«Мы не должны ехать: в поезде будет теракт». У ростовчанки в Китае случился психоз, а посольство не торопилось с помощью

В конце марта 20-летняя ростовчанка Светлана (имена всех героев изменены. — Прим. ред.) отправилась в отпуск на две недели в Китай с подружками-сокурсницами Марией и Татьяной. Девушки планировали ездить из города в город, изучая местные достопримечательности, и просто отдыхать. Но всё пошло не по плану: в Поднебесной психика Светы дала резкий сбой. Она решила, что в ее подругу вселился шайтан, люди ее понимают вне зависимости от языка, а в одном из поездов точно случится теракт, но она всех спасет и станет суперзнаменитой.

Свету положили в китайскую больницу, где предположили биполярное расстройство, а позднее, в России, врачи его диагностировали. Страховка на такие случаи рассчитана не была, а родственники несколько дней не могли добиться от российского посольства в Пекине внятной помощи. По словам брата девушки, Ильи, посольство начало помогать только после письменной жалобы.

В запутанной истории разбиралась корреспондентка 161.RU Катерина Рукавцова, запросив позицию МИД России и мнение эксперта по международным отношениям. Поговорила она и с самой Светой, а также с ее близкими.

В обед 8 апреля Таня и Маша вдвоем вернулись в отель после ночной прогулки, Света же откололась от них несколькими часами ранее и была уже в номере. И при расставании с подругами, и до этого ее поведение их настораживало: слишком много Света суетилась, вела себя местами агрессивно и слишком активно, а в ее речи проскальзывали странные фразы.

С порога Света сказала, что на нее нельзя смотреть и что она обладает сверхсилами.

— [Говорила], что у нее там восьмая чакра открылась, что у нее болела спина так же, как и у местных старейшин, и все ее прекрасно понимают [по-русски]. Что она живет свою последнюю жизнь… Что-то про буддизм начала говорить. А она вообще в реальной жизни христианка, пост держала, — пересказывает события Мария.

Поначалу девушки решили, что происходящее — шутка или пранк. Но потом осознали, что с подругой явно что-то не так.

Света много курила, всё время хотела есть фрукты, утверждала, что в некоторых людях, с которыми они общались, сидят шайтаны и она может с этим разобраться. Заверяла однокурсниц, что видит будущее, говорила, что они должны поесть с ее рук. Всё это длилось несколько часов. Затем Таня и Мария вышли из номера, надеясь, что подруга в одиночестве успокоится. Но та вышла за ними и продолжила рассказывать странное: она якобы ставит щит на отель и надо вызывать полицию.

Тем вечером подруги должны были ехать в Пекин на поезде, Маша и Таня напомнили об этом Свете. Однако та воспротивилась.

— Она очень резко начала плакать и истерить, говорить, что мы не должны ехать, потому что будет страшный теракт. Она должна это остановить, и на следующий день она станет очень популярной, все будут ее благодарить, и она станет мировой знаменитостью, — рассказывает Мария.

Девушки не соглашались, не спорили — старались вести себя нейтрально и успокоить Свету. С помощью онлайн-переводчика они просили сотрудников отеля вызвать скорую или полицию, но те отказались. По совету родителей Маши девушки договорились, что в этот вечер на поезде они не поедут, а выдвинутся в путь уже на следующий день. Но на этом всё не закончилось.

В какой-то момент Света потребовала у Маши ее телефон и сумку. Они стояли в холле, и рядом никого не было: Таня в этот момент просила помощи у персонала. Маша мягко отказала Свете, не дав требуемое.

— Ей что-то не понравилось в моменте. Она начала меня трясти и говорить, что во мне шайтан. Это длилось несколько минут подряд. <…> Я уже начала отбиваться руками более агрессивно, а она резко взяла меня прямо в какой-то ужасный захват, из которого просто выбиться невозможно было. А когда человек еще в таком состоянии, более возбужденном, у него очень много сил… Она еще и весит больше меня, — вспоминает Маша.

Вырываться девушка не решилась, так как опасалась, что эти действия вызовут еще больше агрессии. Она позвала на помощь, пришли сотрудники отеля и Таня. Сумку Маши передали ей, и это успокоило Свету: вещь спасли от «шайтана».

Маша же убежала в первый попавшийся номер, затем персонал помог ей незаметно оттуда выбраться. В номер она не вернулась.

Таня со Светой остались вдвоем. Таня писала знакомым и в поддержку сайта, на котором они бронировали билеты, чтобы кто-то им помог. Света же много суетилась, говорила, что нужно сжечь вещи, заставляла Таню есть с ее рук шоколад и хлеб, говорила ей пить кипяток и требовала ходить в туалет с открытой дверью. Еще девушка по-прежнему была уверена, что ее слова на русском все понимают без перевода.

Наконец мольбы о помощи дошли через десятые руки до брата Светы — Ильи. Перед парнем встала задача — убедить сестру отпустить девчонок. Из России вызвать скорую или полицию в Китае невозможно, а на ресепшене россиянкам отказали. Тогда Илья обратился в российское посольство в Пекине: спросил, могут ли там помочь, например, вызвать полицию или скорую. Либо сказать, что ему делать.

— Я просто услышал: нет, мы ничего не можем, пытайтесь как-нибудь сами справиться. Они только сказали, что пускай подруги разбираются и попросят помощи на ресепшене. Но в целом такими были все их ответы на протяжении всех наших звонков [в течение двух дней], — рассказал собеседник 161.RU.

В итоге Свету уговорили оставить в покое Таню и та смогла покинуть номер. Строго говоря, она ее не удерживала силой, но девушка просто боялась подругу и не знала, как себя вести.

Уже был вечер. Полиция и скорая в итоге приехали: их вызвала знакомая, живущая в Китае. Следом за Таней на улицу вышла и пребывающая не в себе Света. Увидела Машу, в которой «сидел шайтан», погналась за ней. Полицейские не помешали ей.

— Единственное — полицейский на своем мопеде со скоростью, наверное, пять километров в час, даже медленнее, чем мы бежали, поехал в нашу сторону. Но в итоге он остановился и ничего не сделал, — говорит Маша.

Девушке пришлось прятаться. Света ее звала — то угрожая, то обращаясь ласково. Потом стала плакать и вспоминать умершую четыре года назад маму.

Скорая уехала, не осмотрев Свету: она попросту отказалась, а они и не настаивали.

Как потом объяснили в посольстве родственникам, она имела право отказаться от медпомощи, потому что совершеннолетняя и у нее нет никакой справки или подтверждения, что она не отвечает за свои действия.

В результате всех троих забрали в участок, где Света продолжила говорить и делать странные вещи.

— Полицейские сказали, что они готовы нас отпустить, но только втроем, если мы уедем вместе в один отель. Либо же мы должны были ждать утра консульства. А это уже была ночь… — рассказывает Маша.

Девушки не захотели ждать и смогли всё же договориться с полицейскими, что они вдвоем уедут, а Света останется. Маша и Таня забронировали номер в другом отеле, а на следующий день покинули Сиань. По словам подруг, они не знали, что делать, чем помочь приятельнице, и были очень напуганы, поэтому не остались.

Около 23:00 по китайскому времени в посольство из России позвонила Ира, родственница Светы. Она еще не знала о том, что случилось, но понимала: происходит что-то неладное. Света написывала отцу Иры, с которым не была близко знакома. Что она хотела, семья понять не могла. Как и связаться с Ильей: сразу добыть его контакты не вышло.

— Мама связалась со Светой, после чего та скинула ей все брони отелей без объяснения причин. Мне кажется, она очень нервничала. Еще она написала, что ей нужен хороший юрист. И мы подумали, что она в полицию попала. Мама спрашивала, чем помочь, но было абсолютно непонятно, что нужно. Хотя она вроде зачем-то звонит, вроде как просит помощи, но что за помощь… — вспоминает Ира.

Девушка связалась с отелем и узнала, что Светы в нем нет. Затем нашла в интернете информацию: в такой ситуации следует обратиться в посольство. Однако там ей ничем не помогли, кроме как информацией, что по поводу Светы уже звонил ее брат. Благодаря этому Ира и Илья скооперировались.

Весь следующий день связаться со Светой не удавалось, вспоминает Илья. В обед у родственников появилась информация, что девушка снова в полицейском участке. Однако детали этой истории никто не знает, сама она об этом не помнит.

Со слов Ильи, во время повторного звонка в посольстве опять посоветовали разбираться своими силами. Спустя три часа, когда в Сиане была уже почти полночь, парень вновь обратился за помощью, но в ведомстве лишь сказали, что Свету при возвращении домой должны сопровождать в самолете.

— С полицией посольство также связываться отказалось, сославшись на позднее время и то, что можно будет что-то сделать, только если ее продержат до следующего дня, — говорит Илья.

К этому моменту отель уже нанял русскоговорящего переводчика (его услуги, естественно, оплатил Илья). Он и сообщил семье девушки, что та отдыхает в отеле. Спустя какое-то время Света позвонила брату по видеосвязи, он записал длившийся больше получаса разговор (запись есть в распоряжении редакции. — Прим. ред.). Речь девушки была непоследовательной, мысли путались.

Илья также заметил, что номер находится не в лучшем состоянии: всё разбросано, на полу песок. Как потом выяснилось, Света затопила и разгромила помещение: сломала дерево, рассыпала песок, часть вещей и бумаг засунула в унитаз.

В какой-то момент она и вовсе сказала, что покончит с собой. Ира вновь позвонила в посольство.

Близкие Светы говорят, что, насколько они поняли по информации из интернета, посольство должно принимать какие-то меры, если есть угроза жизни гражданину РФ за границей. Действовать им самим было сложно, потому что непонятны ни китайские законы, ни происходящее на месте. К тому же языковой барьер очень мешал общаться с сотрудниками отеля.

— Он [ответивший на звонок сотрудник посольства] там что-то невнятное говорил. Говорю: «Что нам делать? Вы можете вызвать нам скорую?» Ответ: «Нет». Я говорю: «А что?» Говорю, она угрожала самоубийством. Он: «Вызывайте полицию». Я тогда еще растерялась, подумала: «Ладно, отелю напишем», — рассказывает Ира.

Близкие Светы больше десяти часов пытались добиться от сотрудников отеля, чтобы те вызвали полицию или скорую, опасаясь, что Света навредит себе. Не было понятно, говорит она это серьезно или нет.

— Каждый раз, когда просили вызвать скорую, мы писали, что оплатим. Они понимали, что мы можем, потому что мы уже оплатили переводчика. <…> И я снова позвонил в посольство, там мужчина сказал очень сонным голосом: «Ну всё в ваших руках», — рассказывает Илья.

Затем молодой человек позвонил в Ситуационно-кризисный центр МИД на экстренный номер, где ему тоже сообщили: помочь ничем не могут, следует звонить в Пекин. Сотрудник отказался называть свое имя.

В 09:17 по китайскому времени Ира снова дозвонилась до посольства. Тогда впервые ей дали хоть какую-то информацию, а также пообещали, что с ней свяжутся, но для этого надо направить обращение по почте.

На вопрос, могут ли они помочь вызвать скорую или полицию, сказали, что помочь не могут. Писать письмо — это единственное, что родственники Светы могут сделать, чтобы дать старт каким-то действиям. Илья также оставил письменную жалобу.

Около пяти утра по Москве Илье позвонил первый секретарь консульского отдела. Он сразу представился и запросил информацию.

К тому моменту в разговоре с близкой подругой по телефону Света согласилась на медицинскую помощь, этот диалог на всякий случай был записан.

Вскоре девушку наконец увезла скорая. Ей предстояло пролежать около двух недель в китайской лечебнице, где врачи предположили биполярное аффективное расстройство, но диагноз не ставили. В выписке указали: поведенческие нарушения. Сама Света не совсем понимала, зачем ее там держат: бред продолжался, агрессия тоже. Но со временем ей становилось лучше. Уже в России девушке поставили диагноз: биполярное аффективное расстройство, текущий эпизод мании с психотическими симптомами.

Сама Светлана рассказала редакции: по словам врачей, такое состояние резко возникло по нескольким причинам. Это и переполнение эмоциями, а еще образ жизни: несколько работ, учеба, много событий. Плюс отсутствие нормального сна и питания.

До поездки в Китай девушка работала без выходных, спала по шесть часов и меньше. А уже в самой Поднебесной и вовсе на сон выделяла по два часа, устроив себе лишь один отсыпной день. Ела как придется, при этом иногда с подругами отдыхая в местных барах.

Она полагает, что всё началось после посещения одного из священных мест буддистов — легендарной «Лестницы в небо», которую часто называют «1000 ступеней». Она ведет к гигантской природной арке «Небесные врата» на горе Тяньмэнь в национальном парке Чжанцзяцзе.

В целом события тех дней она помнит обрывками. Говорит, что видела галлюцинации, об одной из них вспоминать особенно страшно: она взяла за руку подругу, а та была мертвой. Девушка помнит, как раздевалась почти догола, но отмечает: китайцы, которые, по ее воспоминаниям, всегда были готовы оказать ей какую-то помощь, старались на нее не смотреть, не трогали ее.

Света не отрицает диагноз, но считает, что ей могли подсыпать наркотики в одном из баров. Подтверждения этому нет, да и напитки из чужих рук она не брала, но девушке кажется странным поведение мужчины, который незадолго до психоза, как ей кажется, преследовал их с подругами. В китайской лечебнице вещества в ее организме не обнаружили, хотя девушка отмечает: первые три дня анализ мочи сделать не могли. В то же время брат Светы подчеркивает: анализ крови сделать удалось, он ничего не показал. При этом в России один из врачей, со слов Светы, сказал, что не исключает вероятность действия наркотиков.

В МИД РФ на редакционный запрос ответили, что ночью 10 апреля родственники Светы сообщили об ухудшении ее психического состояния и попросили помочь отправить ее в больницу. Посольство переговорило с сотрудниками отеля, благодаря чему последние все-таки вызвали скорую, сообщили в МИД.

«Местное законодательство не предусматривает оказание медицинских услуг на безвозмездной основе, включая вызов скорой помощи, а также то, что имеющаяся у гражданки России страховка недостаточна для покрытия расходов, связанных с лечением психических расстройств. <…> Что касается обращения в местные правоохранительные органы, то такая процедура в КНР предполагает наличие правонарушения. По мнению администрации гостиницы, соответствующих оснований в действиях Светланы не усматривалось. <…> В данном контексте настоятельно рекомендовали бы заблаговременно оформлять расширенную медицинскую страховку», — написано в ответе министерства.

В нем также расписали, чем посольство помогло семье — в ускоренном оформлении загранпаспорта Илье, чтобы он мог выехать в Китай, и продлении срока пребывания там Светы.

Хотя, по словам Ильи, второй пункт не совсем соответствует действительности. Он еще за неделю до своего приезда в Китай попросил уточнить информацию, когда у Светы закончится безвизовый период пребывания там. В итоге вечером перед их со Светой вылетом из Китая сообщили, что, если у девушки на следующий день закончится этот срок пребывания, возможно, нужно будет оплатить пошлину. Однако точно сказать, как высчитывают этот срок китайцы, сказать не смогли и посоветовали снять 500 юаней наличными на случай, если вдруг что-то пойдет не так. Но период пребывания, говорит Илья, окончен не был, оставался день.

Однако были и плюсы: посольство помогло с несколькими документами. Хотя в целом семья Светы пребывает в недоумении.

— То, что написано в интернете, и то, что нам говорили в посольстве, разнится. Не очень понятно: то есть нам законы надо лопатить, чтобы понять, что оно должно делать? Юристов искать каких-то международных или что? Потому что, если в интернете правду пишут, посольство просто не выполняет то, что оно должно делать. А если в интернете пишут то, что не является действительностью, то, конечно, искать правдивую информацию очень тяжело. Экстренный номер — про него можно забыть, это из серии «вот умрете, потом звоните», — сетует брат Светы.

Это объяснила Радмила Айриян, заведующая кафедрой зарубежной истории и международных отношений Института истории и международных отношений ЮФУ.

Эксперт рассказала, что зачастую без личного обращения гражданина сделать что-то сложно.

— Если ситуация связана с тем, что родственник пропал без вести, попал в чрезвычайную ситуацию или оказался заложником, посольства реагируют на такие обращения. Однако если речь идет о необходимости медицинского лечения, то это относится к компетенции страховой компании, а не дипломатического учреждения. Без личного заявления самого пострадавшего гражданина быстрая реакция консульского учреждения маловероятна, поскольку неизвестно, кто именно обращается с заявлением, — рассказала эксперт.

Проверка обращения в посольство тоже зависит от наличия личного заявления пострадавшего. Без него подтвердить факты сложно, утверждает специалистка.

Радмила Айриян расписала, какие конкретно есть компетенции у посольств:

• оформляют свидетельство на въезд (возвращение) в Российскую Федерацию в случае утраты заграничного паспорта;

• принимают меры по охране прав и законных интересов граждан России, находящихся под арестом, заключенных в тюрьму, взятых под стражу либо задержанных (по их просьбе);

• обращаются в компетентные органы государства пребывания за содействием в розыске пропавших без вести граждан России;

• посольство также может связаться с родственниками, предоставить информацию и оказать помощь в поиске переводчика.

Редакция 161.RU запросила в МИД РФ информацию о том, что входит в полномочия посольства, если у гражданина РФ за границей ухудшилось здоровье, в частности ментальное, когда человек не отдает себе отчет в собственных действиях и не может оценить его. Также мы спросили, может ли посольство помочь в вызове скорой и полиции и в поиске переводчика и должны ли были как-то отреагировать на первые звонки родственников Светы еще 8 апреля. Ответы на эти вопросы редакция не получила. Если они поступят — опубликуем.