«Мы не могли ждать биопсию три недели»: почему россиянка экстренно увезла дочь-подростка с саркомой в Израиль

Челябинка Татьяна Барашкова экстренно отвезла 13-летнюю дочку Катю на лечение в Израиль. Этим летом у девочки заболела нога, а когда начали обследовать, выяснилось, что это саркома — рак кости и очаги опухоли уже добрались до легких. Родители заняли деньги и поехали за границу, в клинику, которая первой поставила диагноз и предложила лечение ребенку. Сейчас средства для девочки собирают всем главным управлением МВД области, где работают родители Кати, к сбору подключились сотни неравнодушных южноуральцев. Почему семья приняла решение уехать и как собирается закрывать огромные счета, выставленные клиникой, — в материале наших коллег из 74.RU. «Сказали, у нас нет трех недель» На боли в ноге Катя начала жаловаться в июне. — Я спрашивала: «Косточка болит или мышцы?», она даже сначала объяснить не могла, потом вроде сказала, что косточка, — вспоминает Татьяна. Школьница как раз собиралась в лагерь, поэтому в поликлинике предложили сделать рентген после возвращения, если боль не пройдет. Не прошла. Через две недели обследование показало изменение в кости, педиатр направила девочку к онкологу, в детскую областную больницу. — Нас приняли на следующий день по нулевому талону, — говорит Татьяна. — Сразу сделали УЗИ, на следующий день записали на КТ и МРТ. КТ легких показало три очага в легких. Нам сказали, что, возможно, это не метастазы, но это не точно. После выходных дочь положили в больницу, чтобы взять биопсию. Ждать результат нужно было три недели — 15 рабочих дней. Результаты первых обследований мама девочки сразу отправила в московский центр детской гематологии и онкологии имени Димы Рогачева и в клинику Израиля. — Мне перезвонили из Израиля, сказали, что у нас нет трех недель, потому что очаги в легких — это очень опасно. При саркоме пятилетняя выживаемость составляет 70%, а если в легких что-то есть, она уже снижается до 30, — говорит мама девочки. — Мы не могли ждать биопсию три недели, поэтому решили ехать. Забрали материалы, отправили их в Израиль. Через три дня у нас уже был диагноз. 11 августа мы приехали на первый прием, а 15 числа нам начали курс химии. «Жизнь ребенка сейчас оценивается долларами» Чтобы отвезти дочь на лечение, родители обзвонили всех друзей и насобирали 40 тысяч долларов, это порядка 3,5 миллиона рублей. Сейчас папа Кати пытается продать квартиру, чтобы рассчитаться с долгами. Однако семья уже понимает, что этой суммы на лечение не хватит. — Первоначальный этап — 10 недель, это химия, потом нужна будет операция и опять химия. При благоприятном исходе, если химия хорошо подействует, хирурги удалят пораженный кусочек кости, возьмут косточку с щиколотки и поставят пластину. Я хочу, чтобы операцию нам делали здесь, потому что здесь есть онкоортопед, один из лучших в мире, — говорит Татьяна. По предварительным расчетам, лечение в Израиле обойдется семье в 17 миллионов рублей, такой суммы у родителей нет, даже если продать всё имущество. Татьяна начала обращаться к уполномоченным по правам ребенка и человека, написала в 15 благотворительных фондов, но уже получила несколько отказов. — Первая причина: деньги нельзя перевести за рубеж из-за санкций, а вторая: мы не лечились в России. Если бы мы лечились и Россия бы от нас отказалась, тогда нас могли бы взять, — объясняет мама школьницы. Помочь супругам, которые большую часть жизни отработали в ГУ МВД по Челябинской области, взялись коллеги и знакомые, в ведомстве объявили сбор средств на лечение девочки, а знакомые организовали группу помощи во «ВКонтакте» и помогают распространять информацию о сборе средств в разных сообществах. За несколько дней удалось собрать порядка 700 тысяч, сбор продолжается. — Жизнь ребенка сейчас оценивается долларами, и эта сумма по меркам нашей семьи очень велика, — сокрушается мама девочки. Но, по словам женщины, прогноз врачей оптимистичный, поэтому родители верят, что дочь смогут спасти. В пресс-службе Челябинской областной детской клинической больницы сообщили, что готовы принять Катю на лечение, если семья решит вернуться в Россию. — Протоколы лечения подобных заболеваний едины для всех стран: и в Израиле, и в России применяются одинаковые технологии. При этом выбор места лечения всегда остается за родителями, — прокомментировали в ЧОДКБ. — В нашей больнице знакомы с диагнозом Кати, ее мама также знает о возможности лечения в России. В любой момент мы готовы проводить лечение этой девочке и знаем, как это делать. Причем в России лечат от онкологии бесплатно и исследование можно было сделать быстрее и бесплатно тоже. Вот что говорит руководитель клиники амбулаторной онкологии и гематологии Михаил Ласков: — Биопсия биопсии рознь. Биопсия — это может быть обычное гистологическое исследование, его за три дня можно сделать и в России, и я знаю лаборатории, которые вполне себе справляются с этим, — отметил он. — Но есть иммуногистохимия, это более углубленные исследования, есть генетика и так далее. Мы не знаем, какое именно исследование требовалось в данном случае. Доктор добавил, что разница по времени исследования даже в две недели редко играет существенную роль в прогнозе для пациента. — Иногда бывает, что человек умирает, ему надо срочно начинать лечение и ты не знаешь, что это за опухоль. Но это бывает очень редко. В основном это панические решения людей, которым не объяснили нормально, что их ждет, либо они не услышали, — говорит врач. Напомним, в прошлом году челябинцы буквально за несколько дней собрали 30 миллионов для онкобольных мамы и дочки Кристины и Киры Натуевых.