Пенсионерка демонтировала унитаз, который через суд забрали власти Ачинска

Ачинск — третий по численности населения город Красноярского края — славится своей промышленностью, а еще гордится своей театральной культурой и богатой историей. В 2019 году этот город даже удостоился звания культурной столицы Красноярья. Летом 2025 года здесь же развернулась совсем не театральная драма: мэр города через суд заставил 76-летнюю пенсионерку вынести из квартиры унитаз. У многих людей произошедшее вызвало большое негодование. Корреспондент NGS24.RU Светлана Чернушевич приехала в Ачинск, чтобы лично встретиться с главными действующими лицами этой истории и разобраться, чем же властям так не угодило фаянсовое изделие. «Какой почет нашему городу, а нашему двору тем более» — Так, встречаем, гости дорогие, гости краевые, — Светлана Кузьминична говорит громко и заливается звонким смехом, будто хочет, чтобы во дворе все слышали: к ней приехали гости. Тоненькая женщина в несоразмерных брюках, куртке и в повязанном на голову платке встречает нас на подходе к дому. — Какой почет нашему городу, а нашему двору тем более, — всё так же громко продолжает женщина. — Проходите. В доме хозяйка просит не разуваться — пол холодный, но на входе предусмотрительно достает бахилы. Упаковав наши ноги в защитные чехлы, женщина приглашает присаживаться за стол, а сама быстро скидывает теплые вещи и остается в домашнем халате. — Ну, живем мы вот так, скромно, как все живут, — пенсионерка ставит на стол коробочку конфет.— Я люблю красноярские красконовские конфеты. Я три конфетки недавно сожрала. Прямо сожрала. Я обычно ем по полконфетки, а вот прям настолько мне захотелось, и я их съела. — Полконфетки, а почему? — У меня такая доза. Вот видите (Светлана Кузьминична рукой показывает направо, там сейчас стоит прикрытое газетой пластиковое ведро), я рассталась с унитазом, и так легко на душе стало. Я даже коробочку конфет себе позволила купить, чтобы отпраздновать это мероприятие. Акт 1. Суд, приставы, демонтаж В последние пару недель поток гостей в доме у Светланы Подчасовой нескончаемый. Первыми 25 июля к ней наведались судебные приставы и сообщили, что она не соблюдает закон. Несколько лет назад она самовольно, без разрешения собственника, установила в квартире унитаз. Собственник подал на нее в суд, и теперь унитаз нужно демонтировать. Квартира у Светланы Подчасовой — в коммерческом найме. И в суд на нее еще в мае 2022 года подала мэрия города, у которой Подчасова и снимает квартиру. Дело администрация выиграла, а решение суда она так и не исполнила. — Ну три года прошло уже с того суда, ну почему не дать бабульке пользоваться унитазом? Я что, преступление какое-то совершила, поставив этот унитаз? Но что сделано — то сделано. Сама виновата: надо было побеспокоиться. Спасибо, что хотя бы три года пользовалась унитазом. Теперь мне придется либо бегать по нужде в кусты чертополоха, либо пользоваться заброшенным уличным сортиром без дверей, — рассказала Светлана Подчасова сразу после визита приставов нашим коллегам из газеты «Город А». На демонтаж Светлане Кузьминичне дали пять дней. Сначала она хотела дождаться обустройства уличной уборной — такой вариант ей предложили в администрации, — но после всё же решила самостоятельно и как можно быстрее демонтировать унитаз. — Я теперь чиста перед законом и Отечеством, — не без иронии сказала она нашим коллегам из «Города А». — Теперь буду ходить по нужде на улицу: это даже романтично, и для здоровья полезно! Соглашаясь на встречу с нами, наша героиня сказала, что не ожидала, что неприятная история привлечет такое внимание общественности, и не очень хотела бы возвращаться к обсуждению «унитазной» темы. Она рассказала, что изначально в доме 1900 года постройки не было ни водопровода, ни канализации: всем этим жильцы квартир, которых в доме всего три, обеспечили себя сами. В 2022 году Подчасова получила уведомление, что унитаз нужно узаконить, и обратилась в управляющую компанию — там сказали, что такими делами не занимаются; продолжать поиски подрядчика Светлана Подчасова не стала. За несколько дней до нас к Светлане Кузьминичне приезжали представители администрации во главе с мэром города: убеждали ее переехать из аварийного дома в «Дом ветеранов». Женщина говорит, что такие уговоры ей не нравятся: переезжать она не хочет, — и всё свое негодование по поводу сложившейся ситуации сотрудникам администрации она уже высказала. — Я говорю: «Я из-за вас в Суздаль не поехала в июне. Вы меня так подставили». А там Денис Мацуев выступал. У меня билеты были. Бронь была в гостинице. А я пропустила это мероприятие, которое мне так нужно было для подпитки, душевности, культуры. Понимаете? Я хотела получить культуру в городе Суздаль. Я там была уже шесть раз, — раздосадованно делится Светлана Подчасова. Акт 2. Аварийный дом и экономическая нецелесообразность Главы города Игоря Титенкова на рабочем месте в мэрии в среду, 6 августа, не оказалось. Нам пояснили, что сегодня мэр Ачинска работает на выезде — в Красноярске. Но коллеги Игоря Петровича с ситуацией Светланы Кузьминичны оказались хорошо знакомы. — Мы не просто так решили, что вот у Светланы Кузьминичны стоит туалет — давайте его уберем. Поступила жалоба в Стройнадзор — на одну и на вторую [соседнюю] квартиру. Пришел Стройнадзор с проверкой — посмотрели, сказали, что не соответствуют документы, и нужно собственнику привести всё в порядок, узаконить. Сосед, на которого тоже поступила жалоба, это сделал, а Светлана Кузьминична, к сожалению, не сделала, — говорит начальник пресс-службы администрации города Лидия Чернышева. По словам представителя администрации, дом признали аварийным в 2023 году. С тех пор сотрудники мэрии настойчиво предлагают женщине переехать в «Дом ветеранов», и в какой-то момент она даже почти согласилась. В мае 2024 года Светлана Кузьминична Подчасова попросила выдать ей ключи для осмотра квартиры, после — 18 ноября того же года — попросила поставить ее на учет нуждающихся в жилом помещении, а спустя всего два дня — 20 ноября — попросила считать ее заявление недействительным. Журналист NGS24.RU ознакомилась с заявлениями женщины; в предоставлении копий в администрации отказали, сославшись на наличие в документах персональных данных. С условиями документов на переезд журналисту NGS24.RU ознакомиться не удалось. В комитете по управлению муниципальным имуществом говорят, что теоретически узаконить перепланировку возможно, но оговариваются, что тратить на это бюджетные деньги точно не будут: говорят, на нецелевое расходование бюджетных средств обязательно обратят внимание надзорные органы. — Теоретически можно сделать проект, получить согласование. У нас в архитектуре есть комиссия по согласованию проектов перепланировки и переоборудования. Но с учетом того, что данный дом официально признан аварийным и подлежащим сносу, по логике вещей получается, что вкладывать деньги, даже ее личные, на изготовление проекта экономически нецелесообразно, — говорит руководитель комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Ачинска Галина Гришина. — Кроме того, унитаз стоит в кухне — в месте приготовления пищи. Вот это с точки зрения СНиПов и нормативов запрещено. Его нужно выгораживать: там же, где ты ешь, ты не можешь ходить в туалет. Почему Стройнадзор и сказал, что жилое помещение переоборудовано с нарушениями: оно настолько маленькое, стесненное, что просто у нее напротив входа, где печка для отопления и приготовления пищи, тут же стоит унитаз. Так что здесь еще неизвестно, как проектировщик это сможет разрисовать. Лучшим решением для Светланы Кузьминичны в администрации по-прежнему считают переезд. Говорят, сосед женщины тоже ждет переселения, но ему, чтобы воспользоваться льготой по инвалидности, якобы нужно ждать еще два года. — А вы тоже выезжали к ней на днях? — В понедельник, да. Еще раз мы ей озвучили, что все-таки, наверное, нужно успокоиться, подумать. И все-таки решить для себя переехать в более комфортные условия. — А она как-то объясняла, почему не хочет переезжать? — Объясняла… У нее в жизни трагедия: где-то вот в этой [соседней] двухэтажке когда-то очень давно была убита ее дочь. И она это объясняет тем, что она хочет жить здесь. Рядом. Акт 3. Семейная драма В квартире в аварийном доме Светлана Кузьминична живет с 2014 года. До этого несколько лет женщина прожила в двухэтажке по соседству — энное количество лет назад она сгорела дотла, но своим обуглившимся каркасом до сих пор напоминает женщине о событиях 18-летней давности. В этой двухэтажке 7 апреля 2007 года была жестоко убита дочь Светланы Кузьминичны — Наташа. — Видимо, наркоманы пришли убили. Зарезали. Семь ножевых ранений и горло перерезали. Представляете, они ее держали прям вот так и резали, — говорит мать. — Мы жили в Наташиной квартире, где Наташа погибла. Мы продали эту квартиру, потому что там было трудно мне жить. Наташу убили, спустили в подполье. Мы жили, как на могиле. Это страшно. Это ходить там, где была моя дочь. Представляете? Как я вообще пережила, я не знаю. Но, вот, живу же я. Вы знаете, у меня столько силы воли много. Я судилась с администрацией столько лет. Они меня всяко-разно, всяко-разно. А я выжила. Понимаете? Я выжила и живу. Назло всем. Не назло всем. Просто я живу. Понимаете? И никому не скажу, что вот я назло. Нет. Я просто взяла и живу. Правда же? Я просто живу и радуюсь жизни. — Здесь похоронены мои родственники… Даже вот именно в этом дворе дочь убили. Она была в этом дворе убита. Мой муж здесь умер, понимаете? Я не могу их предать, я не могу их оставить и уйти куда-то. Да, мне предлагали жилье благоустроенное, но я пока не могу уйти отсюда, — продолжает стоять на своем женщина. — Я люблю это всё, понимаете? Я люблю эту старину. На меня вот эта старина навеивает какую-то ласку, тепло, понимаете? Вот эти дома. Вот сейчас я пойду в тот дом, допустим, — там только стены, больше ничего. Я им [представителям администрации] вчера объяснила: вы знаете, я была на пятом микрорайоне, где этот дом, и вот я иду, и я даже не могу туда шею повернуть. В сторону того дома, понимаете? Мой дом здесь, — говорит Светлана Кузьминична. — Даже вот эти деревянные полы, вот эти половицы деревянные — это что-то русское, понимаете? — продолжает женщина. — Сейчас многие люди отходят от этой старины, от всего русского, идут к современности. Но опять же многие возвращаются в сельское поселение, стараются жить в селе, даже первое время у них нет никаких коммуникаций, они первое время даже тоже живут с удобствами на улице. Ну и что? Это даже романтично. Иногда. Это даже необычно. Понимаете? А если бы мне поставили здесь дворовую уборную уличную, может, даже ко мне экскурсии бы приходили. Потому что не у каждого это есть. Понимаете? «Знаете, мне так легко стало жить» В нашу встречу Светлана Кузьминична много рассказала нам о себе и своей жизни. Беседа оказалась слишком объемной, чтобы опубликовать ее полностью. Но наша героиня оговорилась, что ей как-то обидно, что люди теперь знают о ней исключительно как о владелице злополучного унитаза, а ведь она очень интересный человек. Светлане Подчасовой 76 лет, она из семьи военного. В Ачинске окончила торговый техникум, а позже — и торговый институт в Новосибирске. Восемнадцать с половиной лет проработала на Севере, где заработала неплохую по нынешним временам пенсию. — Я не скрываю ни от кого, что у меня такая хорошая пенсия. Хотя некоторые даже не скажут, сколько пенсия, молчат. А я не скрываю. А чего скрывать? Я честным трудом ее заработала, — говорит Светлана Кузьминична. Женщина любит поезда; говорит, старается путешествовать 2–3 раза в год. На холодильнике у нее много магнитов: Галич, Кострома, Плёс, Байкал, Кубань, Кавказ… Она вот-вот снова поедет в Суздаль — это ее любимый город. Уже много лет Светлана Кузьминична пытается найти родных. И как будто постоянно живет с ощущением, что ее вот-вот кто-то обманет. Называет себя мнительной. Даже на наш, казалось бы, безобидный вопрос о том, работает ли водопровод, реагирует остро. — Я живу в культуре. Вы на меня не говорите. Я живу в культуре! — с явной обидой в голосе говорит женщина. Что же касается истории, которая прославила ее на весь Красноярский край и за его пределами, о ней женщина говорит не без иронии. — Вы знаете, мне так легко стало жить. Вы не поверите. Почему-то какое-то облегчение. Ну, видимо, этот унитаз так давил, наверное, на меня, — будто немного вкрадчиво говорит Светлана Кузьминична. — Эти все три года незаконных, когда я ходила туда, пользовалась, садилась на него. И он, наверное, говорил: «Слушай, дорогая, ты сидишь на незаконном месте. Ты должна меня убрать. Унитаз-то уже не должен здесь у тебя находиться». Он мне всё говорил, говорил, говорил, а я всё пользовалась, садилась на него, воду выливала в него, а он мне всё говорил, говорил. И наконец-то это всё разрешилось, мне так стало легко на душе. Я даже рада всему этому обстоятельству, понимаете? Светлана Кузьминична отметила, что в мэрии ей пообещали оказать какую-то помощь и ее вопрос решить — как именно, не уточнила. Связаться с мэром Ачинска Игорем Титенковым лично на момент выпуска этого материала так и не удалось. Но мы следим за ситуацией.