
Частиковые рыбы в Азовском море «драматически угасают»
В Азовском море необходимо сократить перечень орудий, разрешенных для берегового промысла частиковых (судак, чехонь, карась, лещ, сазан и другие) видов рыб. И ни в коем случае не повторять «эксперименты» с сетями, которые в 90-е годы в водоеме проводила Украина. Об этом говорится в монографии «Рыбохозяйственный потенциал Азовского моря», изданной учеными ростовского АзНИИРХ.
Как указывают ученые, «драматическое угасание» промыслового значения частиковых видов рыб в Азовском море — это сейчас наиболее важный «слом стереотипов» для берегового промысла.
«Запрет промышленного рыболовства судака и исчезновение из уловов полупроходной чехони являются лишь первыми предвестниками появления новых белых пятен в промысловой статистике этой группы рыб. На грани закрытия промысла находится промысловый запас тарани — прежде лидера промысла наряду с судаком», — говорят в АзНИИРХ.
Из-за сокращения в Азовском море опресненных зон такие частиковые, как сом, красноперка, густера, окунь, жерех, линь, щука, подуст, язь, ерш, верховка и уклея стали лишь случайными объектами прилова. В уловах намного меньше стала доля толстолобиков и белого амура.
Всё этого говорит о том, что для берегового рыболовства нужно вводить новые ограничения на использование орудий лова. Базовым универсальным орудием ученые предлагают сделать в Азовском море ставные невода с ячейкой 30–40 миллиметров. В низовьях рек Дон, Кубани и Протоки, а также азовских лиманах Краснодарского края — закидные невода с ячейкой 32–40 миллиметров.
Одновременно предлагается пересмотреть перечень частиковых видов рыб, которые можно ловить такими неводами. А точнее сократить до 2–3 основных объектов. Например, до карася, леща и сазана. Но при этом разрешить этими же неводами ловить пиленгаса и камбалу, а также, возможно, сельдь и кефаль.
«Эта мера может стать наиболее биологически безопасным управленческим решением», — считают ученые.
Отдельное внимание в АзНИИРХ предлагают уделить мелкоячейным (так называемым хамсово-тюлечным) ставным неводам. Их установка возле берега приводит к неизбежному прилову молоди более ценных видов — сельди, тарани, рыбца, леща, судака.
Раньше прилов молоди рыб в эти невода строго контролировался рыбинспекцией. При превышении нормы прилова (более 1% от улова тюльки) их уничтожали или снимали. В Таганрогском заливе, где в основном и концентрируется молодь осетровых и частиковых видов рыб, ставные неводы разрешалось выставлять только глубже 5 метров.
«Постепенно все эти ограничения в ходе российско-украинских договоренностей были отменены, а возможный экологический вред применения мелкоячейных ставных неводов для сохранения молоди частиковых рыб и сельди и промыслового запаса их популяций перестал приниматься во внимание», — говорят в АзНИИРХ.
Поэтому сейчас, когда Азовское море стало для России внутренним, необходимо существенно сократить район применения «хамсово-тюлечных» неводов. Тем более что тюльки в водоеме становится всё меньше, и, согласно прогнозу ученых, ее промысловые запасы продолжат сокращаться.
Главными промысловыми видами рыбы в Азовском море в новых экологических условиях становятся пиленгас и камбала-калкан.
«В отношении этих видов особенно актуальным является предотвращение применения истощительных сиюминутных практик», — говорят в АзНИИРХ.
Примером практик ученые называют истребление сетями промыслового стада судака вдоль украинского побережья Азовского моря, а также украинский «эксперимент» по применению жаберных сетей для вылова пиленгаса на его нерестовых миграционных путях. Происходило это в период с 1994 по 2006 год.
«Российские эксперты предпринимали попытки предотвратить применение этих истощающих сырьевую базу практик. Совершенно очевидно, что они не должны быть в том или ином виде реанимированы. Прежде всего это касается любого решения о применении какого-либо сетного промысла в Азовском море», — говорят в АзНИИРХ.
Как писал 161.RU, ученые также выступили за «безотлагательное» введение полного запрета на любой траловый промысел.




