Уралец, которого жена сдала в приют, когда он сломал ногу по пути на СВО, замерзает в доме без электричества

История контрактника, который по пути на СВО сломал ногу, а жена пристроила его в приют для бездомных, сначала складывалась хорошо, но потом всё вышло как всегда… О неожиданном постояльце приюта для бездомных нашим коллегам из Е1.RU рассказала его директор Ольга Бахтина. Роман — военный, контрактник — приехал из Челябинской области в Екатеринбург. Отсюда, из части, он должен был отправиться в зону боевых действий, но сломал ногу. Его супруга, с которой они расписались накануне заключения контракта, нашла номер приюта и попросила пристроить мужа на время, пока нога не заживет. На удивленные расспросы директора «почему муж должен жить в приюте, а не дома», женщина ответила, что не может принять его к себе. При этом свою банковскую карточку Роман отдал жене накануне отъезда. Военный два дня прожил в приюте для бездомных, а потом отправился домой. Ему нашли костыли и полторы тысячи на дорогу. Добравшись до родного города, Роман отзвонился Ольге Бахтиной и сообщил, что жена отдала ключи от его дома. Супруги жили раздельно — она с ребенком в квартире, у мужа был свой дом. Но оказалось, что в этом частном доме сейчас, в холода, жить нельзя — нет ни отопления, ни электричества, которое отключили из-за долга в 50 тысяч рублей. Внутри есть печка, но ей за ненадобностью не пользовались, поэтому затопить нельзя — забит дымоход. — Я в шоке была, — вспоминает Ольга. — Жене по телефону сказала, что думаю обо всей этой истории, что так поступать нехорошо. В ответ выслушала, какой муж был отвратительный: и пил, и бил, и в долги вогнал, и деньги украл, то работал, то не работал. Роман перезванивает и всё по-другому рассказывает: как кредиты закрыл ей в начале знакомства, как деньги с вахты пересылал. Кто там прав, кто виноват в этих семейных дрязгах, где правда, где клевета — не разберешь, каждый на себя тянет. Жена искренне не понимала, что она делает не так, ведь он якобы такой невыносимый… Хотя буквально недавно, в конце ноября, накануне контракта заключила брак. Я объясняла очевидные вроде бы вещи, что брак подразумевает взаимную ответственность друг перед другом, а не только законное право на выплаты, — рассказывает Бахтина. — Она согласилась и в конце концов вызвала мужу такси до своего дома, трогательно сказала мне, что свяжет носок для загипсованной ноги, чтобы не мерз на улице. В общем я успокоилась, мужик хоть месяц перед оправкой на СВО проведет с семьей, с сыном. Мы созвонились с Романом, он заверил нас, что всё хорошо и как только заживет нога — отправится на службу. — Жена сначала упрекала, что я специально ногу сломал, чтоб не ходить туда (на СВО. — Прим.ред.). Но я показал снимки перелома, так только при падении можно сломать. Она согласилась. Спасибо Ольге Юрьевне, помирила нас. Ради ребенка решили не ссориться. Но семейное благополучие было недолгим — на следующее утро супруга попросила мужа «за дверь». Он снова побрел на костылях в свой неотапливаемый дом, грелся у соседа. — Сказала мне, что приехал отец, а он мужа не выносит. Я разозлилась: вы же, говорю, не за своего отца замуж выходили, а за отца ребенка вашего, — рассказывает Ольга Бахтина. Кроме жены у Романа есть мать, но у нее своя семья, живет отдельно. Кстати, именно на мать, а не на жену (как было сказано в первой публикации) Роман переписал половину дома, вторую — на сына. Супруга с журналистами общаться отказалась, объяснив, что «не хочет позориться», а Роман, в свою очередь, объяснил нам, что снова греется у соседа. Говорит, что тот свозил его в коммунальную компанию, чтобы включили электричество. По его словам, долга нет, он привез документы, что несколько месяцев отсутствовал и не жил в этом доме — работал на вахте, а перед отправкой на службу, после заключения брака, недолгое время жил у законной жены. Попросил сделать перерасчет — там пообещали разобраться. — Сейчас главное подключить электричество, — говорит Ольга Бахтина. — Чтобы спокойно, без упреков от жены и скандалов жил в своем доме. Уверена, что брак накануне контракта был заключен из корыстных интересов супруги, а не для совместной жизни после возвращения (с СВО. — Прим. ред.). Я слово «деньги» за всю жизнь, наверно, столько раз не слышала, как при общении с ней. Я бы вообще посоветовала ему расторгнуть такой брак, но решать Роману. Сам он говорит, что ему сейчас самое важное — моральная поддержка. На данный момент известно, что к ситуации подключилась челябинская соцзащита и общественная организация, которая помогает участникам СВО. Они должны выехать в Троицк, где живет Роман. Мы рассказывали совсем противоположную трагическую историю, про мать бойца, которая искала сына, пропавшего без вести.