Новосибирский фармаколог объяснил, почему цены лекарств отличаются в разы

Очень часто пациенты, приходя в аптеку, сталкиваются с вопросом, какое именно взять лекарство. Врач должен делать назначения по действующему веществу, но оно может в итоге производиться десятками разных компаний. Так, цена на один и тот же по сути препарат может разниться в несколько сотен, а иногда и тысяч рублей. Корреспондент NGS.RU узнала у фармаколога, что такое дженерики, почему они могут хуже работать по сравнению с оригинальным препаратом. Кто устанавливает цену в аптеке По данным Росстата, в 2023 году рынок производства лекарственных препаратов стабильно рос и в итоге составил 7,2%. Сумма оказалась впечатляющей: всего препаратов изготовили на 651 миллиард рублей. Государство пристально следит за ценами на препараты, которые входят в список жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП), устанавливая максимально возможную надбавку. Всё остальное регулирует сам рынок. По данным исследования компании «Озон Фармацевтика», с 2019 по 2023 год доля лекарственных средств локального производства выросла с 30 до 45,1%. Лидирующие позиции по итогам 2023 года занимали иностранные компании Bayer, Novartis и Sanofi. В вопросе цены огромную роль играют не только производство, логистика, налоги, реклама, но и то, насколько современный это препарат, защищен ли он до сих пор патентом или же у него есть дженерики. Дженерик — лекарство, содержащее активный фармацевтический ингредиент, идентичный запатентованному компанией, которая его первоначально разработала. Оригинальный препарат дороже копии. Но конкуренция идет не только между оригиналом и копией, но и среди компаний, которые специализируются только на дженериках. В итоге на полках аптек может быть несколько вариантов одного и того же лекарства, но совсем по разным ценам. Среди крупнейших производителей присутствуют и пять российских компаний. — Российские производители дженериков обеспечивают 45% продаж в денежном и 69% в натуральном выражении, тогда как остальная часть рынка приходится на дженерики иностранного производства. Среднегодовой рост российских дженериков в 2019–2023 годах составил 29%, что почти в три раза превышает темпы роста иностранных дженериков (10% за аналогичный период), — говорится в исследовании «Озон Фармацевтики». Первую позицию среди производителей российских дженериков в 2023 году заняла группа «Озон Фармацевтика», второе место у KRKA, а третье — у «Биннофарм Групп». Среди иностранных компаний высокие темпы роста также показали Dr.Reddy’s и TEVA. Лекарство за 100 рублей хуже, чем за 500 рублей? В первую очередь нужно понимать, что у лекарства есть торговое наименование, например, «Нурофен», «Ибупрофен», «Темпонет», «Фаспик» — названия разные, а действующее вещество у них одно и то же, в этом случае — ибупрофен. Это молекула, которая и будет воздействовать на организм и вызывать необходимую реакцию. — В случае с ибупрофеном это настолько несложная в изготовлении молекула, что не могу себе даже представить такого фармпроизводителя, который возьмет и сделает его неправильно. Это будет колоссальный ущерб бизнесу. Поэтому такого рода препараты все, как правило, действуют хорошо, — подчеркнул Павел Мадонов, заведующий отделением клинической фармакологии Новосибирской областной больницы. Павел Геннадьевич Мадонов — заведующий отделением клинической фармакологии Новосибирской областной больницы, главный внештатный клинический фармаколог Минздрава Новосибирской области, доктор медицинских наук, профессор. Стоит отметить, что в итоговую цену препарата заложены не только стоимость вещества и самого производства, но и расходы на маркетинг и рекламу, распространение, упаковку и еще много других побочных вещей. В итоге цена того же ибупрофена может быть и 150 рублей, а может и все 300 рублей. — Люди могут сказать, что я лукавлю и они на себе испытали разницу в действии. И здесь возникает другой вопрос: концентрация действующего вещества в таблетке, — объяснил специалист. И здесь опять идет речь о дженериках, эффективность которых в последние годы так активно обсуждают. Конечно, это больше вопрос к более сложным и современным лекарствам, нежели всем известный ибупрофен, парацетамол и т. д. Есть оригинальные препараты, разработанные какой-то определенной компанией, протестированные и запатентованные. Они не могут быть дешевыми, так как на весь процесс — от разработки, испытаний и до внедрения — тратятся миллиарды и годы. Как только истекает патент на зарекомендовавшее себя лекарство, другие фармпроизводители стараются сделать свое и, конечно, заработать на нём. Для этого процесс производства удешевляют. Для дженерика уже не требуется столько проверок, и его стоимость может отличаться от оригинального препарата в разы. Павел Мадонов объяснил, что каждая молекула может быть сделана в двух видах — это своеобразные зеркальные копии, как левая и правая рука. Как только истекает патент, компании стараются сделать такую копию оригинальной молекулы. При производстве дженерика производитель для удешевления продукта может меньше заботиться о качестве очистки молекулы. — В оригинальном препарате действующий эффективно изомер обычно представлен в большей концентрации. Компания, которая пытается сделать недорогую, а где-то даже дешевую копию, иногда не утруждает себя очисткой и проверкой концентрации, — отметил фармаколог. — Например, в оригинальном препарате в 500 мг таблетки будет 350 мг реально действующего вещества, а в дженерике из-за производства и очистки — 250 мг. И главная проблема во всём этом — это недобросовестные производители. Если говорить проще, то вопрос заключается в эквивалентности таблеток. Для достижения такого же эффекта, как от оригинального препарата, может потребоваться выпить не одну, а две таблетки дженерика. И такие вещи должен отслеживать еще и врач, делая соответствующие назначения. «Бизнес в первую очередь заботится о себе» Павел Мадонов подчеркнул, что сейчас в России производство лекарств контролируется достаточно строго. Росздравнадзор может отозвать лекарства после проверок, если определяет снижение количества действующего вещества в таблетках. — Есть крылатое выражение, что фармбизнес — это превращение миллиграммов в миллиарды. Бизнес в первую очередь заботится о себе. Невыгодно делать как попало. Могут отозвать всю партию, а это железнодорожный вагон субстанции просто взять и выбросить. И кому это надо? Потери колоссальные будут, — объяснил фармаколог. — Бывает, конечно, что и случаются инциденты, но государство процесс контроля только ужесточает. Поэтому я считаю, что сейчас бояться дженериков не стоит. Они рабочие, но вопрос в дозе. Эксперт уверен, что сейчас главной проблемой является не уход какого-то конкретного производителя с рынка России — ведь всегда есть еще несколько, а сворачивание клинических исследований. — Западные компании сейчас опасаются тесных отношений с Россией из-за угрозы вторичных санкций и просто не хотят рисковать, закрывают исследовательские проекты. Если раньше мы могли лечить людей бесплатно в рамках исследуемых препаратов, то сейчас такая возможность существенно сократилась. Это не говорит о том, что нет терапии, просто мы будем внедрять новые технологии с отставанием, только когда новые лекарства полностью пройдут процесс регистрации, — подчеркнул специалист. Ранее фармаколог объяснял, как работают противовирусные препараты и почему у них столько побочек.