«Нас ждет умеренное падение»: эксперт — о ситуации на IT-рынке в Ростовской области и в стране в целом

Об охлаждении IT-отрасли начали активно говорить еще в первом квартале прошлого года. После бурного роста темпы замедлились — это ощутили как крупные федеральные игроки, так и небольшие региональные компании. Увеличение налоговой нагрузки только усилило этот процесс. О том, почему рынок IT переживает непростые времена, в своей колонке рассказал управляющий ООО «Рнд Софт» (ростовская IT-компания создает продукты и проекты. — Прим. ред.) Роман Забродин.

Во-первых, бурный рост IT-отрасли был вызван относительно неестественными причинами. Как мы помним, произошел резкий уход крупных зарубежных вендоров, соответственно, часть рынка освободилась. К тому же пришлось стремительно импортозамещать программное обеспечение (ПО) от зарубежных вендоров. Проекты, которые уже были на тот момент, и те, которые возникали, требовали дополнительных сотрудников. Поэтому крупные российские корпорации, особенно банки, нанимали людей тысячами.

В конце 2024 года многие почувствовали, что геополитика слегка меняет курс и, возможно, с Западом будут достигнуты новые дипломатические договоренности. Соответственно, те, кто до этого по 10−15 лет вкладывали в свою IT-инфраструктуру на базе зарубежных разработок, подумали, что замаячил свет в конце туннеля и не придется полностью замещать свои предыдущие немалые инвестиции.

Во-вторых, стоит учитывать, что критическая инфраструктура практически в каждом банке, в государственных структурах и т. д. с начала СВО в принципе уже была заменена — где-то на хорошем уровне, где-то на среднем, где-то «на костылях». В принципе все основные требования регуляторов были выполнены. Это повлияло на спрос на IT-рынке.

И как следствие в конце 2024 года корпорации начали сокращать бюджеты и планирование на 2025 год. Все эти события сначала ударили по аутстаффинговой модели, а потом это начало влиять и на аутсорсеров. Эти две подотрасли активно развивались в период с 2022 до 2024 год, когда маржинальность могла достигать 20% и больше. Но уже с начала 2025 года происходит существенное падение спроса на такие услуги и маржинальность становится близка к нулевой.

Помимо снижения спроса, вторым фактором ухудшения положения IT-компаний послужила отмена налоговых льгот для IT-отрасли. По факту произошла не только отмена ранее введенных льгот, но и в целом выросла налоговая нагрузка на нашу отрасль, притом что конкуренция у нас и ранее была достаточно высокая.

В крупных городах, где большие бездефицитные бюджеты, — в первую очередь, конечно, в Москве, Санкт-Петербурге, Казани, может быть, еще в Краснодаре — IT-компании будут себя чувствовать достаточно хорошо.

Другим регионалам будет сложно существовать во всей этой истории. У нас есть всегда два пути: снижение расходов и увеличение доходов. Снижение расходов — это оптимизация всех внутренних процессов, персонала. Это в первую очередь ударит по найму молодых специалистов, по различным программам поддержки образования, различным благотворительным мероприятиям.

Повышать доходы — значит, более активно вкладываться в маркетинг, продажи, ассортимент. При этом от собственников компаний гораздо больше времени уделять антикризисному управлению: нужно будет чаще посещать своих клиентов, чтобы удержать текущих, в целом больше работать в этом году, иметь представительство в крупных регионах, улучшать свою экспертизу, быть на всех возможных конференциях, следить за бизнес-трендами, активнее следить за закупками на различных торговых площадках.

С другой стороны, в качестве рецепта выживания я могу отметить, что в такие моменты IT-компаниям выпадает шанс наконец-то выпустить свой собственный продукт, если для этого есть рынок, клиент, свободный ресурс и необходимые компетенции. Нужно идти со своим продуктом в соответствующие институты развития, различные акселераторы, пытаться получить гранты на запуск и развитие.

Искусственный интеллект действительно в ближайшее время сравняется с человеческим интеллектом. Это направление очень сильно развивается, и для этого нужны соответствующие серверные мощности. А это специализированное оборудование, видеокарты, которые не каждая компания себе может позволить.

Поэтому у нас в России крупные компании тоже развивают специальные дата-центры (ЦОД — центры обработки данных) для запуска проекта в области искусственного интеллекта. Некоторые реализуют проекты в области ИИ на базе собственных ресурсов, то есть закупают определенное серверное оборудование и реализуют программные ИИ-платформы.

Использование, скажем так, зарубежных движков (GPT, Grok и т. д.) для корпоративных нужд, для бизнеса является достаточно рискованной историей, потому что любой запрос, содержащий конфиденциальную информацию, остается в этой сети. И если неправильно отправить запрос, то злоумышленник может получить информацию по этой компании из-за того, что нерадивый сотрудник просто слил туда какой-то документ, базу.

Если брать сегмент микробизнеса, малого и среднего бизнеса, то искусственный интеллект в основном используется здесь только в составе готовых решений, которые им поставляют крупные игроки: «Битрикс», сервисы «Яндекса» и подобные.

Но зачастую ИИ применяют и по делу, и без, просто потому что это модно, а что с этим реально делать, какой эффект принесет, непонятно. Это нормальное состояние рынка, когда технологии начинают постепенно проникать в реальные отрасли. Крупные корпорации уже активно применяют, а мелким компаниям это еще предстоит осознать и освоить в дальнейшем.

Ситуация с кадрами за последние годы развивалась волнообразно. Главные изменения начали происходить еще в 2019-м из-за пандемии. Айтишники стали максимально мобильными. Произошло резкое перераспределение рабочей силы. Большой пласт сотрудников региональных компаний подался в Москву, Санкт-Петербург, за рубеж — за более высокими зарплатами и лучшими условиями труда.

Потом грянул 2022 год. На фоне импортозамещения все начали искать сотрудников, нанимать студентов — брали на работу всех: и квалифицированных, и слабо квалифицированных, но хорошо себя продающих. Резко выросли зарплаты айтишников.

А в 2025 году произошел спад рынка. И он усилился к 2026 году. Если сейчас зайти на сервис HeadHunter, выбрать Ростовскую область и отрасль IT, то можно увидеть примерно 25 резюме на одну вакансию.

На рынке появились специалисты. Если еще 1–1,5 года назад было не найти никого и компаниям приходилось хантить людей друг у друга, то сейчас в принципе можно найти специалистов на рынке. Это говорит о существенном его охлаждении. В этом году все условия созданы для того, чтобы этот процесс усилился. Много региональных компаний могут закрыться, и, скорее всего, многие айтишники будут искать работу. Рынок схлопывается, а налоговая нагрузка возросла.

Постоянный контроль в целом для бизнеса никогда ни к чему хорошему не приводил. Любое ужесточение только усложняло ведение бизнеса, увеличивало затраты на него, снижало маржинальность и перекладывало в конечном счете стоимость этих затрат на конечного потребителя.

Отдельно выскажусь по поводу отмены льгот для участников «Сколково». Кто такие участники «Сколково»? Это малые компании, нацеленные на рост, которые занимаются развитием различных инновационных продуктов. И ранее много таких в том числе IT-компаний вступали активно в Скоково, им там давали экспертизу, хороший нетворкинг, обеспечивали развитие, акселерацию и т. д. И совмещать IT-аккредитацию, где есть отсрочка от мобилизации, что является базовым параметром для всех айтишников, и быть резидентом «Сколково» было для продуктовых компаний очень важным треком. Он помогал сокращать время и расходы на развитие и запуск продуктов, вывод их на рынок.

Но по какой-то необъяснимой причине, хотя у меня есть догадки (возможно, из-за того что некоторые руководители «Сколково» в какой-то момент впустили туда крупные корпорации с их IT-подразделениями), в правительстве решили лишить IT-компании возможности совмещать льготы и резидентство «Сколково».

Такое решение негативно отразилось в первую очередь на IT-компаниях. Кроме того, началась неразбериха с IT-ипотекой, которая теперь становится недоступна компаниям, которые были резидентами «Сколково». Даже те, кто оформляли ипотеку в 2024–2025 годах, теперь опасаются, что банки пересмотрят льготные условия. И всё это происходило под самый Новый год, что добавило неразберихи при дальнейшем планировании работы компаний.

Еще один негативный момент: был мораторий на проверку IT-компаний, его отменили, вместо того чтобы всё-таки оставить рискориентированный подход в проверках, ведь очевидно, что IT-компании не работают с опасным производством. У нас риск минимальный. Зачем использовать общий подход ко всем компаниям на фоне и так не простой экономической ситуации с точки зрения проверок, непонятно. И это тоже вызывает сожаление.

Из положительных моментов могу выделить, что всё-таки под конец года, в последний рабочий день, правительство РФ опубликовало список отраслей, которые смогут рассчитывать на региональные льготы (ранее их все отменили). И у нас в регионе, насколько мне известно, ведется работа над тем, чтобы эти льготы вернуть. А они, как я напомню, на УСН составляли 1% вместо 6% на доходах и 5% на доходах минус расходы.

Итого с учетом нововведений всех, которые произошли, налоговых ограничений, схлопывания рынка в целом я придерживаюсь сдержанного пессимизма и пока прогнозирую умеренное падение. Многое станет понятно к середине 2026 года. Мы сможем оценить последствия и реалии.

Региональным компаниям могу только посоветовать объединяться. Также призываю тех, кто вкладывает в развитие персонала, работает с учебными заведениями, присоединяться к Фонду развития IT-образования, потому что вместе дешевле обходится поддержание инфраструктуры взаимодействия с кадрами. Мы должны держать руку на пульсе и помогать учебным заведениям всеми возможными способами, несмотря на рыночную конъюнктуру. Кризисы приходят и уходят, но это лишь этап, который готовит почву для новых возможностей.