Всплыли новые подробности дела хозяйки приюта под Ростовом, где погибли животные

Экспертиза пришла к выводу, что владелица печально известного приюта «Забытые сердца» Татьяна Макарова может страдать шизоаффективным расстройством личности смешанного типа. О наличии экспертизы стало известно владелице приюта «КОТЭдж» и волонтеру Алене Кравцовой. В приюте Макаровой погибли сотни животных, и в тот период у нее мог быть депрессивно-бредовый синдром. Редакция 161.RU узнала у Алены Кравцовой и ее адвоката Романа Логвинчука, как повлияет экспертиза на дальнейшее рассмотрение дела в суде. В декабре 2025 года в приюте «Забытые сердца» Татьяны Макаровой обнаружили около пятисот мертвых животных. Оставшихся в живых кошек и собак забрали другие зооволонтеры. Активисты приехали в приют лично проверить, что с животными, так как Макарова вела себя подозрительно и никого не хотела к себе пускать. Против нее завели уголовное дело, ее судят по двум статьям: о мошенничестве и о жестоком обращении с животными. Заседания идут в закрытом режиме, так как будет решаться вопрос о принудительной мере медицинского характера. Иными словами — о психиатрическом лечении. Слишком логичные поступки для нездорового человека В постановлении о возбуждении уголовного дела в отношении Макаровой помимо нее значились и другие люди — иные лица, которые могли быть соучастниками преступления. Но в суд попал только материал в отношении одной лишь Татьяны Макаровой. Но, как полагает адвокат Роман Логвинчук, если бы Макарова не понимала, что она делает что-то опасное, то она бы после возбуждения дела не пыталась скрыть следы преступления. — Насколько мне известно, по этому поводу никто не допрошен. Когда эксперты делали выводы в отношении Макаровой, у них объективно не было сведений о том, что она пыталась уничтожить следы преступления. Если на секунду согласиться с гипотезой, что она не понимала, что делает, не понимала общественно опасный характер своих действий, не могла за них отвечать, тогда в эту конструкцию вообще не вписываются ее действия по уничтожению следов преступления, — объясняет корреспонденту 161.RU Логвинчук. В таком случае, отмечает адвокат, складывается ощущение, что допроса по поводу сокрытия либо не было вообще, либо следователь не передал эти материалы дела эксперту. Еще адвокат опасается, что из-за медицинской базы дело слушается без исследования всего объема доказательств. Сам порядок судопроизводства страхует Макарову от бед. «Группа» исчезла По словам адвоката, владелица приюта принимала деньги не на свою карту, а на карту другого человека или людей. Их, вероятно, при возбуждении дела и указали как «иных лиц». — В суд попал материал только в отношении Макаровой на принудительные меры медицинского характера. Если это останется в таком виде, то те иные участники, личности которых не установлены, по сути и останутся не привлеченными к уголовной ответственности и избегут наказания, — дополняет Логвинчук. У адвоката есть две версии произошедшего: либо иных лиц никто не установил, либо, если их установили, в их отношении не принято процессуальное решение. Единственный законный способ изменить ситуацию, уверен он, вернуть дело к прокурору. А тот, в свою очередь, передаст его обратно в следствие для пересмотра на более тяжкую статью. — Если обратить внимание на те материалы, которые сегодня попали в суд, — из 245-й статьи, то есть из жестокого обращения, «группа» исчезла, а из 159-й (мошенничество) как будто бы не исчезла. Только у нас больше никаких лиц там нет. Хотя, в принципе, как минимум тот человек, который предоставил данные карты, — в отношении него должно было быть принято решение, — утверждает Роман Логвинчук. По закону должны решить, что либо держатель карты — соучастник мошенничества, либо в отношении него должны завести дело по дроперской статье. Это передача банковской карты другому человеку. Свидетели и потерпевшие По словам Алены Кравцовой, она писала заявление, чтобы ее также признали потерпевшей в этом деле, ведь она отправляла в «Забытые сердца» корм для животных. — Я писала заявление, но не признана потерпевшей. У нас есть трое потерпевших. Сейчас мой адвокат пытается добиться, чтобы я получила процессуальный статус свидетеля и могла свидетельствовать в суде, — рассказывает корреспонденту 161.RU Кравцова. По словам Романа Логвинчука, по Алене Кравцовой не нашли доказательную базу. Хотя могли бы оценить нескольких тонн корма, который Алена отправляла Макаровой. Троих потерпевших, отмечает Логвинчук, попросили написать заявление, что они не желают знакомиться с материалами дела, якобы «чтобы избежать всяческих процессуальных издержек». Все потерпевшие — это благотворители, которые жертвовали деньги приюту. Хотя официально их всего трое, на самом деле жертвователей было куда больше. — У этого вопроса есть два ответа. Чуть более «темный»: условно органам предварительного следствия вообще не было никакого интереса устанавливать иных потерпевших либо рассматривать иные заявления, у них было достаточно того, что есть. Учитывая общественный резонанс, они уже отчитались. Вариант более «светлый»: просто там такое количество потерпевших, что они физически не смогли установить всех и выбрали только тех, кто там ближе всего и занял самую активную позицию, — отмечает Логвинчук. Сложность статьи 245 «О жестоком обращении животных» в том, что там нет потерпевших. Как объясняет адвокат, главная ошибка — пытаться быть одновременно потерпевшим, например, по краже животного и заявителем. Допустим, украли собаку на мясо и человек пытается быть и потерпевшим, раз украли его имущество, и заявителем по жестокому обращению с животными. Но для 245-й нужна цель причинить боль и страдания, а при краже цель — обогатиться. Это разные составы и их нельзя смешивать, объясняет адвокат юридические нюансы. Мы продолжаем следить за делом Татьяны Макаровой. Основные новости по теме — в этом сюжете.