«Сварка в тренде»: история студента, который увлекся обработкой металлов и стал инженером года

Если вы до сих пор думаете, что «сварка» — это про тяжелый физический труд и грязный китель, то сейчас вы точно удивитесь. В наши дни эта работа — на стыке науки, творчества и сотрудничества с крупнейшими предприятиями. Современные сварщики решают неординарные задачи, получают ученые степени и получают солидные зарплаты. И при этом могут даже ни разу не прикоснуться к сварочному аппарату! Как такое возможно? Об этом рассказал молодой ученый из Тольятти Александр Бочкарев. От студента до преподавателя кафедры Когда-то, на 2-м курсе университета, Александр Бочкарев честно мечтал бросить вуз, лишь бы не быть сварщиком. Но его вовремя отговорили, о чем молодой человек ни минуты не жалеет, с упоением рассказывая и про вуз, и про выбранную специальность. — Сам я родом из Тольятти, и, когда поступал в университет, планировал дальнейшую карьеру на АвтоВАЗе. У Тольяттинского государственного университета хорошие контакты с заводом, можно сразу проходить практику и писать диплом о том месте, где планируешь работать. Иногда мы выезжали на завод для практики по некоторым дисциплинам — например, по конструированию оснастки и сборочных приспособлений для сварки деталей. Если рассматривать кафедру сварки ТГУ, то здесь есть контакты со многими промышленными организациями в Самарской области и за ее пределами. Это большой плюс для учебного процесса и практической подготовки студентов, — считает Александр. С тех пор прошло уже более 10 лет: за это время молодой человек не просто окончил университет, но и остался работать в альма-матер, став старшим преподавателем кафедры «сварка, обработка материалов давлением и родственные процессы» Тольяттинского государственного университета (ТГУ). У него в арсенале 60 опубликованных научных работ, победа в конкурсе «Инженер года», множество планов и амбиций по улучшению этого мира. Среди них — готовить новых талантливых специалистов, которых на рынке пока не хватает. Сварщики входят в пятерку самых востребованных соискателей в России. Ежегодный анализ вакансий говорит еще и о том, что мастера сварного дела регулярно входят в перечень наиболее дефицитных. — Труд сварщиков сейчас нужен везде, от строительства и машиностроения до авиации и космонавтики. Они всегда найдут работу, причем хорошо оплачиваемую. Например, очень нужны сейчас сварщики в области строительства трубопроводов. Работодатель готов предложить молодым специалистам зарплаты до 300 000 рублей. Также сварка неуклонно развивается в сторону лазерных технологий и 3D-моделирования, а значит, профессия еще очень долго будет оставаться на пике, — рассказал заведующий кафедрой «сварка, обработка материалов давлением и родственные процессы» Валерий Ельцов. Александр признается: о том, что сварщики сейчас хорошо зарабатывают, он знал, что называется, на берегу. Но в профессию его затянул сам увлекательный процесс. — Мне действительно понравилось учиться, и по мере знакомства с новыми дисциплинами преподаватель кафедры предложил мне заниматься наукой. Моим научным руководителем стал Ковтунов Александр Иванович, профессор кафедры «сварка, обработка материалов давлением и родственные процессы». Под его руководством в дальнейшем я защитил кандидатскую диссертацию и очень ему благодарен за все те знания, которые он в меня вложил. Уже после первой опубликованной статьи наука меня захлестнула, — рассказывает Александр. От баллончика дезодоранта до оборудования «Сибура» — У тебя в копилке уже 60 научных исследований. Что тебе это дает? — Во-первых, я начинаю смотреть на какие-то проблемы не со стороны обывателя, а со стороны исследователя. Когда ты смотришь на какое-то явление, и тебе интересно не просто само явление, а то, как это работает и как его улучшить. Во-вторых, научная деятельность оказалась весьма прибыльной. Я получал повышенную стипендию, гранты, меня поддерживали материально, хотя я просто занимался тем, что мне нравилось. И, конечно, важно было осознавать, что занимаюсь полезным делом, что мои труды остаются не просто на бумаге, а внедряются в производственные процессы. — Расскажи на примерах: какую пользу своей работой ты уже принес? — За всё это время мы получали много заказов от стратегических предприятий нашего города. Они иногда подкидывают весьма интересные кейсы, к которым нужно подходить нестандартно. И, как показывает опыт, сварка встречается везде и окружает нас повсюду. Например, посчастливилось выполнить заказ для цементного завода «Волгоцеммаш», где мы работали с трудносвариваемыми сталями. Это был интересный опыт, мы провели большую работу, и наше исследование потом внедрили в производство. Еще один пример — это предприятие «Сибур». Для них мы разработали специальную технологию газотермического напыления. От закупленного на завод оборудования в какой-то момент начало отслаиваться защитное покрытие, и мы с командой провели исследования, чтобы повысить прочность сцепления. Опять же, реальное внедрение наших знаний в процессы. В этот момент охватывает настоящее чувство гордости за то, что ты приносишь пользу, но еще и плюсом тебе платят неплохие деньги. Также недавно ездили на предприятие по производству дезодорантов и баллончиков, где я в который раз убедился, что наша профессия «бессмертна и вездесуща». К нам обратились с проблемой высокого процента брака: порядка 40−50% деталей. Мы поехали выяснять причины и то, как эту ситуацию можно решить. Порой приходится применять в работе нестандартные подходы, искать новые пути решения, и, признаюсь, это очень увлекает. «Куда ни глянь, сварка — она везде». — Как попал на всероссийский конкурс «Инженер года»? — Я давно хотел поучаствовать в этом конкурсе, еще со студенческой скамьи, но всё не хватало времени. В этом году наконец такая возможность появилась, и сразу победа в номинации «Сварка» среди молодых специалистов со всей страны не старше 30 лет. На конкурсе рассматривались работы и проекты, которые ты внедрил в своей области. — Ты уже сказал, что сварка окружает нас повсюду. Можешь привести пример? И как тебе все эти знания помогают в обыденной жизни? — Если взять любую легковую машину, то в ней примерно 5−10 тысяч сварных точек, и это только то, что касается металла. Будь то кастрюли, термокружки, пандусы, любая электроника, ювелирные украшения, столы, стулья — везде есть сварка. И студентам у себя на занятиях я пытаюсь это донести, чтобы они понимали, что могут работать в любой отрасли, абсолютно везде. Я сам умею варить всеми способами дуговой сварки. Все эти умения спокойно применяю в обычной жизни: на моей даче уже давно всё сварено. Тот же мангал, который в магазине стоит 5-10 тысяч, я сделал за полчаса. — Нравится ли тебе учить студентов в вузе, видишь ли отдачу от них? — Всегда есть люди, которым учиться интересно: у них появляются вопросы, горят глаза, в такие моменты ты думаешь, что всё делаешь не зря. Больше всего студенты боятся показаться глупыми. Я стараюсь общаться с ними так, чтобы они не стеснялись переспрашивать. Мне хочется, чтобы они прошли такой же насыщенный путь, как и я. Сейчас нашел несколько ребят, которые готовы заниматься наукой, буду их направлять. Надеюсь, когда-нибудь кто-то из них скажет мне спасибо. — Какие у студентов есть перспективы в сварке? Кем они могут работать? — С дипломом инженера по сварке можно устроиться инженером-технологом по сварке, инженером-конструктором. Можно уйти в область 3D-моделирования, стать дефектоскопистом и производить контроль. Условно: можно стать инженером, но заниматься организационной деятельностью: заявками, аттестациями, проверками свойств. Вариантов много. Сейчас у нас в стране кадровый голод на таких специалистов. При этом методы работы совершенствуются. Например, сварщику уже необязательно варить вручную, это может делать робот. А человек будет им управлять за пультом. Идет автоматизация процессов, но люди по-прежнему нужны. — Какой научной работой ты сейчас занимаешься? — Сейчас продолжаю исследовать интерметаллидные сплавы. Это сплавы металла с металлом с различным содержанием. Они достаточно прочные, пластичные, жаростойкие, но есть одно но. При комнатной температуре они хрупкие. И наша задача повысить их прочность. Это большая работа. — Какой ты бы хотел внести вклад на базе своих исследований в итоге? — Амбиции самые крупные. Хочется изобретать новые сплавы, новые подходы, новые методы. Но что самое сложное в работе ученого — это не выгорать. Потому что одно исследование может занять годы, а результатов не будет. Это самое сложное. Но в настоящий момент я не представляю себя без науки. Следующая моя цель — получить медаль Российской академии наук для молодых ученых. А чтобы ее получить, нужно работать, работать и работать. Поэтому останавливаться не планирую.