Жительница Новосибирска помогает детям общаться с помощью собак

Юлия Соболева — клинический психолог, канистерапевт, которая помогает людям с помощью своих обученных добрых собак. Она ездит в больницы, проводит занятия с онкобольными, нейроотличными и слабослышащими ребятишками, учит их дрессировать животных, играть с ними и помогает справиться со стрессом и травмами. НГС поговорил с сибирячкой о том, как это устроено и любая ли собака может стать хвостатым доктором. Подробности — в материале Рихарды Лем. Из журналистов в психологи Канистерапия — это развитие социальных и коммуникативных навыков, двигательных функций и моторики, улучшение психоэмоционального состояния при помощи собак. Никакой мистики и эзотерики в такого рода терапии нет. «Я не знаю, откуда это взялось, якобы собаки берут на себя какие-то чужие болезни, чужую энергетику, — говорит Юлия Соболева. — Я не люблю такое, потому что считаю, что они так же работают, как мы, и кайфуют от работы». В канистерапию Юлия пришла не сразу. Долгое время она работала журналистом в газете «Коммерсантъ» в Омске и, будучи владельцем золотистого ретривера по кличке Дора, в какой-то момент пошла волонтерить в качестве помощника канистерапевта. «Это было максимально далеко от бизнесменов, миллиардов и политиков, и мне нравилось. А потом это стало занимать всё больше и больше времени и внимания, и я поняла, что нужно заниматься этим серьезно. Мы зарегистрировали организацию с подругой, я отучилась на психолога, и с тех пор это моя основная работа», — рассказала она. С тех пор прошло 10 лет. Сейчас у нее есть своя НКО «Центр зоотерапии „Дверь в лето“». Юлия постоянно учится новому: изучила когнитивно-поведенческую терапию, теорию привязанности, теперь ей очень нравится терапия принятия и ответственности. С ней в тандеме сейчас работают две собаки: японский шпиц Шира и золотистый ретривер Кава. Порода для канистерапии не главное, но обычно хвостатыми терапевтами работают как раз золотистые ретриверы, а еще хорошо для этой роли подходят бордер-колли. «Собаки здесь как полноправные партнеры. С акитами я не буду работать, у них сильная зооагрессия, и мне с ними некомфортно, — признаётся Юлия. — У нас в Омске было очень много людей с хаски, и хотя считается, что это не самая дрессируемая порода, но у нас там хорошие кинологи. Были у нас и стаффордшир, и питбуль, которые традиционно считаются пугающими, — приходилось родителям объяснять, что они такие кроткие, что их даже шпицы обижают». Конечно, у каждой собаки свой характер. Но важно, чтобы животное было неагрессивным и способным к обучению. Например, собака должна терпеть, если ее неуклюже гладят или дергают, уметь прикидываться дурочкой, если дети неправильно ее просят выполнить команду. «Я много работала с детьми, которые прошли лечение после онкологических заболеваний. У них очень много страхов. У одной девочки он выражался в сильной агрессии, в том числе на родителей. И она через собаку это снимала, и через какое-то время у нее отношения с родителями наладились, — вспоминает канистерапевт. — У нас было одно такое прорывное занятие, когда она просто пришла, легла на собаку и лежала на ней 30 минут. Потом выдохнула, пошла домой. И мама сказала: это был первый вечер, когда они спокойно легли спать, без истерик». Конечно, и хвостатым докторам после работы нужны отдых и эмоциональная разгрузка. Но обычно достаточно погулять, поиграть, поспать — и всё нормализуется. Кто главный? Сейчас Юлия проводит еженедельные бесплатные занятия в организации поддержки семей детей-инвалидов с нарушением слуха «Счастье слышать!» — это стало возможно благодаря средствам Фонда президентских грантов. Директор организации Татьяна Тайлакова рассказала НГС, что попасть на занятия можно, имея документы, подтверждающие статус ОВЗ у ребенка или инвалидность. «К нам просто приходят родители, пишут заявление, что они хотят принять участие в проекте либо просто ходить на какие-то занятия, и мы ставим ребенка в расписание», — пояснила она. И добавила: большая часть занятий всегда бесплатна, но в редких случаях возможно родительское софинансирование — например, если расходы не удается перекрыть за счет денег, привлеченных организацией. На канистерапию ходит порядка 20 ребятишек. Собаки Юлии помогают не только слабослышащим детям, но и юным пациентам с ментальными особенностями. Например, с аутоподобным поведением. Такие дети часто не говорят или взаимодействуют с миром на своих правилах, а животные помогают им адаптироваться. «Часто родители говорили: „Наше первое слово в пять лет было ‚Дора‘ (кличка собаки Юлии. — Прим. ред.)“. Это приятно», — признаётся Юлия. 16-летний Артемий — как раз такой пациент. Он получает через контакт с собаками и Юлией необходимые социальные навыки. «Мы организовываем деятельность так, чтобы Тема учился взаимодействовать с окружающим миром не как с объектом, а как с субъектом», — объясняет канистерапевт. Она дает мальчику собачье лакомство и просит поощрить им одну из собак за выполненную команду. Первый раз он просто бросает вкусняшку в открытую пасть Кавы, и Юлия терпеливо повторяет задачу. «Кто главный, Тема? Кто решает, что будем делать: собака или ты?» — подсказывает она мальчику. Кава уже готовится принять следующую халявную подачку, но Артемий всё-таки говорит ей: «Сидеть!» Собака послушно плюхается, получает награду и дружелюбно смотрит на людей. Мама мальчика Виктория Докшина рассказала, что диагноз «аутизм» поставили, когда ему было три года. «Я работала в маркетинге, в компании, но моя жизнь полностью изменилась. Теперь я педагог для детей с особенностями, — рассказала она. — Мы живем вдвоем, наша жизнь — это бесконечные занятия, бесконечная реабилитация. До этого, когда Тема был маленький, у нас была иппотерапия, потом где-то шесть лет подряд мы ездили на дельфинотерапию в Крым». На канистерапию Виктория привела сына по рекомендации подруги, хотя и сомневалась: полагала, что Артемий побаивается собак. Но выяснилось, что кинофобии у мальчика нет. Получив опыт, он стал спокойнее реагировать на собак на улице, а на днях у него появилось желание заботиться о живом существе. «Он захотел золотую рыбку, теперь в его комнате стоит аквариум. Он хочет заботиться, он хочет наблюдать за ней. Ждем, когда станет тепло, и поедем за золотой рыбкой», — рассказала Виктория. Еще один мальчик, Матвей, демонстрирует, как хорошо его слушают собаки. Он выбирает для занятия шпица Ширу и дает ей несколько команд: «Сидеть», «лежать», «ап». «Он пришел с сильным страхом собак, вплоть до того, что на улице он убегал и прятался. Впервые заходил сюда с ужасом, сложно ему было. И даже если у меня не получится, например, влюбить его в собак, чтобы он прямо обнимал их, то моя цель — чтобы он к ним спокойнее относился, и это (фобия. — Прим. ред.) в жизни не мешало», — рассказывает Юлия. В это время Матвей с немного неуклюжей нежностью прижимает белого шпица к груди.