Восемь кругов ада в донском специнтернате: как приют для «ненужных людей» стал местом выживания

С сентября 2024 года редакция 161.RU пишет о многочисленных бедах Красносулинского специнтерната. Сотрудники жалуются на давление со стороны руководства, проживающие обвиняют персонал в насилии и хищении средств — проблемы всплыли в ноябре 2023 года и продолжаются до сих пор. В этом материале мы собрали всю информацию о ситуации, развернувшейся в учреждении.

В мае 2025 года в Красносулинском СДИПИ были размещены 5 вакансий. В последний раз необходимость в таком крупном наборе сотрудников была в ноябре 2022 года — тогда искали аж 7 работников.

Кого ищут на работу в Красносулинском специнтернате? Сейчас открыта вакансия фельдшера с зарплатой от 22,4 тысячи рублей. До этого в списке заархивированных вакансий были медсестра, повар, электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования, юрист, кочегар котельной. Самая любопытная из вакансий, пожалуй, это вакансия «официант (бармен)», размещенная в ноябре 2024 года.

Но, судя по данным областного Минсоцтруда, дела с комплектацией в Красносулинском СДИПИ в полном порядке — численность сотрудников ежегодно только росла. В июле 2022 года в учреждении числилось 49 работников, к январю 2023 года она выросла до 50 человек, на начало 2024 года составила 55 человек, 1 января 2025 года работали 56 человек, а на начало июня 2025-го — 57 человек.

При этом атмосфера внутри учреждения с мая 2024 года складывалась, по всей видимости, довольно непростая. Когда в октябре 2024 года в интернат планировала приезжать проверка, корреспонденту 161.RU удалось связаться с несколькими сотрудниками. Они отмечали: указывать на проблемы в учреждении страшно самим работникам.

— У нас люди какие? Нам страшно жаловаться в открытую, правда. Еще здесь работать. Сейчас я выступлю — и всё, заявление на увольнение на стол, — говорил один из собеседников редакции.

На тот момент в суде уже рассматривалось дело директора Розы Кузнецовой. Ей на смену временно исполняющим обязанности был назначен Александр Сечкарев. Сотрудники интерната, уверенные в невиновности Кузнецовой, посещали судебные заседания, чтобы поддержать руководителя — но, по их словам, за этим следил новый руководитель учреждения: даже говорили, что он ведет «черный список».

— Кто пошел за Кузнецову в суды — они автоматом попадают в черный список, — вспоминала одна из сотрудниц. — Нас просили приезжать на суды, давать характеристику на Кузнецову. Вызвали меня в Следственный комитет. Следователь меня послушала и сказала, что я «так себе свидетель». Ничего плохого о Кузнецовой от меня там не услышали.

Со стороны Сечкарева было давление с момента его появления на посту, отмечала сотрудница. Женщина работала на посту с 2014 года и уволилась в июне 2024-го с появлением Сечкарева.

— Сечкарев пришел еще в прошлом году и начал подминать под себя людей. Когда я подменяла повариху, три дня меня не было на смене. Возвращаюсь, мне говорят: «Пиши объяснительную, тебя оштрафуют». За что? Три килограмма мяса нашли в морозильнике, будто кто-то отложил себе. Я говорю: «Подождите, меня три дня на смене не было!», — вспоминала женщина.

Впрочем, позже эта сотрудница снова смогла попасть на работу в интернат: ее туда направила биржа труда. Долго она там не проработала — насколько известно редакции, она покинула и должность, и регион.

А к маю 2025 года стала поступать информация о нехватке сотрудников даже на кухне, которая обеспечивала питанием учреждение. С питанием, впрочем, своя история.

Как следует из ответа Минсоцтруда на запрос 161.RU, проблем с питанием в учреждении нет. Закупки питания, напротив, даже выросли — в 2022 году заключили 35 договоров на приобретение продовольствия, в 2023 году — 34, а в 2025 году и вовсе 54. Несмотря на хорошие цифры, возникает отдельный вопрос — как за неполный 2025 год умудрились заказать питания почти вдвое больше, чем за отдельно взятый, скажем, 2023 год?

Причем согласно данным сервиса «Контур.Фокус», анализирующего закупки из Единой информационной системы в сфере закупок, картина выглядит совершенно иначе. В 2025 году учреждение не заключило ни одного контракта на поставку продовольствия.

Всего было размещено восемь контрактов. Для трех из них не удалось найти участников, на трех определили победителя (но контракт не был заключен), еще на двух закупках не удалось определить исход.

Как правило, Красносулинский СДИПИ заказывал большой объем продовольствия ежегодно — в последние месяцы года. Так, например, только в декабре 2023 года интернат заключил 31 контракт на поставку продуктов питания в учреждение, столько же было в декабре 2022 года. Но начиная с 2024 года что-то пошло не так: за весь тот год учреждение разместило только семь закупок на поставку продовольствия. В пяти случаях контракт удалось заключить, в трех случаях не было желающих.

— Говорят, жрать нечего, — комментировал 161.RU источник в учреждении. — Санитарки обозначили вопрос: поскольку жрать нечего, а вы уже получили за людей пенсию, отдайте проживающим деньги на руки, мы, санитарки, тогда сходим им печенье купим. Инициаторов разговора послали на три буквы.

На бумаге, впрочем, по версии Минсоцтруда, ситуация совсем иная.

«Продуктовый набор для получателей социальных услуг составлен в соответствии с потребностями в основных пищевых веществах и отвечает требованиям сбалансированного питания, — следует из ответа министерства. — Питание получателей социальных услуг в учреждении четырехразовое (для диабетиков пятиразовое) в неделю. Получателям социальных услуг, не способным принимать пищу самостоятельно, оказывается помощь».

7 мая 2025 года стряслась новая беда — у проживающих в интернате заподозрили чесотку. В редакцию 161.RU прислали фото двух проживающих — на их телах появились крупные красные пятна, от которых пациенты чесались. Ситуация усугублялась тем, что заболевшие были из первого корпуса — «корпуса милосердия», где проживают те, кто практически полностью утратил возможность двигаться. Они в большинстве случаев не могут сами есть, мыться, менять памперсы.

— Особенности сыпи — расчесы и кровянистые корочки, расположенные с характерным интервалом, — симптом «дуплета». Кроме того, наличие сходных клинических симптомов у нескольких человек в учреждении закрытого типа позволяет заподозрить вспышку чесотки, — отметил один из собеседников 161.RU, не имеющий отношения к специнтернату, но обладающий врачебной экспертизой.

О чем свидетельствует вспышка чесотки? Как отмечается в справке по болезни, опубликованной на сайте донского управления Роспотребнадзора, «болезнь встречается повсеместно, особенно часто на территориях, где население проживает в неблагополучных социально-экономических и санитарно-гигиенических условиях».

После публикации 161.RU в учреждение выехали сотрудники Роспотребнадзора. Они проверили, действительно ли у проживающих именно чесотка.

«При осмотре 8 мая среди проживающих получателей социальных услуг в корпусе № 1 выявлено 7 человек с симптомами чесотки», — следовало из официального ответа Роспотребнадзора.

Но, как пишет Минсоцтруда, по итогу чесоточного клеща в лабораториях не нашли.

«По результатам осмотра было выявлено 7 человек с высыпанием на кожных покровах, у которых был взят соскоб для лабораторной диагностики чесоточного клеща», — добавили в Роспотребнадзоре.

Как выглядит «не-чесотка», которую нашли в специнтернате — можете посмотреть ниже.

Кто только (и когда только) не посещал Красносулинский специнтернат с проверками с июня 2024 года. Но о выявленных нарушениях или их отсутствии ни разу не сообщалось. Никем.

В октябре 2024 года, после того, как редакция начала освещать ситуации в учреждении, стало известно о предстоящей проверке — сообщалось, что «таких масштабов не было около двух лет». Ожидался приезд прокуратуры, Роспотребнадзора и даже областного министра труда и соцразвития Ирины Шуваловой.

Однако о результатах проверки стало известно только в ноябре 2024 года — по словам источника 161.RU, знакомого с ситуацией, проверка так и не доехала до интерната. Врио руководителя интерната Александр Сечкарев и представитель министерства встретились в Красном Сулине.

Затем делом заинтересовались общественники — в апреле 2025 года стало известно о возможном приезде представительницы центрального штаба Народного фронта Анны (Нюты) Федермессер. Это известный специалист в сфере паллиативной помощи: в 2006 году она основала благотворительный фонд помощи хосписам «Вера», позже была руководителем центра паллиативной помощи департамента здравоохранения Москвы. Федермессер занимается просветительской работой в сфере паллиативной помощи (это помощь, которая оказывается больным, когда активное лечение оказывается неэффективным).

Казалось бы, вне зависимости от исхода проверки, общественница прокомментировала бы свою поездку. Но Федермессер почему-то никак не высказалась после своего визита.

Коллеги Федермессер сначала заявили, что комментарий согласуют позже. На вечер 16 апреля ответа не последовало. Он пришел только 22 апреля.

«Анна Константиновна комментарий на эту тему не даст, всё по итогам посещения учреждений в Ростовской области напишет в своих социальных сетях», — сообщил помощник Федермессер.

Два месяца спустя Федермессер так и не опубликовала результаты проверки.

При всех вышеупомянутых проблемах, есть две, которые тревожат специнтернат еще с ноября 2023 года, когда директор интерната Роза Кузнецова вышла из декрета. Оказавшись на месте работы, она получила от главного бухгалтера записку о большой задолженности, которая сформировалась у жильцов интерната перед учреждением. По закону, 75% от пенсий и выплат жителей интерната забирает учреждение — на их содержание. Но как-то так вышло, что постояльцы задолжали интернату около 300 тысяч. Кузнецова начала разбираться, почему это случилось.

В то же время к Кузнецовой начали поступать жалобы от проживающих по поводу хищения пенсий со стороны других сотрудников учреждения.

— Недавно мне стало известно, что у меня есть банковская карта. При поступлении в интернат банковскую карту с моими документами передали психологу. Когда она уволилась, мою карту она мне не отдала. 15.03.2024 мне стало известно от сотрудников, что мне на карту в 2022 году пришла выплата в размере 30 тысяч рублей. Этих денег на карте нет. Кроме того, владеть и пользоваться моей банковской картой разрешения я не давала. Прошу обязать психолога вернуть мне банковскую карту, — писала проживающая Мария.

— Я полученную пенсию отдаю сестре-хозяйке на ведение, отчета передо мной не ведется. Расписывалась в тетради, не зная, за что, всё время. Берет деньги за памперсы, которые выдаются учреждением бесплатно. Прошу разобраться в сложившейся ситуации и обязать сестру-хозяйку отчитаться, — писала другая проживающая, Ольга.

Жалобы были неоднократными, причем поступали не только со стороны проживающих на сотрудниц Людмилу Рубанову и Наталью Куликову, но и на Александра Сечкарева — пока Кузнецова была в декрете, он также исполнял обязанности руководителя.

— Такого беспредела, как при и. о. директора Сечкареве, я еще не видела по отношению к инвалидам. Сечкарев постоянно сотрудникам говорит, что он бывший полицейский, что у него есть везде знакомства и связи в прокуратуре, полиции, в администрации, что он не боится никаких проверок, и говорит, что он всегда выкрутится. Уважаемая прокуратура, прошу вас провести проверку — разберитесь с этим беспределом и привлеките виновных к ответственности, — писала одна из сотрудниц.

Установить точную сумму хищений, которые, судя по жалобам, проворачивались в учреждении — невозможно, правоохранительные органы не сообщали ни о проверках, ни об их результатах. Однако сотрудники интерната отмечали в разговоре с корреспондентом, что на территории учреждения якобы шла нелегальная торговля алкоголем для инвалидов и бывших алко- и наркозависимых.

Роза Кузнецова обращалась в правоохранительные органы с требованием проверить сотрудников, которых она подозревала в хищениях. Причем приводила серьезные доказательства: была опубликована аудиозапись разговора Кузнецовой с сотрудниками, которых она подозревала в хищениях. Из этой записи следует, что деньги передавались неуказанному в разговоре третьему лицу, мужчине — сторона Кузнецовой утверждала, что под ним якобы подразумевался Сечкарев.

Помимо краж, жаловались и на насилие со стороны сотрудников по отношению к проживающим. 20 ноября 2023 года одна из проживающих вышла на прогулку, ее перехватила по пути сестра-хозяйка, Людмила Рубанова. Сестра-хозяйка якобы схватила ее за волосы и влепила пощечину — причиной стала одна из жалоб, с которой она обращалась к Кузнецовой по поводу Рубановой.

Подобное было не только в прошлом году. Как стало известно редакции, в марте 2025 года произошел конфликт между двумя проживающими и врио Александром Сечкаревым. Двое проживающих обратились к руководителю с просьбой вернуть им деньги: они утверждали, что деньги у них якобы забрали Наталья Куликова и Людмила Рубанова.

Как рассказал источник 161.RU, Сечкарев якобы ударил Денисенко, а Алексаньян вступился за товарища и ударил Сечкарева. В итоге и Денисенко, и Алексаньян оказались в изоляторе, сам же Сечкарев ушел на больничный.

Обоих возмутителей порядка сначала отправили в изолятор, а в преддверии проверки 16 апреля (когда приезжала Федермессер) их перенаправили в Горненский психоневрологический интернат — вероятно, чтобы избежать шума.

Питание, оснащение, хищения, насилие — всё это не может не сказываться на выживаемости посетителей учреждения. И это находит свое отображение в статистике.

В 2023 году скорая вывезла из специнтерната четырех человек. Всего же в том году из интерната госпитализировали 12 человек. А в 2024 году число выездов скорой кратно увеличилось — вывезли уже 17 человек. В общем число госпитализаций в 2024 году выросло до 19 человек.

Эта тенденция соотносится с данными Минсоцтруда о смертности в учреждении — согласно данным ведомства, которое курирует специнтернат, всего в 2023 году скончались 13 проживающих, средний возраст — 73 года. А в следующем году число погибших увеличилось — за год умерли 19 человек. Средний возраст погибших снизился до 70 лет.

Наиболее задокументированная история гибели в специнтернате — это история 86-летней Валентины Кузнецовой. Ее положили в учреждение в марте 2024 года, реабилитироваться после перелома шейки бедра. Не прошло и года в учреждении, как она попала в больницу с запущенными пролежнями. Незадолго до гибели Валентины ее навещал сын — он застал ее лежащей с тарелкой на груди. Он пошел ругаться с персоналом.

— «Вы чё делаете?! Вы чё творите?! Так нельзя!» — вспоминает свои слова Кузнецов. — А они мне говорят, не хочет она садиться. Как не хочет? Уговаривайте! Посадите! Вы же должны ее сажать, крутить… Ругался с ними. А они: «ну что мы сделаем?» Я же не буду их бить. Ругался на них, бывало. Говорил: «что вы, звери, делаете? Вас так на койку положить, чашку борща вам на грудь, вы как есть будете?» И поперхнуться ведь может.

Потом Валентину госпитализировали. Ее сын вспоминал разговор со знакомым доктором в ЦРБ — тот отмечал известность интерната в местной ЦРБ. Он утверждал, что только за одну неделю в больницу поступило четыре человека, которым пришлось делать ампутацию — «ноги резали чуть ли не каждый день», — пересказывает слова врача сын Валентины.

Следствие открыло проверку из-за гибели Валентины. Но позже стало известно, что уголовное дело закрыто.

О бедах Красносулинского специнтерната стало известно из-за уголовного дела в отношении директора учреждения Розы Кузнецовой. Дело было так: в ноябре 2023 года Кузнецова вышла из декрета и начала получать жалобы на Сечкарева и других своих коллег: Людмилу Рубанову и Наталью Куликову.

Кузнецова была удивлена: Людмила Рубанова была крестной матерью ее детей, с Куликовой тоже были теплые отношения. Как выяснила Кузнецова, свои дела в интернате проворачивали и другие ее коллеги-знакомые — Юлия Гринько (дочь Людмилы Рубановой) и Анастасия Черенкова (племянница Рубановой).

— Роза как-то приехала домой и рассказала, что во время обхода к ней обратился пожилой постоялец, который плохо видит. Он сказал, что полгода банковскую карточку не может забрать, на которую приходит пенсия. Ну Роза обещает разобраться, вызывает Рубанову, просит ее решить ситуацию. Она ее выслушивает и молча уходит. Роза подумала, что Рубанова ушла разбираться, — рассказывал в интервью муж Розы, Денис.

Но Рубанова не вернула карточку, рассказывали 161.RU. Денис советовал Розе обратиться в органы, но его супруга пыталась урегулировать дело мирно, без полиции. В итоге Розе всё же пришлось обратиться в полицию — если бы дело затянулось, то уже она могла бы оказаться фигурантом статьи по сокрытию преступлений.

Куликова, Рубанова и Сечкарева ушли из учреждения.

— Роза возила этого мужчину (у которого украли карточку. — Прим. ред.) в полицию на допрос. Следовательница возбудила дело. Она должна была потом приехать в специнтернат еще раз, после разговора, и признать мужчину потерпевшим по пропаже банковской карты. Но, как оказалось, она уволилась сразу после возбуждения дела, — рассказывает Денис. — Да, вот так скоропостижно.

После неожиданного увольнения следователя в интернат никто не приехал. Постояльца с потерянной банковской картой никто потерпевшим по делу не признал. По словам Дениса, он лично видел постановление о возбуждении дела в отношении Рубановой. Но, насколько ему известно, дело закрыли «по соглашению сторон».

А позже Рубанова и Куликова написали заявление в полицию на Розу Кузнецову — они обвиняли ее в вымогательстве. Розу задержали в мае 2024 года.

Сечкарев, Куликова и Рубанова восстановились в учреждении через суд.

Сторона Кузнецовой обращала внимание на практику Верховного суда: согласно ей, суды должны проверять основания и наличия причин для оговора со стороны сотрудников в отношении своего начальства. Красносулинский суд проигнорировал эти доводы.

Въедливый читатель спросит: почему в Красносулинском специнтернате восемь кругов ада, а не девять, как по Данте Алигьери? Потому что имеющаяся тенденция показывает, что мы еще не всё знаем.