Производители объяснили взрывной рост цен на молочку

Недавно наши красноярские коллеги NGS24.RU провели эксперимент: сфотографировали ценники в торговых сетях с интервалом в два месяца. Молочные продукты заметно подорожали: молоко в бутылках и сметана — рублей на 10, а масло — на 30–40 рублей за 180-граммовую пачку. О резком подорожании молочки почти всю осень говорят эксперты и пишут СМИ, в том числе Городские порталы. Журналист NGS24.RU поговорила с производителями молока, чтобы узнать, почему цены на их продукцию рванули вверх и чего ждать в будущем. «Это крик души» — У нас цена не увеличивалась с октября 2023 года, то есть год мы держали одну и ту же цену, по которой поставляли молоко ретейлерам. А себестоимость сырого молока за это время очень выросла. Также возросли затраты на переработку молока на нашем молзаводе. Это и заработная плата, и электроэнергия, — рассказывает главный экономист одного из крупнейших агрокомплексов Красноярского края АО «Искра» Сергей Алексеевич Агламзянов. По словам Сергея Агламзянова, подорожание идет цепочкой — одно звено цепляется за другое. — У нас замкнутый цикл, мы корма готовим свои. Вот минеральные удобрения в этом году подорожали, следовательно, стоимость зерна увеличилась, следовательно, корм стал дороже, соответственно, и молоко также, — объясняет Агламзянов. — А это минеральные удобрения российского производства? — Да, но, знаете, в этом году с ними очень тяжело было. Благо, что мы крупное предприятие, поэтому к нам доходили удобрения. А были случаи, когда к мелким предприятиям они вовремя не пришли. То есть в мае не пришли, а пришли в августе. Когда они уже абсолютно не нужны. А без минеральных удобрений невозможно собрать необходимый объем зерна, — уверен главный экономист «Искры». Глава фермерского хозяйства Наталья Зубарева на вопрос о ценах на молоко ответила лаконично. — Удобрения подорожали от 30 до 150%, трактор «Беларус» — на 58%. Всё растет в цене: сервис, техника, ГСМ, семена. С первого января зарплату все [агропредприятия] поднимут. В прошлом году молзаводы принимали сырое молоко по цене ниже себестоимости, никто вопросы не задавал. Это крик души. Такое ощущение, что корма сами растут, а молоко из воздуха, — поделилась с NGS24.RU Наталья Зубарева, глава фермерского хозяйства. «Мы не можем на покупателей переложить, они бедные» Еще более жестко высказался глава АО «Солгон», а заодно депутат краевого Законодательного собрания Борис Владимирович Мельниченко. — Молоко не подорожало, а только вернулось к своей реальной цене. Полтора года назад ценник был такой же, как сейчас, а прошлым летом в крае возник большой профицит молока. И цена сырого молока упала с 40 до 24 рублей. Мы, производители, были вынуждены распродавать сырое молоко по такой цене везде и всюду, по другим регионам, лишь бы оно не пропало. Мы просто рухнули в доходах, практически на 40%, — говорит депутат-аграрий. А в этом году появляется дефицит сырого молока. Вот скажите, как это получилось, что год назад — профицит, а сейчас — дефицит? А я вам скажу: у нас в крае много лет идет снижение поголовья коров и, соответственно, снижение валового надоя. Ресурсов больше нет, теперь мы будем падать. Чтобы вы понимали, лет 20 назад за тонну дизтоплива мы отдавали 2,5 тонны зерна. Сегодня отдаем 8 тонн зерна за тонну топлива. В три-четыре раза больше. Скажите, где деньги-то брать? По молоку: в 2005 году топливо стоило 10 рублей, а молоко — 8,5 рубля. Почти литр в литр. В 2015 году молоко стоило 22 рубля, а топливо — уже 31 рубль, то есть в полтора раза больше. Сегодня литр сырого молоко стоит 36 рублей, а топливо — 72. Экономика всегда зависит от стоимости энергетики. Топливо дорожает — мы проигрываем, мы рушимся, мы банкротимся. Чтобы это всё было рентабельно, молоко должно стоить 70 рублей, сырое. Но как только цена поднимается, тут же приходит антимонопольная служба и начинает разбираться. При этом все молчали, когда у нас в разы подорожали средства производства. Доллар в 14-м году стоил 30 рублей, сейчас — 100. А у нас много импортного оборудования, да и отечественные производители подтянули свои цены к уровню иностранных. В итоге вся техника подорожала в 2−3 раза. Так что в этом году молоко лишь восстанавливает свои позиции, иначе его просто не будет. Но даже нынешняя подросшая цена не может покрыть все затраты. Поэтому по краю уже планируется вырезание части скота. Содержать просто не на что. С зерном тоже проблема — всё, что убрано в сентябре, — это навоз, это не зерно, понимаете? Шли дожди, урожай испортился. Агропромышленному комплексу (АПК) необходима господдержка! А поддержка от края всегда была ничтожной — 7 миллиардов рублей на весь край, на все-все хозяйства и агрокомплексы. На будущий год эту поддержку еще на 270 миллионов урезали. По рыночным законам АПК не может работать, потому что тогда продукты будут стоить слишком дорого, люди просто не смогут их купить, у них денег нет. Смотрите, чтобы люди покупали продукцию аграриев по рыночным ценам, надо для начала, чтобы у народа минимальная зарплата была 70–80 тысяч рублей. Экономисты в мире уже подсчитали: минимальная зарплата в норме должна быть эквивалентна стоимости 1000 литров бензина. А у нас на МРОТ можно купить 300 литров бензина. Была бы у людей нормальная зарплата — нам, аграриям, не нужна была бы никакая господдержка. Люди и так всё покупали бы по рыночным ценам. Мы, производители, свои затраты переложили бы на народ. А так мы не можем на покупателей переложить, они бедные. Поэтому мы и просим компенсации из бюджета. Бюджет же для того и существует, чтобы собрать налоги и перераспределить на коммерчески невыгодные услуги и товары, особенно в сельских территориях. Поймите, производить продукты питания в деревне — это не выгодно. Вот [бывший депутат Роман] Гольдман пошел бизнесом на селе заниматься. И что в итоге? Гольдман обанкротился. Наши местные власти совершают стратегическую ошибку, не оказывая достаточной поддержки АПК. Вот недавно появился новый национальный проект «Техническое обеспечение продовольственной безопасности», то есть президент озадачился этой проблемой, а в крае на эту тему тишина. В этом нацпроекте говорится про развитие селекции и генетики, про обучение кадров, про увеличение объема продукции до 2030 года. А ничего этого не будет, потому что в краевом бюджете не заложены траты на реализацию этого проекта. Я этих строчек в бюджете не вижу. У нас в крае вообще не принято исполнять национальные проекты. Был нацпроект «Производительность труда», его зарубили. Наоборот, у нас убивали производительность труда в крае. В стране за 20 лет была куча национальных проектов. Вот появились первые нацпроекты, в регионах их не выполнили — и все задачи перешли в госпрограммы. Госпрограммы не выполнили — появились майские указы. После майских указов придумали гранты: на производство, на социалку. Гранты не справляются — опять идут майские указы. А власть на местах привыкла, что с нее не спрашивают, и не выполняет, — подытоживает Борис Мельниченко. Дорогие кредиты Молзаводы, которые не держат своих коров, а покупают сырье и делают из него готовую продукцию, тоже говорят о своих трудностях. — Нам примерно с августа начали поступать письма от поставщиков пленки, пластика, упаковки всей, алюминиевой крышки и так далее. Все подняли цены, поэтому и мы поднимаем цену. Это не только у нас в крае так, это повышение постепенно шло по всей стране, с европейской части, — говорит Николай Николаевич Кочубин, директор ООО «Агромилк». Предприниматель объясняет, что ко всему прочему на молоко есть сезонный спрос. — Когда летний период заканчивается, кормов становится меньше, коров загоняют [с пастбищ в помещения], молока физически становится меньше, а люди начинают пить его больше. Это всегда так: летом молока много, а потребление молочной продукции на 30% уменьшается. Осенью спрос опять вырастает. В этом году еще по маслу какая-то такая просадка идет. Не только у нас, по всем регионам, потому что нам звонят из Татарстана и отовсюду, спрашивают: «У вас масло есть или нет?», — рассказывает Николай Кочубин. Специалист поведал нам еще об одном факторе, который влияет на отрасль: из-за климатических условий приходится конкурировать с более теплыми регионами. — Например, в Алтайском крае потеплее, им уже проще, поэтому их «Алтайская буренка» заходит на наш рынок и «бодается» с нами. Плюс у них очень развито изготовление сыров, а это долгоиграющий продукт. У нас же из-за холодного климата молоко не слишком подходит для сыра, — делится Николай Кочубин. ООО «Филимоновский молочноконсервный комбинат» выпускает молочку под брендом «Филимоново». Глава компании Галина Петровна Клепец рассказывает, что ее поставщики не поднимали цены на сырье с января по август — терпели до последнего. — А дальше терпеть уже стало невозможно, надо же поднимать людям зарплату, поэтому с августа поставщики нам повышали цену сырья в 3–4 раза. Минимум на 30% сырое молоко подорожало, — делится Галина Клепец. — Как думаете, в ближайшее время можно ждать еще повышений? — Наверное, да. Потому что коммерческие кредиты на сегодняшний день — это порядка 26% минимум, и еще повезет, если дадут. Дефицит средств вызывает невозможность работать. Скорее всего, будут вырезать поголовье — не на что кормить. Для того чтобы накосить сено, нужно закупить топливо, нужно ремонтировать и покупать новую технику. Для этого необходимо кредитование, — ставит точку Галина Клепец.