Главный редактор MSK1.RU написала колонку о трагедии в Crocus City Hall

У журналистов во время крупных ЧП и катастроф редко бывает время порефлексировать. Так было и во время теракта в Crocus City Hall. О том, как пережила эту трагедию главный редактор MSK1.RU Оксана Маклакова, — в ее эмоциональной колонке. Такая наша доля (если хотите — миссия) — бежать, снимать, рассказывать. Это тоже про помощь. Когда редакция, по сути, становится точкой сбора всей оперативной информации, таким, знаете, координационным информационным центром. Звонки на рабочий, непрекращающийся поток из сообщений в Telegram и WhatsApp: «Не могу дозвониться до друга, знаю, он собирался на этот концерт», «Помогите найти списки пострадавших» и так далее. Надо успокоить, рассказать всё, что известно к этому часу. Надо объединить. Иногда — просто дать высказаться, поплакать. А параллельно подумать про своих — Ленка, Артем и Сашка (корреспонденты. — Прим. ред.) еще в «Крокусе», а время — два ночи. Кирилл и Ромка (корреспонденты. — Прим. ред.) в больницах. Мишка и Вика (редакторы. — Прим. ред.) на кнопках с учетом предыдущей рабочей пятницы уже почти сутки. Верыч, Никита, Динара и Кэт (корреспонденты) — на новостях. Хорошо, что страна подключилась и помогают примерно все, кто не уснул. Вечер становится ночью. И в какой-то момент ты понимаешь, что не понимаешь, кто у тебя доживет до утра и подхватит это всё дальше. И решительно отправляешь хотя бы кого-то хотя бы три часика поспать. А через три часа всё то же самое. И ты крутишься в этой круговерти, иногда замирая от какой-нибудь Тёмкиной фотки с мягкой игрушкой на парковке, до тех пор пока вдруг на два часа не остаешься без связи. Потому что у тебя самолет, а в нем, как известно, не ловит. И вот тут-то тебя накрывает. И ты начинаешь понимать, что люди, которые погибли и пострадали в «Крокусе», так же как и ты, хотели классного пятничного вечера, ну, знаете, немножко выдохнуть и переключиться. И в отличие от тебя они даже о нем побеспокоились и купили билеты на классную группу «Пикник», на нестареющего шамана (простите, но он занял этот титул сильно раньше) Шклярского. Что эти люди — чьи-то папы и мамы, чьи-то дети, чьи-то любовники, чьи-то друзья. И что они, ну многие, наверняка были лучше тебя и, может быть, даже держали Великий пост по-настоящему, а не так, как ты. И мечтали, и строили планы. И, вероятно, кто-то из них сегодня утром тоже должен был быть в самолете и куда-то лететь. Какие-то дети носятся между рядами, и красотка-стюардесса приносит тебе сырники с чаем. И ты летишь, а он не летит. Потому что он погиб в ужасе, вжавшись в стену, когда его расстреливали. И тут скорбь и мольба о спасении его души сменяются вопросами. Такими земными, знаете, совсем не под стать безгрешной картинке в иллюминаторе. Как вообще так вышло? Почему в самый известный в стране концертный зал, куда продано 7500 билетов, проходят террористы с автоматами? Я на днях была в Пушкинском музее (там тоже, конечно, много людей, но примерно в миллиард раз меньше), меня просвечивали и досматривали как на рентгене и даже немного поругали за воду. А тут «Крокус» и солдаут! Как это вообще возможно? И что там было с навигацией и для чего у нас миллион проверяющих инстанций и завсемподряднадзоров, если, оказавшись в беде, люди в итоге не знают, куда бежать и как спасаться, потому что просто не могут найти эвакуационный выход? И погибают в туалетах, отравившись угарным газом. И совершенно ясно, что сейчас преждевременны эти вопросы. И все мысли и силы сейчас должны быть направлены только на одно — на помощь пострадавшим. И наши люди здесь, как всегда, самые-самые лучшие люди — в Москве буквально чувствуется поддержка всей страны. Москвичи с утра выстраиваются в гигантские очереди у донорских центров, чтобы помочь тем, что нужно сейчас, поделиться кровью. Банки прощают долги пострадавшим в «Крокусе», такси не берет деньги за поездки из Красногорска, рестораторы отдают выручку близким тех, кто сейчас в больнице. И можно думать, что это реклама. А можно — что простая человеческая потребность в соучастии. Потому что так проще пережить горе.