«Мы выжили, но немного облысели»: как работают ростовские криминалисты?

В марте Россия празднует День эксперта-криминалиста. В честь этого для журналистов открыли двери лабораторий донской полиции. Как проходит работа криминалиста, узнала корреспондент 161.RU Наталья Костюк.

Мы находимся в экспертно-криминалистическом центре. Все сложные виды экспертиз проводят здесь. В здании расположены семь лабораторных отделов.

Сначала нам провели экскурсию во внутреннем дворе. Показали специальное оборудование и машины, которые выезжают на вызов.

Классический набор криминалиста — чемоданчик с инструментами.

Далее мы направились знакомиться с отделами и лабораториями.

Отдел ДНК — самое молодое направление в центре, он существует всего два года. Сама лаборатория — закрытого типа, поэтому снимать там запретили.

Тем не менее, удалось посмотреть на одну из самых важных экспертиз — восстановление прижизненного облика человека. Данные получают из разных частей тела. Установить личность можно, например, по черепу или кистям рук.

«Можно установить возраст, пол, расу, сделать стоматологическую карту. Это приобретает широкую значимость во время СВО — мы помогаем семьям без вести пропавших, идентифицируем их родственников», — поделилась начальница отдела.

В 2025 году отдел ДНК помог раскрыть дело 30-летней давности. В августе 1994 года в поселке Каменоломни обнаружили тело 8-летней девочки — ее перед смертью изнасиловали. Криминалисты назначили экспертизу с молекулярно-генетическим исследованием. На следах, найденных на месте происшествия, выявили ДНК-профиль подозреваемого. Проверили по федеральной базе данных геномной информации — показало полное совпадение с ДНК ранее судимого человека. Так вышли на убийцу и задержали его.

Сотрудники показали, как работает полиграф, и даже дали опробовать на себе.

«Полиграф не ошибается, он работает аналогично ЭКГ — его невозможно обмануть», — поделились в отделе.

Каждый специалист несет персональную ответственность за качество экспертизы. Процесс отличается от того, что показывают в кино.

«Аппарат работает как смарт-часы. Мы смотрим на потоотделение, дыхание, пульс и давление. Тут никого не пытают и не пугают, но волнуются все».

В среднем экспертиза на полиграфе длится три-четыре часа, а иногда и весь день. Некоторые исследования проводятся неделями.

«Если в процессе исследования кто-то проголодается — можем покормить», — шутят специалисты.

В баллистическом отделе работают с оружием. Задача криминалистов — определить, откуда был выстрел, его угол, мощность и глубину.

«Область работы большая, мы помогаем и новым регионам, делаем исследования, определяем, каким оружием и как именно убивают бойцов», — объясняют в отделе.

Исследуют и самодельное оружие. Чаще всего его делают из старого, списанного оружия, где меняют одну или несколько составляющих частей. Есть и более интересные экземпляры.

«Недавно нам попался экземпляр оружия, которому мы удивились. Винтовка Мосина, вроде обычная. Начинаем изучать — ни одной заводской детали — всё сделали сами. Само оружие полностью совпадает с чертежами оригинала, еще и стреляет идеально. Это полностью ручная работа, такую очень сложно сделать. Мы даже брали заводскую винтовку и сравнивали: выглядит практически идентично, отличается только качеством внешней отделки», — рассказали в отделе.

А теперь в отдел экспертизы почерка. Здесь специализируются на экономических преступления.

«Почерк в голове. Рука — продолжение головы».

У каждого почерка есть путь. Хотя мы все учимся по одним нормам прописи, индивидуальные особенности есть у каждого. На почерк сильно влияет, например, вид деятельности и возраст», — рассказывают в отделе.

Каждая буква делится на части. Специалисты исследуют каждую из них, сравнивают мельчайшие элементы. Чем чаще человек пишет в повседневной жизни, чем выработаннее почерк — тем легче с ним работать.

«Общего почерка у преступников нет».

Однако по почерку можно определить, находился ли человек в измененном состоянии или под давлением.

Специалисты показали, как снимают отпечатки с места преступления.

«Отпечаток можно взять везде — на мокрой и на сухой поверхности. Тяжелее всего работать с деревом и с пористыми материалами. Убрать отпечатки пальцев невозможно, можно лишь осложнить поиск», — поделились эксперты.

В кабинете стоит камера для «окуривания». В нее можно положить предмет и обработать специальным дымом, который покроет налетом отпечатки пальцев.

Все следы кодируются в базе, по ним составляют дактилокарту. «Срока годности» у отпечатков пальцев нет, но чем дольше слой находится на поверхности, тем сложнее его снять. Специалисты даже распаривают некоторые отпечатки, чтобы установить личность.

«Если вы попадаете в круг подозреваемых — у вас снимут отпечатки».

Примечательно, что именно в этом отделе всех преступников называют одинаково — «жулики».

В физико-техническом отделе занимаются металлами и жидкостями. Чтобы определить следы металлов на одежде или предмете, их сжигают. Чаще всего находят свинец.

«Однажды нам принесли бутылку с жидкостью, которой отравили человека. Мы не знали, насколько серьезен яд, поэтому трогали бутылку „голыми“ руками. Оказалось, что там находился таллий, человек умер от него. Ну, мы выжили, правда, немножко облысели», — рассказывают специалисты.

Все таллиевые соединения относятся к первому классу опасности. Попадание даже 0,4 грамма таллия в организм человека вызовет смерть. При этом металл не имеет вкуса и запаха. Опасность таллия еще и в том, что для отравления ему не нужно попадать внутрь организма. Он может воздействовать через легкие и даже неповрежденную кожу. Один из первых признаков отравления таллием — это выпадение волос.

В этом же отделе занимаются анализом бижутерии и драгоценностей. На специальных приборах отображается состав украшения в процентном соотношении металлов. Так можно раскрыть факты мошенничества и обмана.

Местные эксперты определяют и состав любых жидкостей. Хроматографы анализируют жидкости и соотношение веществ в них. Здесь чаще всего работают с жидкостями для электронных сигарет и с алкоголем. Специалисты определяют pH, перегоняют жидкость, выявляют опасные примеси и сравнивают состав с нормой по ГОСТу.

И, как оказалось, водка чище, чем самогон.

Самый востребованный отдел в МВД — по борьбе с наркотиками. По словам замначальника отдела, основная проблема сегодня — синтетические наркотики.

«В 2011 году случился всплеск [употребления] синтетических наркотиков, все начали экспериментировать. Химия быстро адаптировалась, стало очень опасно. Люди выбирают синтетику, потому что она проще, доступнее и дешевле. Таких наркотиков стало очень много, некоторые из них не внесены в базу. У нас даже есть понятие „производный“ наркотик. Всё, что частично совпадает по составу с запрещенными веществами, мы вносим в реестр».

Самая редкая экспертиза — определение взятки по специально «помеченным» купюрам. Раньше это направление было актуальным, но теперь все мошеннические схемы в основном проводят онлайн.

После экскурсии стало интересно, какие самые «глупые» улики оставляли на месте преступления. На этот вопрос нам тоже ответили.

«Мы несколько раз находили паспорт или водительское удостоверение на месте преступления. Преступник просто забыл его».

«Часто воры любят „полакомиться“ продуктами из холодильника жильцов. Откусить сыр или хлеб и оставить на месте преступления».

«Был смешной случай. Мы приехали, чтобы задержать преступника, но не обнаружили его дома. Начали обыскивать территорию вокруг, поставили патрульные машины. Оказалось, жулик всё это время сидел в яме во дворе. Спустя пятнадцать часов ему это надоело, и он сам к нам вышел».