Аграрии обрабатывают поля химикатами: пчеловоды Ростова страдают от гибели пчел

В Ростовской области и в других регионах России не утихает «химическая война» между пасечниками и аграриями. Пчеловоды подсчитывают убытки от массовой гибели насекомых, а агрономы разводят руками: без обработки полей вредители съедят весь урожай. Корреспондент 161.RU поговорил с экспертами химических компаний, чтобы выяснить, можно ли остановить эту гибель и кто на самом деле «травит» регион. Пасечники винят во всём «агрессивную химию», аграрии — самих пчеловодов, которые не следят за графиком обработок. «Агроном слабенький бывает» Специалист по агрохимическому сервису компании «ЕвроХим», кандидат сельскохозяйственных наук Андрей Мищенко уверен: корень зла не в самих препаратах, а в компетенциях тех, кто их применяет. — Сказать вам, кто виноват? Виноваты все, кто неправильно применяет препараты и кто неправильно рекомендует применение препаратов, — рассуждает эксперт. — Есть справочник пестицидов, там букварь на 700 листов, он выпускается каждый год. По большому счету это очень большая таблица, там вы увидите класс опасностей препаратов, насколько он опасен для пчел. «Еврохим» — крупная химическая компания, которая реализует проекты в России, Казахстане. Один из ведущих производителей минеральных удобрений в стране. По словам Мищенко, часто роковую роль играет человеческий фактор, ошибаться могут и производители химии, и сами агрономы, но сделать с этим ничего нельзя. — У производителя тоже такие же сотрудники, как и везде. И кто-то ошибается, кто-то нет, потому что просто не знает, что правильно. Может быть, еще и степень компетенции слабенький у консультанта или на предприятии агроном слабенький бывает, — отметил Мищенко. «Где ДДТ и где пингвины?» Эксперт напоминает, что химия коварна и долговечна. В качестве примера он приводит историю знаменитого дуста. — Раньше в Советском Союзе был такой препарат, назывался ДДТ. Его еще называли дустом. Старый как мир этот препарат, но его запретили. Сейчас этот препарат находят в мясе пингвинов. Где ДДТ и где пингвины? — удивленно спрашивает химик. ДДТ (дихлордифенилтрихлорэтан), известный как дуст, — это мощный синтетический инсектицид. В СССР массовое производство началось в 1946 году. Он стал главным средством для борьбы с малярией, клещами и сельскохозяйственными вредителями.Из-за высокой токсичности, способности накапливаться в организме и заражения окружающей среды, в 1970 году ДДТ был исключен из списка разрешенных к применению инсектицидов на территории СССР. «Иван Иванович, я работаю тем-то…» Пчеловоды часто жалуются, что аграрии используют самые быстрые и «термоядерные» препараты, чтобы сэкономить. Технический эксперт по овощным культурам компании Syngenta Сергей Кумов считает, что дело не в жадности, а в колоссальной нагрузке на агрономов. — Я не думаю, что это недобросовестно. Я думаю, что агроном, в силу того что у него большая площадь, у него многосторонние задачи, он просто может не успевать, — говорит Кумов. Syngenta AG — международная компания, занимающаяся сельскохозяйственными технологиями. Она специализируется на средствах защиты растений и семенах для фермеров. Филиалы и представительства открыты более чем в 30 городах РоссииSyngenta входит в состав Syngenta Group, штаб-квартира расположена в Швейцарии. По его мнению, решение только в диалоге: только собравшись вместе и наладив процессы, можно получить хороший результат, который не будет вредить окружающей среде. — Прежде чем идти с обработкой, наверное, он [фермер] должен сообщить пчеловоду, с чем именно он идет. Нужно взаимодействие. Если он [препарат] не дружит [с пчелами], я думаю, что фермер должен связаться с пчеловодом и сказать там условно: «Иван Иванович, я работаю тем-то, тем-то, пожалуйста, не допускай вылета пчел». Другого решения нет и не будет, — объясняет эксперт. Но почему бы просто не запретить опасную химию? Ответ Сергей Кумова прост и прагматичен: мы хотим есть. — Легче всего запретить, нельзя, и всё. Хорошо, скажите, а как можно? В конце концов вы же тоже пойдете в магазин и будете покупать картофель. Картофель — это продовольственная безопасность. Это, есть такая поговорка, второй хлеб. Представляете, если сейчас начнется дефицит картофеля? Это ужасно, — отмечает Сергей Кумов. Что говорит наука? Пока эксперты спорят о человеческом факторе, ученые-апиологи напоминают: пчелиная семья — это единый организм. Если пчела-кормилица принесет в улей каплю яда, погибнуть может даже матка, которая никогда не вылетает на поле. Исследования показывают, что пчелы «набирают» в себя коктейль из десятков видов пестицидов. Самое страшное, что даже «безопасные» фунгициды (средства от болезней растений) при накоплении в воске убивают пчелиных маток. Раньше пасечники меняли матку раз в два года, теперь в США и Европе это делают дважды за сезон, но пчелы всё равно гибнут. В качестве причины массовой гибели пчелиных семей большинство исследователей рассматривают именно применение пестицидов. Выход один — договариваться. Как говорят аграрии, «в поле колотимся все вместе» и, если исчезнут пчелы, некому будет опылять тот самый картофель, за который так переживают агрономы. Ранее 161.RU писал, что онкология у пчел выросла до 80% за последние несколько лет, по словам пчеловодов, основная причина таких болезней — использование фермерами системных препаратов. Системные препараты (неоникотиноиды) являются химикатами долгого действия: они проникают внутрь тканей растений. В итоге химия попадает в нектарный сок, что в конечном итоге влияет на гибель пчел, качество меда и на самого человека.