«На работу зовут, но кому я оставлю Яну?»: о чем мечтает отец, который в одиночку воспитывает дочку с ДЦП

Владиславу Чурашову 44 года, он из Самары, и у него есть мечта — выйти на работу. Пока он не может сделать этого из-за дочки Яны. Девочке скоро пять, у нее ДЦП, и папа полностью взял на себя заботу о ней. Они три года живут вдвоем, на соцпособия. 63.RU писал о папе с дочкой год назад. И вот недавно журналисты увиделись с Владиславом и Яной, чтобы узнать, как у них дела, изменилась ли жизнь. «Бесплатная реабилитация не приносит пользы» Яна родилась в полной семье. У ее папы и мамы это был второй брак — у обоих есть старшие дети. Но девочка стала для пары солнышком. Малышку обожали. Всё шло своим чередом: папа работал в частном извозе, а мама, находясь в декретном отпуске, занималась дочкой и ее реабилитацией. О том, что у малышки ДЦП, пара, по словам Владислава, узнала не сразу — окончательный диагноз врачи поставили уже после того, как Яне исполнился годик. А вскоре, летом 2021 года, мама девочки заболела. Вот что рассказывал Владислав о том времени: — Жена задыхалась, поднимаясь по лестнице. Мы обследовали всё — и сердце, и желудок... А оказалось — воспаление легких. Большое поражение обнаружили врачи на второй скорой, которую мы вызывали. За некоторое время до этого медики первой скорой также проверяли сатурацию и никаких отклонений не нашли, поэтому мы и не думали, что у Кати воспаление легких. Так вот жену забрали на скорой, привезли в больницу, положили в распределитель, мазок на ковид у нее тогда был отрицательным. Туда же, по рассказам жены, вскоре положили женщину с сильным кашлем. Видимо, от нее Катя и заразилась коронавирусом, потому что ее мазки, взятые через несколько дней, уже были положительными. Совсем плохо она чувствовала себя лишь в последние дни. 12 августа жену перевели в реанимацию, а уже через несколько часов мне позвонили и сказали, что ее больше нет. После смерти жены постоянных помощников у Владислава не нашлось, поэтому он принял решение уйти с работы и полностью посвятить себя дочке. Год назад наш герой рассказывал о том, что они живут в основном на пособия — около 30 000 рублей в месяц. С тех пор ситуация, как и сумма, существенно не изменилась. Папа рационально расходует деньги. И на еду, и на одежду ему и дочке хватает. А вот на платную реабилитацию — не всегда. — После вашей публикации год назад мне помогли люди буквально со всей страны (текст выходил по всей сети Городских порталов. — Прим. ред.). В общей сложности перевели около 90 000 рублей. Очень благодарен всем! На часть средств купили специализированный велосипед, еще часть оставил на черный день. Стараюсь не тратить, — отмечает Владислав. — Однако часто денег не хватает на реабилитацию. Она есть и бесплатная, от государства, но, мне кажется, делают ее не на должном уровне. Эти 15–20 минут занятий — так себе. Возможно, так происходит из-за низких зарплат в этой сфере. Но реабилитация за деньги мне кажется более эффективной. Там детям уделяют больше внимания. Реабилитационные занятия не дешевые. Один курс на срок от 14 до 21 дня стоит от 180 до 250 тысяч рублей. Их ребенку с ДЦП, по словам Владислава, надо четыре-шесть в год. — Отложить такие суммы не удается, в долг тоже 200 тысяч мало кто даст. Обращаюсь в благотворительные фонды. Бывает, что отказывают. По разным причинам. Вот за последний год сказали «нет» примерно в двадцати. Откажут в одном, обращаюсь в другой. На мой взгляд, реабилитация действительно помогает. За год Яна стала увереннее ставить ногу, лучше говорить, — рассказывает отец-одиночка. «Няню по деньгам я просто не потяну» Малышка делает успехи, и отец решился отдать ее в детский сад. Правда, всего на день. — При одном из храмов есть детский сад, вот Яна ходит туда по четвергам, с 9 до 16. В группе по 2–4 человека, все детишки с особенностями. Дочке в садике очень нравится, в том числе общаться с детьми. Общения ей, конечно, не хватает, так как в основном мы с ней вдвоем. Мои родственники живут далеко, мы мало общаемся, а родственники жены из Самары, но с нами не поддерживают связь, — рассказывает Владислав. Отец-одиночка признается, что хотел бы, чтобы Яна общалась с родными, особенно с сестрой (старшей дочерью мамы. — Прим. ред.). Но главное для него — реабилитация и восстановление малышки. Как отмечает Владислав, в этом вопросе важно не упустить время и не переставать заниматься ежедневно: — Врачи говорят, что занятия нельзя проводить от случая к случаю и только на курсах реабилитации, нужно заниматься каждый день, и дома в том числе. Стараемся. Правда, бывает, что заниматься дочке совсем не хочется. Начинает проявлять характер. Как и год назад, Яне надо, чтобы папа всегда был в поле ее зрения: — Ни в ванну, ни в туалет не отпускает. Если уйдешь, постоянно зовет. Вот и приходится разговаривать с ней и из ванной, и из туалета. Малышка растет, у нее появляется всё больше женских предметов. По словам Владислава, сумки остались еще от мамы, а остальные женские «штучки», например заколки, бантики, он выбирает сам. Папа-одиночка посетовал, что никак не может освоить сложные прически — рыжие кудряшки поддаются не сразу. А вот одежду маленькая модница выбирает уже сама. — Смотрю по погоде, предлагаю несколько вариантов, а она сама выбирает то, что больше нравится, — рассказывает папа Яны. Мечты у Владислава скромные: хочет, чтобы дочка начала уверенно ходить, стала более самостоятельной и он мог бы отдать ее в детский сад и пойти работать. — На работу зовут, могу выйти хоть завтра. Но как, где и кому я оставлю Яну? Няню просто не потяну по деньгам. Если нанимать, то все деньги, отложенные на реабилитацию, уйдут на няню, — сетует он. Мы встречались с Владиславом и Яной в сквере «Родина». Времени было совсем немного — папа с дочкой спешили в детскую поликлинику. Да и вообще, дни у этой маленькой, но очень крепкой и любящей семьи расписаны буквально по минутам. При этом на жизнь Владислав не жалуется — он всё такой же серьезный, собранный и сдержанный. И лишь только, общаясь с дочкой, становится нежным.