Махачкала разбирает завалы после наводнения

«Всё потеряно! Сейчас в данный момент не только Дагестан, вся Россия будет страдать. Мясо, например, подорожает. Сколько там скотины померло. А люди? Там и дети, и беременная девушка погибли. Очень жалко их», — рассуждал в разговоре с MSK1.RU один из жителей Махачкалы. В Дагестане произошло мощнейшее за последние 100 лет наводнение. Больше тысячи семей остались без крова. Шесть человек погибли, среди них маленькие дети и беременная. Корреспонденты МСК1.RU Екатерина Рябчук и Иветта Авраамова отправились в эпицентр катастрофы на Северном Кавказе. Рассказываем, как столица Дагестана оправляется после стихийного бедствия, унесшего жизни и дома. Бурные реки сменило непроходимое болото За последние пару недель Махачкала пережила уже две волны потопов и сейчас готовится к третьей. Пугающие видео с разных уголков города заполонили социальные сети. На кадрах люди не могли выбраться из зданий, горевали по потерянному жилью и не могли проехать по дорогам, которые превратились в мощные протоки. Приехав в город спустя несколько дней, мы увидели не так много воды — солнце успело иссушить бурные реки на улицах города. Зато встретили заваленные грязью дворы, груды игрушек и мебели, в одночасье ставшие мусором, и непригодные для жизни дома. Сейчас в пострадавших от наводнений районах кипит уборка. Жилье пропиталось нечистотами, принесенными водой. Липкую грязь приходится вымывать со стен, полов, дверей. Убирать лопатами со дворов. Теперь проход по городу тормозят не гигантские лужи, а оставшиеся от них грязевые болота. «Дома строят — с бухты-барахты» «Памятником» крупнейшему за всю историю наводнению в Махачкале стал многоквартирный дом на улице Перова. Вы наверняка видели в соцсетях, как здание в считаные минуты ушло с обрыва. Даже спустя 4 дня местные заезжают сюда взглянуть на масштаб ЧП. Из земли так и торчит «полулежащий» фасад дома, бетонные сваи — вода обнажила фундамент здания. Больше здесь никто жить не будет. Соседние многоэтажки тоже расселены — они под угрозой обрушения. Нестройный ряд домов у оврага огородили сигнальными лентами. Близко подойти к месту не дает полиция. «Такие дома строят — с бухты-барахты. Увидят кусочек земли и строят. Государство им позволяет. А народ покупает, потому что у них дешево, — объяснил нам Шамсудин, наш таксист, который живет неподалеку от рухнувшей многоэтажки. — В итоге народ страдает потом». В нескольких метрах от опасных многоэтажек, прямо в овраге, остались в жуткой грязи брошенные частные дома. Хозяева, которые здесь жили целыми поколениями, вынуждены были оставить свой кров еще во время первой волны потопа. Вода из речки Тарнаирки, которая протекает буквально у них во дворах, поднялась в овраге до уровня вторых этажей. «Всю ночь поливал сильный дождь. Но ничего не предвещало беды, — рассказывает Гаджимурад, жилец дома в овраге. — Тут позвонил сосед, говорит, подходи, выручай. Заглядываю к нему во двор, а там уже воды почти по плечи. Пока ему помогали, выносили вещи, вода пошла через забор. Ну думаю, пора собираться. Пока собрался, взял только документы и чистые вещи, там уже всё. В итоге зашла вода в прямом смысле — выше крыши». С тех пор сюда он приезжал только на разборы завалов. Ничего из мебели и техники не уцелело. Хозяева даже перестали закрывать двери в домах — всё ценное, что было, после двух потопов превратилось в рухлядь. Дома в оврагах, так же, как и многоэтажки над ним, по словам местных, были построены «не по нормам». В этой местности законно возведены вообще только пара советских панелек, рассказала нам Зухра — адвокат, которая заехала посмотреть, что осталось от района, в котором она провела свою юность. Сейчас она живет в другой части Махачкалы, которая тоже пострадала от потопа — районе Редукторный. Там люди несколько дней жили без света и воды. В период паводка бутилированная вода у них подорожала в три раза. Электричество выключали сами власти в целях безопасности. Как раз этот район стал нашей следующей точкой на карте Махачкалы. Минуты решали — жить или умереть Район Редукторный, как его называют местные, буквально смыло мощным потоком грязи и воды. Здесь с конца марта, со времени первого удара стихии, местные пытаются вернуться к привычному укладу. Волной размыло дороги. Вместо них теперь месиво из грязи и луж — ногу в резиновых сапогах «зажевывали» сгустки черной глины. Устоять перед этим потоком было нереально. Бурное течение подхватило фургон, словно щепку, сорвало его с дороги и швырнуло в канаву. Грузовик намертво застрял. Водитель, по словам очевидцев, уже почти простился с жизнью — и только местные, которые успели броситься на помощь, вытащили его из этой водной ловушки. «Его, получается, течением принесло сюда, и он под мостом застрял. Еще бы минута — и водитель бы умер. Так его в реанимацию увезли, — рассказывает работник местного магазина Асхаб. — Вытаскивали машину краном. Голову оторвали ему (грузовику, сломали водительскую кабину. — Прим. ред.). На две части разделилось». Злополучная канава, в которой застрял тот самый грузовик, по версии местных, и стала отправной точкой потопа. Люди уверены, что, если бы ее вовремя прочистили, вода осталась бы в русле. «Вот кучи мусора. Я еще полгода назад говорил, что ее чистить надо. Камыши растут, грязная она. Всё время мусор забивается. В Советском Союзе ее хоть два раза в год чистили, а тут ее за 15 лет запустили», — рассказывает MSK1.RU местный житель. «15 тысяч на восстановление затопленной двушки» Гамзат — собственник двухкомнатной квартиры на улице Башкирской, в паре минут ходьбы от этой канавы. Первая волна бедствия застала его дома — разбудила не сирена и не звонок, а вода. Перепуганный мужчина решил, что здание накрывает цунами с Каспийского моря. «Кажется, 4 часа дня было. Вода хлынула из унитаза. Я сперва ничего не понял, открыл окно посмотреть, а оттуда вода полилась прямо в квартиру, — с ужасом вспоминает тот день мужчина. — Я думал, море из берегов вышло, у нас цунами. Я службу спасения вызвать не смог. Связи не было, мессенджеры не работали. Хватался за голову, очень тяжело было». В доме, где живет Гамзат, в отличие от соседних, нет подвала, поэтому вода лилась прямо в квартиры на первом этаже. Зал, где Гамзат обычно отдыхал после смены, смотрел телевизор, занимался со штангой, теперь напоминает пляж после шторма. Мебель вздулась, отсырела, техника сгорела, вещи утонули в черной глине. Светлый ламинат покрылся плотной коркой засохшей грязи. Спальня с бежево-золотыми обоями уже не располагает к отдыху. Войти туда почти невозможно. Кровати больше нет, шкаф с одеждой в очереди на мусорку. Кухня и балкон — самое чистое, что осталось. Гамзат растерянно мечется, не понимая, за что хвататься. Новый ремонт обойдется простому работяге в такую сумму, что она похожа не на смету, а на приговор. По его словам, власти не торопятся помогать с расходами. Гамзата, как он говорит, ждет всего 15 тысяч, но и то — не ясно когда. «Мебель, видите, она потрескалась, даже на реставрацию смысла нет отдавать. Всё, в принципе, распухло. Даже ящик не открывается, — осматривая квартиру, где прожил 12 лет, говорит Гамзат. — МЧС не приезжали. У нас здесь в Дагестане, чтобы в МЧС устроиться, миллион просят, а потом говорят, людей не хватает». Встреча с журналистами, как приговаривал сам Гамзат, хоть немного разбавила уныние. Поделиться болью — шанс выдохнуть. «Главное, чтобы никто не умер» Удар пришелся и по бизнесу. Обычный магазинчик на углу, куда соседи заглядывали за хлебом и молоком, в один день превратился из точки стабильного дохода в источник миллионных потерь. То, чем могли бы торговать еще месяцами, пришлось тащить на свалку. «Потопы для нас не новость, мы уже привыкли, — признаются продавцы. — Но, чтобы вода из канала поднялась так высоко и дошла до нас — такое впервые. Там еще есть товары, которые мы не посчитали, которые более-менее как-то можно протереть, посчитать, посмотреть, в учет ввести». Никто не сидел и не причитал над испорченным товаром. Люди просто взяли тряпки, ведра и начали приводить магазин в порядок. Мы пришли как раз в разгар работ. Одна сотрудница между делом обслуживает покупателей, другая раскладывает новые партии продуктов по холодильникам, третья до блеска оттирает от грязи в тазу бутылки с напитками. Посреди торгового зала выстроились в ряд четыре морозильника с мороженым — теперь уже пустые. Всё, что хранилось внутри, пришлось выкинуть. Только это обошлось магазину почти в 200 тысяч рублей убытка. Общие же потери, по самым скромным подсчетам, перевалили за миллион. Но отдыхать некогда, ведь впереди новая волна — синоптики предупреждают, что она настигнет Дагестан 11 апреля. Хозяин магазина уже закупил мешки с песком, дабы огородить вход и общую стену с соседом от паводков. «Ни один чиновник, ни один спасатель не зашел и не узнал, живы ли мы» Если один маленький магазинчик потерял больше миллиона, то крупный торговый центр в Редукторном даже не может посчитать свой ущерб. Фасад еще держится, а вот внутри в подвале гниют сотни миллионов рублей. «Тысяча квадратов, четыре метра потолки — всё затоплено. Представляете, там хорошая была посуда. Дешевая не пострадала, конечно, она на другом складе была, а самая дорогая … — горько пожимает плечами сотрудница. — Нулей в калькуляторе не хватит посчитать убыток». Всё, что вы видите — это подвал с дорогой итальянской брендовой посудой, которая теперь стала мусором. Гигантские полки, забитые до отказа коробками. Всё это должно было выставляться на продажу, как минимум, весь следующий сезон. «Это была самая большая вода. В 2012 году в октябре вода пришла через лифт. Уровень достиг 1 метра 72 сантиметров. А сейчас вы видите 3 метра 40 сантиметров вода поднялась, — рассказывает Казбек. — Ни один чиновник, ни один спасатель не пришел даже, чтобы узнать, живы мы или нет». По прикидкам хозяев, восстанавливать магазин будут еще около двух месяцев. Сейчас уже идет полномасштабная работа. Женщины намывают выставочный фарфор, стекло, а мужчины выгребают тачками мусор. Каждый работник стоит хозяину магазина 2,5 тысячи рублей в день, а их тут трудятся порядка 50 человек. «Этого можно было избежать. Вопрос максимум 3–4 млн рублей, если бы администрация города потратилась и сделала под трассой мостик. И всё, в Редукторном поселке ни капли воды не было бы. Я предлагал, писал обращения. Неужели нельзя было там мост сделать?» — говорит разъяренный предприниматель. Большинство в Махачкале всё же уверены, что происходящее — лишь временные трудности. «Мы не из такого выкарабкались. В 1970 году такое землетрясение было. Тогда выстояли, построили заново город и сейчас выстоим. Что бы ни случилось, наш народ — един», — рассказала одна из жительниц Махачкалы Зухра. От стихии в Дагестане пострадала не только Махачкала — вода сбила целые поселки в горах. Именно туда отправились корреспонденты MSK1.RU, и в следующем материале мы подробно покажем, как теперь живут люди в глубинках республики.