Захват заложников в ростовском СИЗО: как сбежали арестованные и чего они хотели — что известно год спустя

Ровно год назад заключенные взяли в заложники двух сотрудников СИЗО-1 в центре Ростова. Собрали всё, что известно о захвате на сегодня.

Чаты в Telegram стали разрываться около девяти утра: федеральные СМИ сообщали о захвате заложников в ростовском СИЗО-1 на Кировском проспекте. По тревоге подняли личный состав МВД и Росгвардии, силы стягивались в центр, распределяясь и огораживая территорию у СИЗО автозаками и коммунальной техникой.

В первых же сообщениях каналов было известно, что в заложниках — двое сотрудников изолятора. Почти сразу появилась официальная информация от регионального ГУФСИН: да, несколько обвиняемых взяли в заложники двух сотрудников СИЗО, идут переговоры. Число захватчиков официально не сообщили, да и в целом по этой теме больше сообщений от ГУФСИН не было.

Арестанты взяли в заложники младшего инспектора дежурной службы 23-летнего Виктора Кончакова и 39-летнего начальника оперативного управления ГУФСИН Александра Богму. Наш источник в силовых структурах рассказал, что Александру Богме о ЧП сообщил дежурный и он «прибыл на место происшествия, но не стал действовать по инструкции во время захвата в заложники одного из сотрудников». По информации собеседника, Богма не сразу вызвал спецслужбы.

— Люди настроены серьезно. Слушайте их, — сказал на камеру Богма, уже будучи в заложниках.

Изначально были известны только эти имена захватчиков:

• Тамерлан Гиреев;

• Азамат Цицкиев;

• Шамиль Акиев;

• Даниил Камнев;

• Магомед Сайпудинов;

• Малик Гандалоев.

Все они внесены в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга.

В январе 2025 года донское управление ФСБ официально сообщило о результатах расследования. Оказалось, что причастных к захвату было больше. Ведомство назвало еще четыре имени: Рамазан Албеков, Магомед Алханов, Магомед Магомедов, Адам Кодзоев. Они тоже включены в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга.

Преступники примыкали к ячейке запрещенной в России международной террористической организации ИГИЛ.

Захватчики жили в разных камерах, но держали меж собой связь. Они срезали оконную решетку камеры, через нее попали к сотрудникам изолятора. Вооружились ножами, заточками, резиновыми дубинками и пожарными топорами. Также они имели при себе флаги и повязки с запрещенной в России символикой. Откуда это всё у них, расскажем позже.

Дальше беглецы поочередно наткнулись на пятерых сотрудников ГУФСИН: Виктора Кончакова, Александра Богму, а также зама дежурного помощника начальника СИЗО, начальника оперотдела СИЗО и инструктора-взрывника 2-го штурмового отделения.

Захват организовал и руководил им Тамерлан Гиреев, рассказали в ФСБ.

После побега из камер преступники спустились по канату через окно во внутренний двор СИЗО. Камнев, Алханов и Албеков должны были прорваться в оружейную и добыть гранаты и оружие. Гиреев, Акиев и Сайпудинов брали заложников — Богму и Кончакова. Магомедов, Цицкиев и Гандалоев собирались освободить других заключенных, обвиняемых по террористическим статьям. Затем планировали слить топливо из служебных машин и изготовить зажигательные устройства.

Террористы хотели получить транспорт и «зеленый коридор», по которому они бы сбежали в Ингушетию, где присоединились бы к местным боевикам. В республике они планировали теракты и диверсии.

Забегая вперед, отметим, что побег из камеры удался благодаря тому, что в изоляторе спокойно можно было купить и ножи, и заточки, и много чего еще. Были бы деньги.

Наш корреспондент прибыл к СИЗО со стороны Красноармейской, но из-за оцепления пришлось обходить через Журавлева, завернув потом на Горького.

Подслушанный на углу Кировского и Красноармейской диалог между силовиками и женщиной с ребенком. Та хотела свернуть именно там, но, разумеется, никто ее не пропустил:

— Никому нельзя проходить.

— Но я с ребенком.

— С ребенком — тем более нельзя!

— А что случилось?

— Потом в новостях почитаете.

На Горького припарковалась неприметная машина, из которой выбежала группа, по всей видимости, росгвардейцев. Встали в тени деревьев, стали надевать экипировку.

В итоге наш журналист с коллегами встали на углу Кировского и Горького, около «Пятерочки». Подтягивались любопытствующие горожане. Очень скоро по городу начали глушить мобильный интернет.

Не читавшие с утра новости ростовчане пытались пройти по привычному маршруту, натыкались на оцепление и разворачивались.

— Ну и смысл было брать заложников, вас всё равно всех перестреляют, — бросила в никуда прохожая и спокойно удалилась.

Так и вышло. Примерно в 11:33 их всех перестреляли при штурме. Транспорт из-за оцепления не ходил, было довольно тихо, так что стрельбу и крики было слышно неплохо. При штурме ранили трех силовиков и одного из заложников, но обошлось без серьезных травм.

— Во время штурма сначала ликвидировали двоих захватчиков, минутами позже — еще двоих. Это было сделано в целях защиты жизни сотрудников СИЗО, которым угрожала опасность. Задача стояла перед снайперами, которые наблюдали за движениями преступников. Двое террористов, бросившихся врассыпную, были тяжело ранены, — рассказал наш источник. — Один из раненых вскоре скончался от потери крови.

Вскоре окажется, что один из захватчиков всё-таки выжил, хоть и получил пулю в голову.

— А знаете, что это? Это ха-лат-ность! Вы в одном месте собрали таких придурков — и что вы после этого хотели? — сказал наблюдавший за суетой зритель.

Преступников уничтожили бойцы спецподразделений управления Росгвардии по Ростовской области вместе с коллегами из регионального ГУФСИН.

ГУФСИН отреагировало с самого утра, позже СК сообщил, что возбуждено уголовное дело по статье 206 УК РФ «Захват заложника». Канал губернатора — на тот момент им был Василий Голубев — долго молчал. Все комментарии на тему ЧП в СИЗО из его канала вычищали, кого-то блокировали и пользователи пожаловались на это Ксении Собчак. Она публично призвала Голубева разобраться с удалением комментариев и блокировкой.

В 14:07 у Василия Голубева вышел такой пост (сейчас канал принадлежит врио губернатора Юрию Слюсарю, так что даже то старое сообщение якобы от его имени).

«О захвате заложников в СИЗО с самого утра получал регулярные оперативные доклады, был на постоянной связи с силовиками. Не комментировал ситуацию, пока правоохранители выполняли свою работу. Сейчас, когда заложники освобождены, могу сказать одно: любой нарушивший закон должен нести ответственность.

Почти сразу с комментариями сюда в телеграм-канал массово стали приходить провокаторы с явными антироссийскими настроениями и попыткой раскачать межнациональную тему. Позже часть телеграм-сообщества подхватила тему и превратила это во флешмоб.

Все ваши комментарии видел. Но пока их временно закрыл, прошу не поддаваться на провокации».

Член Совета по правам человека при президенте РФ Ева Меркачева, занимающаяся правами заключенных, прокомментировала ситуацию нашим московским коллегам из MSK1.RU. Она заявила о серьезном нарушении режима в изоляторе и напомнила об особом надзоре над фигурантами дел о терроризме.

— Все последние годы руководство ФСИН говорило, что подозреваемых, обвиняемых в террористических преступлениях, должны помещать под особый надзор в СИЗО. Есть такая практика, что обвиняемых в терактах сразу ставят на профучет — это красная полоса в личном деле. В свою очередь, красная полоса означает круглосуточное видеонаблюдение в камерах. С такой полосой они [обвиняемые в теракте] содержатся под усиленным надзором.

Меркачева отметила удивительный, на ее взгляд, момент: трое захватчиков были фигурантами одного дела — о подрыве здания Верховного суда Республики Карачаево-Черкесия. И при этом содержались вместе. Правозащитница полагала, что благодаря знакомству преступникам было легче спланировать захват.

Председатель Духовного управления мусульман Ростовской области Мухаммед Бикмаев осудил произошедшее. Отметим, что захват случился в священный для мусульман праздник Курбан-байрам. Когда наши коллеги связались с Бикмаевым, у того только что закончилась молитва, так что он был не до конца в курсе.

— В любом случае, такое недопустимо. Мы осуждаем происходящее в СИЗО. Насильственные действия, конечно, недопустимы.

Резко осудило действия захватчиков и Духовное управление мусульман РФ, отвергнув «любые потуги приписать действия преступников ценностям и целям ислама».

Отметим, что уже после ликвидации преступников стало известно, что с ними безуспешно пытался договориться местный имам. Им был Ахмед Абусупьянов. Позже он говорил:

— Страха у меня не было, был зол на них, что они в праздничный день, прикрываясь религией, такое творят.

Примечательно: в мае 2025 года Абусупьянова задержали за то, что он причастен к распространению радикальных религиозных идей и участвует в запрещенной на территории России экстремистской организации. Сам Абусупьянов при задержании отрицал причастность к радикализму, требовал адвоката и взывал к Аллаху, рассказал источник 161.RU.

Депутат Госдумы (ныне — врио губернатора Курской области) Александр Хинштейн назвал захват итогом «отсутствия профилактики экстремизма и распространения деструктивных идей в системе ФСИН», из-за чего возникают такие группы.

Первый зампред комитета по безопасности Госдумы Михаил Старшинов анонсировал проверку во ФСИН.

— Совершенно точно будет проведена проверка, в том числе служебная, внутри самого ведомства. От результатов этой проверки всё будет зависеть. Могу предположить, что до вот этих мероприятий не стоит торопиться с выводами. Вот эти ножи и террористическая символика — это ж как-то у них там оказалось, каким-то очевидно незаконным способом. А второе — это как произошел сам захват заложников. Сейчас бесполезно гадание на кофейной гуще, надо дождаться результатов проверки.

Иронично, но факт: за несколько дней до захвата пресс-служба областного ГУФСИН опубликовала фоторепортаж о том, насколько хорошо охраняют СИЗО-1. Муха не пролетит, мышь не пробежит, можно сказать.

Вечером 16 июня член Союза по правам человека, ответственный секретарь Общественной наблюдательной комиссии Москвы Алексей Мельников заявил: СИЗО-1 переполнено, а сотрудников изолятора катастрофически не хватает. Причина в низких зарплатах.

— По моей информации, СИЗО недоукомплектован сотрудниками на 30%. Могу лишь предположить, что количество незанятых штатных единиц в изоляторе подобного типа составляет от 70 до 90. Это огромная цифра. Необходимо увеличение денежного довольствия, льготного обеспечения и престижа службы. Хотя бы для инспекторского состава, хотя у офицеров ФСИН зарплаты тоже оставляют желать лучшего.

По его данным, в изоляторе на тот момент содержались от 200 до 400 человек. Ева Меркачева уточнила, что там был перелимит в 300 человек.

Уполномоченный по правам человека в Ростовской области Анатолий Харьковский назвал две причины переполненности изолятора: закрытие таганрогского СИЗО и судебные решения. Суды, говорил омбудсмен, «не всегда оправданно» избирают СИЗО как меру пресечения, одобряя около 98% ходатайств о заключении под стражу. Из них 40% — это «небольшие» и «средние» преступления, если говорить об их тяжести.

Один из сотрудников СИЗО-1 на условиях анонимности рассказал корреспонденту 161.RU, что работать в изоляторе, можно сказать, некому.

— Нас два человека должны были <…> уйти. Если бы мы ушли, то вообще некого было бы на посты ставить. И нас попросили не уходить, остаться работать.

Еще один собеседник — уже бывший сотрудник этого СИЗО. Он уволился из-за отсутствия выходных, потому что работать некому. Он говорил, что кадров не хватает не только в централе, как еще называют СИЗО-1. Например, в конвое должно быть по четыре человека, а ставят два.

— Бывает, отработаешь две смены, думаешь, на выходных отоспишься. Звонят, говорят: «Выходи — перегруппировка». Не выйдешь — лишат премии, а зарплата мизер: 32–35 тысяч. Кто-то работает, потому что карьеру строит, кто-то, как я, чтобы пересидеть — нужна была официальная работа. Большинство видят, что происходит, и увольняются — не хотят сидеть.

Наш источник в силовых структурах сообщал, что в апреле 2024 года в изоляторе прошла волна увольнений. Почему именно в тот месяц — неизвестно. Тогда же рапорт на увольнение написал и Андрей Мусаев, начальник СИЗО.

На время следствия отстранили от работы врио начальника СИЗО-1 Романа Заболотнева, а через полтора месяца его уволили и возбудили дело по статье «Халатность». На его место назначили заместителя начальника по охране Джамала Набиева.

Андрей Мусаев тоже попал в поле зрения силовиков. Вопросы возникли и к бывшему в заложниках Александру Богме, так как, по данным следствия, он действовал не по инструкции, зная о захвате. А еще — к бывшему начальнику оперативного отдела СИЗО-1 Константину Гороху. После захвата его уволили без права восстановления во ФСИН.

Позже из СИЗО уволили еще четырех сотрудников, еще 16 фсиновцев привлекли к дисциплинарной ответственности.

12 июля в отставку подал начальник ГУФСИН по Ростовской области Дмитрий Безруких. Ушел не один, вместе со своим первым заместителем Василием Гордеевым. Это решение стало итогом проверки комиссии ФСИН России.

Вскоре на его место пришел генерал-майор внутренней службы Андрей Поляков.

В СИЗО — как на рынке. Нужен нож — покупаешь. Вопрос только в деньгах.

В тот же день наш источник в силовых структурах сообщил, что в СИЗО-1 прошли обыски среди заключенных. Проверяли версию о помощи преступникам извне. Искали «запрещенку», обыскивали сотрудников, принимающих передачки, а также обыски шли дома у некоторых руководителей.

— Когда после ЧП начались повальные обыски, кажется, даже полиция была в шоке. Такого количества «запрещенки», как говорят зэки, даже на воле нет. Находили всё: дорогие продукты, красную икру, именные ножи, планшеты, смартфоны, даже сплит-систему в камере, — поделился с нами информацией бывший сотрудник СИЗО-1.

Сообщалось, что захватчики за месяц до инцидента купили ножовку за 2,5 тысячи рублей. Ею они и срезали решетку с окна камеры.

Расценки в СИЗО:

• симка — от 1 до 1,5 тысячи рублей;

• кнопочный телефон — 10 тысяч рублей, сенсорный — от 25 тысяч рублей;

• литр виски — 15 тысяч рублей;

• пол-литра водки — от 3 до 10 тысяч рублей;

• аренда телевизора — от 5 до 25 тысяч рублей.

Источник редакции в силовых структурах сказал, что в любых СИЗО хоть чем-то да торгуют. В роли продавцов — сами сотрудники изоляторов.

— Еженедельно ФСИН сообщает, что изъята «запрещенка», которую пытались передать в СИЗО. Это действительно происходит, но, по данным только уголовных дел, которые заводит следственный отдел МВД, в своем большинстве именно сотрудники изолятора торгуют среди заключенных. И сами заключенные тоже об этом знают.

Бывший сотрудник централа говорит, что часть прибыли от продаж товаров платилась кому-то из руководства ФСИН. Не платишь процент — попадаешь в немилость.

— Некоторые заключенные заказывают ноутбуки, но это элитные только, тогда начальство вызывает хакера, тот ставит блоки на определенные программы, и только потом продают.

В день захвата было известно, что снайперы убили всех шестерых захватчиков (на тот момент, собственно, было известно только о шестерых). Но через пару дней выяснилось, что один всё-таки выжил. Даниил Камнев с пулей в голове лежал в коме, состояние его было столь тяжелым, что врачи говорили: не жилец. Информацию о выжившем придержали в интересах следствия.

— 28-летний Камнев был на видео без сознания. Его сразу передали медикам БСМП. После ранения в голову ему провели сложнейшую операцию. Сейчас он находится в реанимации в состоянии комы, — рассказал тогда собеседник редакции. — Медики не дают никаких прогнозов, но в ближайшее время его состояние должно стабилизироваться и силовиков пустят к нему для допроса.

Источник 161.RU в больнице сообщил, что Камнев крайне «тяжелый» и нестабильный, и тот факт, что он вообще жив, это заслуга врачей.

— Если и произойдет чудо, как хотят следователи, то он сможет рассказать что-то, но жить полноценно после таких операций мало кто сможет.

Чудо произошло, силовики смогли его допросить. Камнев признался, что вместе с сообщниками купил у 28-летнего начальника дневной смены ножи и заточки, стоило это пять тысяч рублей. Оружие завернули в те самые флаги с запрещенной символикой и в коробках принесли в камеры.

В начале июля прошлого года Камнева выписали и перевели в СИЗО-2 в Таганроге. Это последнее место его пребывания, о котором известно.

В августе Южный окружной военный суд приговорил Даниила Камнева к 23 годам в колонии строгого режима, но не за захват, а за первое преступление: по делу о подготовке взрыва в здании ОМВД Кисловодска.

В июле прошлого года суд арестовал еще одного захватчика — Малика Гандалоева. Он обвиняется по части 3 статьи 313 УК РФ — побег из мест лишения свободы с применением насилия или оружия. За это ему грозит до восьми лет.

В отношении Албекова, Алханова, Гандалоева, Камнева и Кодзоева возбудили уголовные дела по статьям «Приготовление к преступлению», «Теракт», «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем», «Организация деятельности террористической организации и участие в деятельности такой организации». На момент публикации дело еще не поступило в суд.

Остальные захватчики убиты при штурме СИЗО.

P.S. Редакция направила в ГУФСИН Ростовской области запрос, чтобы узнать, работают ли еще Александр Богма и Виктор Кончаков, а также сколько сотрудников уволено из-за происшествия. Когда ответ появится, мы его опубликуем.