Юлия Сулес, актриса сериала «Восьмидесятые»: «Я и так крупная, а меня еще и специально мешковатыми бесформенными вещами зрительно увеличивали»

Премьера сериала «Восьмидесятые» состоялась на телеканале СТС 30 января прошлого года. В день старта сериала СТС занял первое место в слоте 20:00–21:00 по России. Последующие серии также стабильно удерживали высокий рейтинг. И второй сезон «Восьмидесятых», который стартовал 21 января, обещает стать не менее успешным. В сериале «Восьмидесятые» актриса Юлия Сулес сыграла роль тети Тамары Смирновой. Жена дяди Коли Смирнова работает на хлебобулочном комбинате. По своей сути она очень активная и пробивная женщина, которая привыкла любой ценой добиваться своего. Из-за твердости характера она является главой семейства, мужу не позволяет ступить и шагу без поучений и одергиваний. Все время старается кого-нибудь поучать жизни, но зачастую учит жить Людмилу. Все родственники Тамары Смирновой питаются продуктами, которые она исхитрилась вынести со своего комбината. Когда уже в тысячный раз слышит анекдоты своего мужа дяди Коли, все равно оглушительно смеется, стараясь показать, как ей смешно и какой юморной у нее муж. – Юлия, кого вы играете в сериале «Восьмидесятые»? – Я играю Тамару, жену Коли. Тамара – простая добродушная женщина с не очень хорошим чувством вкуса и весьма своеобразным чувством юмора. (Улыбается.) Когда мы снимали «пилот», весь день у нас были сцены за столом. «Что мне делать, у меня же нет текста?» – спросила у нашего режиссера Федора Стукова, просмотрев сценарий. «А ты смейся! Причем смейся безудержно!» – ответил он. Снимали около 12 часов, это было какое-то безумие, но я, подчиняясь режиссеру, мужественно хохотала до последнего. (Улыбается.) Тамара такой человек, который будет смеяться над самой несмешной шуткой, у нее свое понимание юмора. Она невероятно жизнерадостная особа. – Режиссер четко угадал характер вашего персонажа… – Да, о Феде хочется сказать отдельно. У него есть редкий дар, он очень тонкий, глубокий, тактичный и чуткий человек. Работает подробно, спокойно и со знанием дела. С ним невероятно комфортно. – А как складывался внешний образ Тамары? – Было очень смешно, когда художник по костюмам просила у меня прощения за то, что сделала Тамару женщиной-сугробом. (Улыбается.) Я и так крупная, а меня еще и специально мешковатыми бесформенными вещами зрительно увеличивали. Видимо, продюсерам хотелось, чтобы Тамара получилась большой, капитальной, ведь ее муж Коля – начальник поезда, он имеет доступ к дефицитному товару, и Тамара, конечно, этим пользуется. И потом, в те времена не было такого повального увлечения диетами. Женщины, которых сейчас сочли бы очень полными, тогда казались всем нормальными и очень привлекательными. Это тоже примета времени. – На какой период вашей жизни пришлись восьмидесятые годы? – Они пришлись на мои школьные годы – я закончила школу в 89-м году. Прекрасно помню то время и дефицит всего на свете. Даже имея деньги, ты не мог ничего купить, потому что в магазинах ничего попросту не было. Как-то раз в нашем поселке повесили объявление «Сладкая ярмарка». При входе в магазин мне чуть не сломали ребра, зажав между железными дверьми, такое началось столпотворение. Причем продавали-то какие-то самые обычные мармеладки, но даже они были на вес золота. В другой раз, помню, мы с мамой стояли в огромной очереди за сапогами-«дутиками». Когда очередь дошла до меня, остались сапоги только 41-го размера, то есть на пять размеров больше, чем нужно. Но все равно мы купили их, потому что это считалось писком моды. – Насколько я знаю, вы москвичка. Разве в Москве было так плохо? – Я родилась в Москве, но до семнадцати лет жила с родителями с подмосковном городе Чехове. Мой папа – москвич, но после войны он попал в детский дом, вырос там, потом поступил в институт, а закончив его, по распределению попал в город Чехов, где и встретил маму. Они у меня оба инженеры, всю жизнь работали на заводе. Папа – чернобылец, он ушел туда добровольцем. – Ваши родители живут в Москве? – В Подмосковье: у них там дом, хозяйство, куры, картошечка. Мама специально для папы завела коз, чтобы поить его козьим молоком – оно очень полезное. На этом молоке нас всех моментально «разносит»: стоит моей дочке пожить там месяц, как сразу же набегает килограммов пять. – Ваше детство прошло тоже не в столице. Каково было жить в подмосковном Чехове в восьмидесятые годы тотального дефицита? – Это сейчас Чехов имеет довольно развитую инфраструктуру, а тогда складывалось такое впечатление, что он расположен где-то на краю света. (Улыбается.) Москва представлялась пределом мечтаний, казалось, что настоящая жизнь – там. Но жили-то мы при всем при этом неплохо... Я с грустью и печалью вспоминаю, как душевно мы общались с соседями. Даже разговоры у подъезда, как ни странно, и те были другими, – мы обсуждали книги, фильмы... А сейчас люди на полном серьезе рассуждают, где какая распродажа. – Вместе с восьмидесятыми кончились и ваши школьные годы. Вы уже тогда грезили актерской профессией? – Намного раньше! В восьмом классе я уже все для себя решила и тратила на дорогу по шесть часов в день, чтобы заниматься в московской театральной студии. – Родители одобряли ваш выбор? – Что мама, что папа до сих пор к актерской профессии относятся несерьезно. (Улыбается.) Они считают, что это пустое времяпрепровождение. Конечно, им приятно, что сейчас меня по телевизору показывают, но это так, краем глаза. Родителей можно понять: они пережили войну, голод и нищету, привыкли тяжелым трудом зарабатывать на хлеб… Неудивительно, что многие творческие профессии кажутся им несерьезными. – Как же в такой «нетворческой» семье выросла артистка? – Артисткой я хотела стать всегда, сколько себя помню. Еще в детском садике напутствовала подругу: «Если увидишь объявление в газете о том, что нужны артистки, скажи мне, мы возьмем моего папу, соберем вещи и поедем в Москву». Так что можно сказать, на сегодняшний день моя «американская мечта» сбылась (Улыбается.) – Как вы попали в театральную студию? – Конкретно сам момент я помню плохо: кажется, увидела где-то объявление о наборе людей в народный театр на Войковской. – После школы и полученного опыта в студии вы отправились поступать в театральный вуз? – Если бы! Я так панически боялась поступления, что у меня кровь носом шла от одной только мысли об этом. Поэтому я устроилась в Театр киноактера… уборщицей. (Улыбается.) Там на тот момент служили Рыбников, Моргунов, Вицин... Удивительные были люди – без комплексов и звездности. Через какое-то время меня повысили до гастрольного кассира. Правда, я постоянно теряла пакет с деньгами, который искали всем театром. (Улыбается.) К счастью, всегда находили. Потом я стала старшим администратором, а через некоторое время перешла на ту же должность в театр Виктюка. Но там, по иронии судьбы, меня снова понизили до уборщицы. (Улыбается.) После всех этих перипетий, когда мне уже исполнилось 22 года, я решилась поступать… – Не слишком ли поздно для актерского вуза? Как правило, там не любят брать студентов старше 18-19 лет... – Да, это так. Поэтому в государственные вузы меня уже не брали. Я многим педагогам нравилась, но мне так и говорили: «Вы уже слишком взрослая». К счастью, на тот момент начали открываться частные театральные школы и мне повезло попасть в очень хорошую. Мы отучились четыре года, выпустили несколько спектаклей. Потом мне год довелось работать в детском кукольном театре «Волшебная лампа». Правда, уже через год я ушла оттуда со скандалом… – Что вас не устраивало? – Я человек независимый: готова себя отдавать, но в разумных пределах. Театр же предлагал ужасные условия. Моей зарплаты хватало на булочку и жетон на метро, при этом от нас требовали работы без выходных. Как-то раз я не пришла (ни спектакль не сорвала, ни репетицию, просто надо было съездить помочь родителям). И за этот проступок меня уволили по статье! – Где вы искали себя после этого? – Год сидела без работы, а потом подруга рассказала мне, что в русский духовный театр «Глас» требуются актеры. – Когда в вашей жизни началось кино? – Кино началось, еще когда я работала в Театре киноактера. У меня на Мосфильме лежала «корочка», и я ходила сниматься в массовке. А первый мой «немассовочный» фильм случился на первом курсе театральной школы. – Сейчас, когда времена дефицита остались позади, чем вы любите баловать дочь и мужа? – Обожаю их одевать. (Улыбается.) Себе подобрать одежду сложнее – не всегда можно найти большой размер. Иногда мне хочется что-то поменять, сбросить вес. Но, с другой стороны, такой опыт у меня уже был: три года назад я похудела на 25 килограммов… – И что же? – И меня отказались снимать сразу в нескольких проектах. (Улыбается.) Кино – это фактура, полнота отличает меня от других. Для жизни, конечно, это не здорово, но как только я снова набрала вес, меня опять начали приглашать в кино. Так что теперь я сто раз подумаю, прежде чем так кардинально меняться. И потом, в новом сезоне «Восьмидесятых» Тамара окажется в положении, так что какие мне теперь диеты? (Улыбается.) Время выхода сериала «Восьмидесятые»: 21:00 с 21 января, понедельник–четверг. Реклама ЗАО «Южный Регион Холдинг», лицензия №16292 от 11.05.2010 г.