, а затем подает документы на возмещение части этих затрат из бюджета.

Размер субсидии определяется (без учета НДС и транспортных расходов) в соответствии с утвержденными ставками.

В 2023 году донское виноделие стал курировать не департамент потребительского рынка, а областной Минсельхоз, после чего требования для получения субсидий ужесточились.

По словам виноделов, в этом году им поставили еще одно условие: закончить уходные работы до конца мая и предоставить чеки по расходам  — иначе субсидий не будет. На деле такие работы идут примерно до октября, поэтому выполнить требование нереально, затраты возникают круглый год.

— Мы просто не успеваем показать затраты физически. Если мы не покажем затраты на определенный объем работ, тогда нам не выделят субсидию. С виноделами в Краснодарском крае ситуация такая: когда Минсельхоз России объявил условия получения субсидии, они просто от нее отказались. Проигнорировали и всё. Мне кажется, такие условия и рамки нам ставят, чтобы мы просто не забрали деньги, — объяснил нам Химичев.

Сергей Сердюк рассказывает, что его винодельне тоже предлагали поучаствовать в конкурсе на получение субсидии. Условия оказались обременительными. По словам Сердюка, после получения этих денег бизнес может либо столкнуться с уголовными рисками, либо быть вынужденным закрыться.

— Те миллионы, которые нам предлагали, потом после них можно или в тюрягу сесть, или просто закрыться. Тебе дают деньги и тут же привязывают: ты должен с каждым годом демонстрировать всё больше и больше успехов и выручки. Так, что просто побоишься вздохнуть. Мы никогда не брали кредиты ни у кого и спим спокойно по ночам. Главная поддержка государства — не мешать, — высказывается о поддержке Сердюк.

У виноделов также снижается уровень доверия к грантам. Они опасаются заходить в программы и получать средства, зная риск их возврата. В 2022 году Минсельхоз России запустил грант «Агротуризм» для развития внутреннего туризма по стране. Виноделы тоже могут в нем участвовать, получить деньги и построить, например, дегустационный зал, гостевой домик или обустроить красивую террасу для приема туристов.

Максимальная сумма гранта зависит от доли собственных средств заявителя в общей стоимости проекта:

• до 5 млн рублей — при направлении собственных средств в размере не менее 15% стоимости проекта;

• до 8 млн рублей — при направлении собственных средств в размере не менее 20% стоимости проекта;

• до 10 млн рублей — при направлении собственных средств в размере не менее 25% стоимости проекта.

Два года назад Химичев получил грант на развитие агротуризма — 9,9 миллионов рублей. На эти деньги предприниматель планировал построил еще один дегустационный зал и оборудовать парковую зону. Химичев выполнил все условия, кроме одного: не достиг запланированных экономических показателей. Произошло это из-за режима ЧС — производство встало. Выручки не просто не выросли, они упали. Теперь предпринимателю грозит иск о возврате гранта.

По словам собеседника, теперь Минсельхоз хочет забрать эти деньги обратно. Это ставит хозяйство в трудное положение: возврат такой суммы может серьезно ударить по бюджету, а перспектива судебных разбирательств — принести дополнительные расходы.

— У нас была проверка казначейства, у нас была проверка Минсельхоза. Мы постоянно отсылали документацию, фотографии. У нас все выполнено, кроме экономических показателей в компании, потому что выручки падают. Никакой реальной поддержки мы сейчас не видим — одни разговоры. Мне придется судиться с Минсельхозом. Вы думаете, я смогу победить эту машину? Она меня перемелет, скорее всего, — рассказал нам винодел.

Николай Молчанов тоже делится опытом работы с господдержкой по развитию агротуризма.

— Я в прошлом году с горем пополам показатели по агротуризму, которые брал перед министерством, выполнил. Но условия будут опять те же самые, и нет никакой гарантии, что в этом году я их выполню. А зачем тогда развивать агротуризм, чтоб потом возвращать гранты? Показать, что все хорошо? Вот, смотрите, какие у нас хорошие фермеры, они взяли гранты, а потом их отнимут, — рассказал нам Молчанов.

Предприниматель отмечает: гарантировать выполнение тех же показателей невозможно — на бизнес могут повлиять неблагоприятные факторы (например, засуха или другие чрезвычайные ситуации). По словам Молчанова, складывается парадоксальная ситуация: фермеры получают гранты, демонстрируют успехи, а потом у них эти средства забирают обратно.

— Нужно элементарно пойти навстречу: если была засуха, есть акты о гибели, объявлен режим ЧС, — подытожил эксперт.

Молчанов считает, что государство должно идти навстречу бизнесу в сложных ситуациях: либо перенести целевые показатели на следующий год, либо снизить их.

Эксперты также указывают на серьезную проблему: российские вина проигрывают в конкуренции импортным из‑за более высокой себестоимости и налоговой нагрузки.

Юрий Химичев предлагает сравнить цены в магазинах.

— Зайдите в «Пятерочку» или в «Магнит», посмотрите на полку: импортных вин стало намного больше — от Грузии до Италии и Франции. Сравните их ценники с российскими винами. Мы выходим дороже, а будем выходить еще дороже. Сейчас мы под угрозой уничтожения малого и среднего бизнеса, — отмечает Химичев.

Импортеры зачастую имеют налаженные и оптимизированные цепочки поставок, которые обходятся дешевле, чем организация логистики внутри России — особенно с учетом больших расстояний между регионами. Также крупные зарубежные винодельни работают на огромных объемах, что позволяет им снижать средние затраты на единицу продукции. Российские малые и средние винодельни не могут достичь такого же масштаба производства.

— Ростовский рынок не очень благодарный. Мы знаем точно, что рестораны заинтересованы в импорте, потому что получают за это проценты, — отмечает Сергей Сердюк.

Даже в винодельческих регионах отечественные вина сложно найти на полках и в винных картах. Николай Молчанов комментирует ситуацию с регулированием:

— Вышел ГОСТ о том, что в ресторане должно стоять минимум 20% российского вина. Но в конце ГОСТа есть приписка: «Носит рекомендательный характер». Зачем такой ГОСТ нужен, который носит рекомендательный характер? Зачем люди тратили свое время? — заключил эксперт.

Новые стандарты, по мнению эксперта, фактически не работает — такие меры не помогают продвигать отечественную продукцию.

Виноделы тратят массу времени на отчеты и проверки. Юрий Химичев резко критикует новую систему. По его словам, количество контролирующих инстанций чрезмерно выросло — они требуют от бизнеса хороших результатов, но при этом слабо понимают реальную ситуацию на местах.

— Понаплодились столько всех этих проверяющих, смотрящих, записывающих, требующих: «Дайте нам хорошие результаты любой ценой», а сами не знают, что происходит на Земле. Главное — дать документы, что у нас есть рост и повысить статистику. Вот и все. А что на самом деле? Это всем вообще все равно, — отмечает Химичев.

— Бывает в месяц по две проверки. Министерство проверяет еще более‑менее, а вот проверяющие комиссии понятия не имеют, как все работает. Им лишь бы найти какой‑нибудь повод, — добавил Николай Молчанов.

Эксперты предложили комплекс мер, чтобы спасти российское виноделие. Они считают, что нужно упростить получение субсидий и грантов — сократить число документов и время рассмотрения заявок. Виноделы думают, если случилась засуха, заморозки или другая чрезвычайная ситуация, хозяйствам следует давать возможность переносить сроки выполнения условий по господдержке или корректировать целевые показатели, а не требовать обязательного роста результатов в сложные годы.

Кроме того, эксперты выступают за снижение налоговой нагрузки: предлагают пересмотреть ставки НДС и акцизов для малых и средних виноделен и ввести льготные тарифы. Для хозяйств, пострадавших от природных бедствий, по их мнению, целесообразно предусмотреть налоговые каникулы или отсрочки платежей, а тем, кто вкладывается в модернизацию производства и закладку новых виноградников, — предоставить льготы.

— Мы будем на грани выживания, или обанкротимся. Даже в 90-х был какой‑то свет в конце тоннеля, что что‑то будет лучше. Раньше молчали, просто сопели. А сейчас, когда мы начали умирать, уже начали что‑то говорить. Такие как мы, крестьянско‑фермерские хозяйства на Дону, винодельческие, я думаю, что это всё заканчивается, — заключил Юрий Химичев.

Для снижения нагрузки на бизнес эксперты предлагают сократить число проверок для малых и средних хозяйств и упростить отчетность — проверяющие органы должны сосредоточиться не на формальном контроле, а на реальной помощи предпринимателям.

Чтобы увеличить долю российских вин на рынке, эксперты советуют ввести обязательные квоты на их присутствие в ресторанах, кафе и магазинах — например, не менее 15% ассортимента. Заведения и торговые сети, которые выполняют эти квоты, можно поощрять налоговыми льготами.

— Для нас было бы большой поддержкой, если бы доля донских вин в наших предприятиях общепита и в ресторанах и гостиницах была увеличена. На сегодняшний момент доля донских вин составляет не более 1,5%, — рассказал нам Владимир Гончаров.

По мнению экспертов, реализация этих мер поможет снизить нагрузку на малые и средние винодельни, повысить спрос на российские вина и создать условия для долгосрочного развития отрасли.

С проблемами, помимо виноделов, на Дону сталкиваются и представители легкой промышленности. Они жалуются на недостаточные мощности, отсутствие кадров и отечественного сырья.

Корреспондент 161.RU также брал комментарий у представителей ростовских брендов одежды. О наболевшем нам рассказали основательница бренда KRAPIVIYA Елена Толстопятова и основательница бренда Tanar’s Leather Наргиз Беличенко.