«Случались частые драки со скинхедами»: какой была Пушкинская в начале нулевых

Летними вечерами, когда удушающая жара слегка отступает, центральные улицы Ростова заполняются гуляющими ростовчанами. Так есть сейчас, так было десятилетия назад. Вместе с нашими читателями вспомнили, какой раньше была Пушкинская, одно из главных прогулочных мест Ростова. А один из читателей вспомнил и другие места.

Сергей

«На углу Университетского и Пушкинской тусил истфак, который учился в главном здании РГУ (сейчас ЮФУ — Прим. ред.), и филологи с журналистами. Было, по-моему, две основные точки. Одна у Зоналки (Зональная библиотека ЮФУ, прежде — особняк Парамонова — Прим. ред.). Вторая — чуть дальше от Публички, в сторону Кировского. Там еще не было ни детской площадки, ни храма. Были беседки такие круглые, одна из них там, где сейчас стоят бюсты вдоль аллеи. Это была любимая беседка истфака — по крайней мере, моего курса — где мы выпивали, человек по 15-20.

А однажды я поучаствовал в акции анархистов. Мой товарищ из истфака им был, они собирались прямо в Публичной библиотеке. У них там была какая-то комната, им разрешали. И в начале 2000-х анархисты устроили митинг, когда США вторглись в Ирак или разбомбили там что-то, точно не помню. И под Публичкой собрались человек десять анархистов. Мимо шел я с подружкой, они нас к себе позвали и мы стояли напротив Публички и орали «Буш, мудак, оставь Ирак!». Из библиотеки шла какая-то бабка, остановилась, увидела знаки анархии, обозвала нас сатанистами и ушла.

Но, по моим воспоминаниям и ощущениям, Пушкинская в то время была достаточно скучная. Сейчас есть всякие активности, музыканты, тогда и близко этого не было. Там шлялись люди, мы вот на лавках сидели компаниями. Просто улица, где пили студены. Драк именно там не помню, все разборки были за «Солнышком», там есть ворота такие, они ещё остались, закуточек за зданием — там все и дрались.

А еще на месте ЖК «Дворянское гнездо» стояла маленькая наливайка «Три толстяка», где студенты спускали стипендию. Чуть дальше к Ворошиловскому на втором этаже было очень классное заведение «Jazz». Еда и пиво не очень вкусные, но зато всегда играл какой-нибудь старый рок — «Doors», «Deep People», «Nirvana».

И вспомню самый первый «MusicStar», легендарный. Он был на Пушкинской, возле Чехова. Там работали все самые модные мальчики и девочки, работать в нем было как бы статусно.

Анна

Мы в двухтысячных недолго тусили на Пушкинской. Возле памятника Пушкину мы с подружкой познакомились с тремя молодыми людьми, они там собирались практически каждый день на лавочке и играли в Dungeons & Dragons (D&D, DnD, «Подземелья и драконы», ролевая игра в жанре фэнтези — Прим. ред.). Общение заключалось в том, что мы заходили в магазин на углу Пушкинской и Газетного, покупали какой-то дешманский сидр в полуторалитровых бутылках и, собственно, пили на этих лавочках. А парни играли в эту игру, придумывали какие-то сюжеты, бросали кубики. В целом было довольно занятно и приятно.

Константин

«На Пушкинской напротив парка Горького был магазин „Молоко“, где продавали алкоголь. Продавали не только там, но именно он был очень популярен. Возле него постоянно были бухие тела. Всё просто реками текло. Потом его закрыли и это всё прекратилось. Поначалу там вообще опасно было, однажды даже убили кого-то.

На Пушкинской и Кировском были сходки неформалов, там случались частые драки со скинхедами. Пушкинскую терпеть не мог, я и до сих пор ее не очень люблю. Хотя сейчас вообще не так уже. Раньше находиться там было опасно для здоровья, вечером особенно.

Гуляли по набережной. Но там тоже — можешь идти-идти, и раз — зацепиться с кем-то. Там же были диско-бары популярные — «Ирина» (это еще цивильное место), «Танаис» и «Ковчег». Вот в «Ковчеге» без драки никогда не обходилось. А еще теплоходы, где все постоянно пьяные, под коктейлями, и никакой охраны. Ну как, какие-то смотрящие за порядком на набережной были, но кто они — непонятно.

Ну и парк Горького, тоже место и посиделок, и бесконечных драк. Я там один раз тоже получил в нулевых. Встречался тогда с девочкой, Лидой звали. Летний вечер, мы сидим на лавочке неподалеку от сцены. Проходит какой-то невменяемый мужичок, то ли пьяный, то ли под наркотой, и что-то сказал в адрес Лиды. Я за нее заступился, а он подходит ко мне и говорит: «Ладно-ладно, брат, успокойся, я ничего против не имею». И вдруг резко обхватывает меня сзади за шею и бьет лбом в нос. И убегает. Я на какую-то долю секунды растерялся, потому что начало заполнять кровью и горло, и нос. Слезы из глаз от боли и неожиданности. Крикнул друзей, гнались всемером за ним — не догнали. Чуть-чуть время упустили. Такой вот случай был, совершенно типичный для парка Горького того времени».

А ниже воспоминания подписчиков нашего телеграм-канала:

«Начало нулевых. Помню вечно неработающий фонтан „Лиры“, барахольщики с книгами, кассетами и пластинками… А ещё были набеги скинхедов на общежитие для иностранцев мединститута. Не было памятников Чехову, Жванецкому, Высоцкому, бюстов Зорге, Жданова, Шолохова, Закруткина, Калинина, скульптуры литейщикам, белки, скрипача… И, кстати, памятника Кирову на Кировском тоже не было, он раньше стоял в Покровском сквере. Ещё не было греческой церкви рядом с Публичкой».

«Раньше Пушкинская, согласно атласам города Ростова-на-Дону, который продавался во всех киосках „Союзпечать“, называлась „Пушкинский бульвар“. Может, кто помнит?»

«По-моему, бомжи спали на каждой лавке 25 лет назад».

«Раньше любили спокойно гулять по Пушкинской, сейчас невозможно».

«Пушкинская стала намного чище, комфортнее и лучше. Гулять приятнее».

«В 90-х вечером фонари не горели вообще, короткими перебежками только по центральной аллее ходили. Студенты речного училища дрались с медиками. Работал бар „Театральный“. Это воспоминания моей молодости. Жили весело и дружно. Сейчас гулять по Пушкарю намного приятнее, но уж очень много людей в вечернее время».

Мы в редакции любим иногда погружаться и погружать читателей в воспоминания о городе. Например, весной публиковали рассказы танцующих моделей в магазине «Ландыш» на Большой Садовой. Это было в 1990-2000-х, но многие ростовчане помнят до сих пор те «живые манекены».