Пациентка Юнга, прима-балерина и легенда кино: как жили известные женщины Дона

Девочка из купеческой семьи Сабина Шпильрейн прошла лечение под руководством Карла Юнга и стала известна как родоначальник исследований детской психологии в Европе и России. Балерина Ольга Спесивцева покорила мировую сцену, оказалась за океаном и в психиатрической больнице. Фанни Фельдман зрители знают как Фаину Раневскую, сыгравшую культовые роли в кино. Редакция 161.RU рассказывает о судьбоносных событиях в биографиях известных на весь мир женщин, рожденных в Ростовской области. Персона к исследованию Будущая звезда психоанализа родилась в Ростове-на-Дону в 1885 году. Она жила в доме на Пушкинской, 83. На фасаде трехэтажного особняка сейчас размещена памятная табличка. Семья характеризовалась как обеспеченная, Сабина была старшей среди пяти детей. В своем дневнике, будучи еще юной, она оставила запись: «Глупо, что я не мужчина. У них все получается легче. И без стыда, потому что жизнь под них подстроена». Способная к науке и изучению языков, она страдала психическими расстройствами. Известно, что в семье ее нередко били. Проблемы у Сабины начались в 14 лет. Истерики Шпильрейн сопровождались недержанием, депрессией и даже попытками самоубийства. — С 4 до 7 лет отец в наказание порол пациентку по ягодицам, что, увы, привело к преждевременному появлению довольно стойких ныне сексуальных чувств. Со временем ее стало возбуждать агрессивное поведение окружающих, например, их приказания и требования. Жизнь в отчем доме стала невыносимой, и ее отправили на лечение в Швейцарию, — писал Карл Густав Юнг наставнику Зигмунду Фрейду. В своей статье «История астероида (Сабина Шпильрейн)» кандидат медицинских наук, врач-психиатр высшей квалификационной категории, доцент Северного государственного медицинского университета Игорь Якушев пишет: — В 13-летнем возрасте [Сабина] пыталась утопиться, в 15 лет — дралась с матерью и отказалась от еды, протестуя против тирании родителей (позднее Карл Юнг квалифицировал отца и мать Шпильрейнов как истериков), желая обозначить собственное «Я» именно там, где это ей запрещалось. Самый простой протест — нигилистическое поведение, и оно проявлялось достаточно разнообразно. После смерти 10 октября 1901 года шестилетней сестры Эмилии от брюшного тифа симптоматика Сабины обрела и вовсе тревожащий родителей характер. Когда выяснилось, что это все же психическое расстройство, отец решил отправить дочь на лечение […] 17 августа 1904 года Сабина c диагнозом «психотическая истерия» поступила в клинику Бургхельцли (Цюрих). Карл Юнг (ему было около 30) стал ее лечащим врачом. Он внимательно ее слушал, а Сабина, лишенная свободы выговариваться дома, наконец получила шанс быть понятой. Для Юнга это была возможность опробовать инновационный метод Фрейда: он «копался» в бессознательном, слушая ее размышления и расшифровывая сны. Состояние Сабины улучшилось. Мысли о том, что она «грязная», «порочная» постепенно уходили. Она стала больше верить в мечту стать врачом, занялась психологическими исследованиями. Юнг продолжал сеансы со Шпильрейн и после выписки из госпиталя. Она работала в Вене, стала членом местного психоаналитического общества — принял ее туда лично сам Зигмунд Фрейд. Между Сабиной и женатым Карлом был роман, продлившийся около семи лет. В детали отношений был посвящен Зигмунд Фрейд. Юнг писал ему в 1909 году: «Разумеется, она рассчитывала меня соблазнить». Сабине при этом Фрейд советовал оставить Карла, ведь тот явно не собирается бросать жену. Юнг же поведение Шпильрейн в свой адрес объяснял переносом — бессознательным перемещением пережитых раньше чувств. Одной из причин для разрыва стало неуважительное отношение Юнга к Шпильрейн и в профессиональном плане. В дневнике в ноябре 1911 года она пишет: — Я очень опасаюсь, что мой друг, который намеревался упомянуть мою идею в своей статье, опубликованной в июле, и признать мой приоритет, может просто присвоить идею, поскольку теперь он собирается говорить о ней как о возникшей еще в январе…. Но как могу я уважать человека, который лгал мне, который украл мою идею, который оказался мне не другом, а мелочным корыстолюбивым соперником? Как могу я любить его? Ведь я люблю его, несмотря ни на что. Вся моя работа пронизана этой любовью. Я люблю его и одновременно ненавижу, потому что он мне не принадлежит. *** Сабина вышла замуж в Вене в 1913 году за врача из Ростова Павла Шефтеля. Во время Первой мировой войны его призвали на фронт. В семье уже была одна дочь, Рената. Шпильрейн осталась в Европе, работала в разных городах, поддерживала деловые отношения и с Юнгом, и с Фрейдом. На родину она вернулась в 1923 году. В СССР она была заведующей секцией детской психологии в 1-м Московском государственном институте, была участником Русского психоаналитического общества. Но свободный ветер научного знания остановили: в Союзе психоанализ запретили как чуждую капиталистическую науку. Сабина Шпильрейн открыла так называемое стремление к саморазрушению, или танатос. В Европе известны также ее научные работы на тему любви, интерпретации сновидений, сексуальности и либидо. Сабина с мужем переехала в Ростов-на Дону. Она устроилась врачом в местную поликлинику. В 1926 году в семье родилась вторая дочь, Ева. А дальше… В 1930-м Русское психоаналитическое общество было ликвидировано. Вскоре после арестовали и расстреляли братьев Сабины. В 1937-м скончался Павел Шефтель. Шпильрейн погибла в августе 1942 года. Сабину и двух ее дочерей расстреляли в Змиевской балке во время массовой казни. Последняя запись в дневнике Шпильрейн датирована 14 июля 1912 года: «14 июля вышла замуж за Павла Шефтеля». В 2011 году вышел художественный фильм режиссера Дэвида Кроненберга «Опасный метод» — об отношениях двух основоположников психоанализа Зигмунда Фрейда и Карла Юнга с пациенткой Сабиной Шпильрейн. Есть и другие картины о ней, вышедшие в 2002-м: художественный фильм «Сабина» (Италия) и документальный «Меня звали Сабина Шпильрейн» (Швеция, Швейцария, Дания, Финляндия). Роковая «Жизель» «Я не должна танцевать Жизель. Я слишком в нее вживаюсь». Эту фразу Ольги Спесивцевой процитировала ее сестра в письме, которое сохранилось в архивах — о триумфе балерины 30 марта 1919 года, когда она впервые вышла на сцену в том самом образе, который навсегда вписал ее имя в историю балета. Все решил случай — однажды Ольгу попросили подменить заболевшую танцовщицу этой партии. Сценический образ романтичной девушки, потерявшей голову от несчастной любви, трагически срифмовался с реальностью. Ольга Спесивцева родилась в 1895 году в Ростове-на-Дону. Она была третьим ребенком из восьми, трое умерли в раннем возрасте. Отец Ольги, театральный актер Александр Романович Спесивцев, переехал в Ростов из Курской губернии. На донской земле он познакомился с будущей женой Устиньей Галинской. Когда Ольге было шесть лет, ее отец скончался от туберкулеза. У матери не было возможности прокормить пятерых детей. Трех старших — сына Анатолия и двух дочерей, Зинаиду и Ольгу — она вынужденно отдала в приют при Доме ветеранов сцены. При помощи председателя Русского театрального общества Марии Савиной удалось устроить Ольгу в Императорское театральное училище. Первый поворотный момент на пути к большой сцене, а дальше — попадание в Мариинский театр. Там она знакомится с балетным и литературным критиком Акимом Волынским, позже у них будет любовный союз. К мнению Волынского Ольга прислушивалась: когда хореограф Михаил Фокин пригласил Спесивцеву поработать в США, она отказала, ведь Аким был против экспериментов, предпочитая классический балет. До того, как исполнить роль Жизель, она все же отправилась на гастроли в Нью-Йорк, но не с Фокиным, против сотрудничества с которым был ее возлюбленный, а с Сергеем Дягилевым. Ее партнером в «Сильфидах» и «Призраке розы» стал знаменитый Вацлав Нижинский. Дуэт имел огромный успех у публики. — В мире родилось яблоко, его разрезали надвое, одна половина стала Анной Павловой, другая — Ольгой Спесивцевой. Для меня Спесивцева — та сторона яблока, которая обращена к солнцу, — любил повторять организатор «Русских сезонов» Сергей Дягилев слова великого танцовщика и педагога Энрико Чеккетти. Балетный критик из Москвы Роман Володченков, рассказывая о Спесивцевой журналу «Нация», отмечает почти современный тип балерины на фотографиях Ольги: стройная пропорциональная фигура, утонченные линии ног, высокий подъем. — Она стремилась соединить в своем искусстве технику и актерскую игру. По танцу Спесивцевой можно проследить новый этап развития балета после Павловой, — сказал Володченков. Гастроли в Америке кончились в 1917 году. Спесивцева вернулась на родину. Многие ее коллеги к тому времени уже эмигрировали. К 1919 году царили голод и разруха — это была уже совсем другая, незнакомая родина, такой Ольга ее еще не видела. В интервью она скажет, что «осталась верной России» и по своей воле и с согласия труппы взяла на себя репертуар больших артистов — «Жизель», «Эсмеральду», «Дочь фараона» и другие. Это происходило под руководством Агриппины Вагановой. В театре не было отопления, но останавливать репетиции и представления никто и не думал. Тогда Спесивцева на фоне таких условий болела. Чтобы хоть немного поддержать свою ученицу, обладающую неоспоримым талантом, Ваганова растирала Ольгу барсучьим жиром и заставляла пить горячее молоко. Помог Ольге с лечением (и не только) чиновник Борис Каплун: с его руки в театре стали топить, Спесивцева туда вернулась. Отношения с Волынским у нее уже кончились. Каплун стал ее мужем. К середине 1920-х Спесивцева вместе с матерью уехала из послереволюционного СССР во Францию. Там она стала выступать в «Гранд-Опера», где специально для нее спустя полвека возродили классическую постановку балета «Жизель». Любопытные поговаривали, что Спесивцева была влюблена в главного балетмейстера Сержа Лифаря. Но он ответных чувств не проявил. Из-за этого у Ольги, как пишут, была даже попытка суицида. В конце концов она перебралась в Лондон. В конце 1937 года Бориса Каплуна расстреляли на полигоне «Коммунарка» в Московской области по обвинению в участии в троцкистской террористической организации. Ее новый агент и поклонник Леонард Джордж Браун организовывал для нее гастроли по миру, и Спесивцева работала на максимум. Танцевала она так много, что порой забывала партию прямо на сцене. В Сиднее стало очевидно, что Ольге нужно психиатрическое лечение. Браун отвез ее во Францию, стало полегче. Позднее она — совсем ненадолго — вышла замуж за танцовщика и педагога Бориса Князева. В 1939 году Леонард уговорил Спесивцеву переехать с ним в Штаты. Она согласилась, но уже в Америке ее агент скоропостижно умер. Ольга потеряла память и даже не могла вспомнить свое имя. В 1943 году она оказалась в бесплатной психиатрической лечебнице. Легендарная балерина теперь была пациенткой № 360446. Найти ее удалось местному танцовщику Дейлу Ферну, почитателю творчества Ольги. Он писал ей письма и еженедельно навещал. Когда все узнали, кто такая Спесивцева, отношение к ней изменилось, что, разумеется, пошло на пользу балерине. В лечебнице Ольга провела 20 лет. В 1963-м Ферн перевез ее в пансионат на ферме Толстовского фонда недалеко от Нью-Йорка, который создала младшая дочь Льва Толстого. Ольга прожила в США без малого 30 лет. Ее однажды навестили Галина Уланова и Марис Лиепа. Советский артист балета так описал встречу: — Маленькая комнатка с почти спартанской обстановкой: кушетка, стол, шкаф и умывальник составляли все ее убранство. Наконец к нам вышла очень изящная, с классической, то есть гладкой балетной прической женщина, с широко раскрытыми возбужденными глазами. Она поздоровалась, расцеловала нас всех по очереди. Сказала, что все утро ужасно волновалась, когда узнала, что в гости к ней едут Уланова и Долин… Мы уехали полные жалости и сострадания к судьбе известной в свое время балерины. Дело было даже не в болезни, дело было в безысходности и одиночестве, которыми веяло от ее пристанища и от всей ее маленькой, сохранившей изящество фигурки. Ее не стало 16 сентября 1991 года. Она умерла в Нью-Йорке в 96 лет. Балерину похоронили на русском кладбище в Ново-Дивееве. На сцене Александринского театра через несколько лет Борис Эйфман поставил балет о Спесивцевой «Красная Жизель». Королева характеров — Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества. […] В пять лет была тщеславна, мечтала получить медаль за спасение утопающих… Теперь медали, ордена держу в коробке, где нацарапала: «Похоронные принадлежности». Это отрывки из книги Фаины Раневской — не такой как все и любимой миллионами. Ее настоящее имя — Фанни Фельдман. Она родилась в Таганроге 27 августа 1896 года в богатой еврейской семье. У Фаины было три брата и сестра. Мама занималась хозяйством и детьми, папа был предпринимателем, владельцем магазина, и у него даже был свой пароход. Большая семья не была иммунитетом для Фаины от чувства одиночества. С детства она была как бы отдельно от всех, Фанни не считала себя красивой. Она заикалась, из-за этого стеснялась еще сильнее. Раневская получила хорошее образование, знала несколько языков. Театром увлекалась с 14 лет — впечатление произвел спектакль «Вишневый сад». В 1915-м уехала в Москву, несмотря на мнение родителей, которые не одобрили ее намерение посещать театральную студию. Судьба сложилась так, что после переезда она больше никогда не видела родителей, они эмигрировали. Фаина первое время жила в столице в съемной комнате. Путь к мечте был не из простых: в театральные институты ее брать не хотели. Вышло учиться платно в частной студии, и то недолго. Денег попросту не хватало. Наконец в 1917 году ее приняли в Театр актера, ей дали роль в спектакле «Роман». В том театре Раневская прослужила без малого 15 лет. Потом она обратилась к режиссеру Александру Таирову с просьбой принять ее в Камерный театр (сейчас Театр имени Пушкина). Ее пригласили участвовать в пьесе «Патетическая соната» — эта роль стала началом ее большого театрального успеха. В кино Раневская попадает тоже не с первой попытки. Тернистый путь обеспечил «Мосфильм», вернувший фото из театров, которые она отправила, мол, эта актриса им не интересна. Но прошло время… «Муля, не нервируй меня!» — фразу из фильма «Подкидыш» знают, наверное, большинство жителей постсоветского пространства. Леонид Брежнев, вручая актрисе награду, и сам ее произнес. Потом Раневская работала над ролью Розы в фильме «Мечта» Михаила Ромма. Картина вышла в 1943 году, среди зрителей оказался и американский президент Франклин Рузвельт, отметивший, что Фаина замечательная актриса. В конце 1940-х Фаина Георгиевна сыграла мачеху в «Золушке» Надежды Кошеверовой и Михаила Шапиро. Актрису ждал в этой роли автор сценария Евгений Шварц, который ее просто обожал. Чтобы особенным образом говорить в кадре, Раневская подкладывала в щеки вату. В начале 1950-х годов актриса пришла в Театр имени Моссовета, в котором задержалась аж на четверть века. В 1961 году Фаина Георгиевна получает звание Народной артистки СССР. Раневская исполнила десятки ролей в театре и кино. Она лауреат трех Сталинских премий, кавалер ордена Ленина. Последней киноролью Раневской стала работа в фильме «Сегодня новый аттракцион» — комедии Надежды Кошеверовой и Аполлинария Дудко, вышедшей в 1966 году. Еще Фаина Георгиевна после продолжительных уговоров озвучила героиню Фрекен Бок в мультфильме «Карлсон вернулся». Семейного счастья у Раневской не случилось. В молодости у нее были чувства к одному актеру из театра, в котором она служила. Но когда Фаина пригласила его в гости, он пришел с другой. Еще и попросил оставить их наедине. Тот случай не мог не оставить рану в ее сердце. Ее безусловной любовью в последние годы был пес по кличке Мальчик. Летом 1984-го у Фаины Георгиевны случился инфаркт, который осложнила пневмония. Она умерла 19 июля того же года, совсем чуть-чуть не дожив до своего 88-летия. Ее похоронили на Новом Донском кладбище у могилы ее сестры Изабеллы. *** — В конце жизни она поняла, что по красоте сравнялась со всеми звездами, а по таланту их превзошла, — сказал в эфире ТВЦ гендиректор «Мосфильма», режиссер Карен Шахназаров. Актер и режиссер Сергей Юрский одной из прелестей Раневской назвал кокетство. — Вот она и была такой. Она сознавала, что в этом есть обаяние, в этом есть «свободность», а не угрюмость, — сказал он в беседе на телеканале «Культура». В одном из интервью народный артист России, одна из ключевых фигур балета и педагог Николай Цискаридзе поделился своими впечатлениями от Раневской. Он отметил, что она абсолютно органична во всех своих ролях. Подробнее Цискаридзе высказался о роли мачехи в «Золушке»: — Раневская для меня всегда была потрясением. Вы не представляете, как я жалел мачеху. В конце, когда она говорила: «Я буду жаловаться на короля!». Я в детстве не понимал, почему я ее жалею. А это так сыграно, что ты ей сопереживаешь — ее мечты рухнули! В 2022 году вышел сериал «Раневская», посвященный жизни и карьере актрисы, где её сыграла Мариэтта Цигаль-Полищук. В Таганроге 27 августа, в день рождения актрисы, до 2022-го включительно проходил фестиваль «Зонтичное утро». В 2024 году его отменили из-за запрета на проведение массовых мероприятий на открытом воздухе в Ростовской области. Говоря о Раневской, невольно вспоминаешь ее фразы, прочно впечатавшиеся в сознание соотечественников. Приведем 10 цитат. «Сняться в плохом фильме — все равно что плюнуть в вечность».«Лучше быть хорошим человеком, ругающимся матом, чем тихой, воспитанной тварью».«Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?».«Вторая половинка есть у мозга, попы и таблетки. А я изначально целая».«Отпускайте идиотов и клоунов из своей жизни. Цирк должен гастролировать».«У меня хватило ума так глупо прожить жизнь».«Старость как песочные часы: как ни переворачивай, песок продолжает сыпаться».«Почему все дуры такие женщины?!».«Душа не жопа — высраться не может».«Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи».