22 мая среда
СЕЙЧАС +18°С
  • 7 мая 2019

    Кто пишет новости на 161.RU? Сейчас расскажем!

    На сайте появилось интересное обновление. Теперь, щелкнув на фамилию автора (она указана под каждой новостью), вы попадете на его персональную страничку. Там вы узнаете, кто он такой, чем увлекается и как давно работает на 161.RU. А еще там есть ссылки на его странички в соцсетях. Давайте дружить!

    30 апреля 2019

    Расскажите военную историю ваших родных!

    Перед Днём Победы портал 161.RU и социальная сеть ВКонтакте запускают проект #9мая161. Мы собираем фотографии и истории настоящих героев - ваших дедушек и бабушек, которые воевали или работали в тылу во время Великой Отечественной войны.
    Подробности читаем по ссылке:

    Подробнее
    10 апреля 2019

    Писать комментарии стало удобнее!

    Привет! В мобильной версии нашего сайта появилось обновление. Теперь плашка комментариев залипает внизу страницы. Мы надеемся, что оставлять комментарии теперь будет удобнее!

    Еще

Меркурий, митрополит Ростовский и Новочеркасский: «Совесть подскажет человеку, постится он или не постится»

Поделиться

У православных христиан идет Великий пост. Продлится он до 15 апреля – на этот день в 2012 году выпадает праздник Светлого Христова Воскресения. Митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий на встрече с журналистами рассказал о том, как правильно вести себя во время Великого поста. Кроме того, правящий архиерей высказал свое мнение по поводу введения в школах «Основ религиозных культур и светской этики», а также о реконструкции Ростовского кафедрального собора.

– Насколько сейчас в рамках митрополии обсуждается введение в школах курса «Основы религиозной культуры и светской этики»?

– Вы знаете, что в течение двух-трех лет в РФ проводился так называемый эксперимент: в 21 регионе этот предмет был введен в основную сетку преподавания. Это предметная область. Она состоит из нескольких модулей: «Основы Православной культуры», «Основы иудейской культуры», «Основы исламской культуры», «Основы буддийской культуры», «Основы мировых религий» и «Основы светской этики». Решение было принято президентом на встрече с лидерами традиционных религий России. Этот курс будет культурологическим. Это не курс преподавания религии как таковой, не вероучительный. Отношение может быть разное. Кто-то говорит: «Мы православные, и своих детей научим православию дома». А вот ислам или буддизм детям неплохо было бы знать.

Не оспариваю такой подход. Может быть, и так. Но я думаю, что все-таки преподавание школьное – это только лишь первый шаг. Как можно детей духовно и нравственно воспитывать, если там три-четыре часа дают. Разве за это время ребенку можно дать знание религии? Конечно, нет. Можно только какие-то базисные понятия. Развитие этого курса предполагается. И здесь важно определиться с выбором. Мне как священнослужителю естественным кажется то, что те люди, которые ассоциируют себя с православием, должны сначала изучать «Основы православной культуры». Потому для ребенка, который ходит в четвертый класс, будет сложно изучать мировые религии. Он своей религии не знает.

Не менее сложный курс – это светская этика. На межведомственном координационном совете мы пришли к выводу, что один из самых неудачных учебников – это учебник по светской этике. Очень сложный понятийный материал и плохо адаптирован к возрастной психологии. Мы должны понимать, что такое светская этика. Ведь этика и этикет это разные вещи. Светская этика – это «обезбоженная нравственность». Выбор остается за родителями, но нам надо объяснять.

Потому что многие говорят, что на этих уроках детей заставят молиться, поститься и еще что-то. Этого не будет. Возможна встреча со священником, но в присутствии педагога. Эти занятия строятся таким образом, что начальные и конечные занятия – общие для всего класса, вне зависимости от того, какой модуль выбрали дети или родители. Хорошие результаты преподавание дает. И вот сейчас совместно с нашим областным министерством образования мы принимаем в этом участие. Ведь для церкви это тоже новый опыт. В течение очень длительного времени церковь была оторвана от преподавания. Педагогическая наука шагнула вперед, появились новые образовательные стандарты, и вот так придти и начать преподавать Закон Божий? Это очень непросто. Но это задача очень важна не только для детей, но и для взрослых. Нам нужно разрушить стереотипы мышления, научиться общаться друг с другом: людям верующим с неверующими и наоборот.

– Недавно прошла Масленица. Праздник исторический, но имеет языческие корни. В прошлом году был запрещен праздник Ивана Купала. Ваше отношение к тем праздникам, которые уже не носят религиозный, а просто исторический характер?

– Я вообще плохо отношусь к запретам. Потому что говорят, и это исторически оправдано, что «запретный плод всегда вкуснее». Вот потребность человеческая такая. Масленица не является праздником языческим. Масленая неделя – это обоснованная подготовка к Великому посту, когда христиане не вкушают мяса, но разрешается вкушение масла, яиц, молока. И вот поэтому с маслом и связана масленая неделя. Действительно, кое-что перешло от язычества, но сейчас у нас очень опасная тенденция – смешать все воедино. Сделать такой «духовный салат Оливье». Поэтому, я бы хотел сказать, что нужно объяснять людям, что такое настоящая Масленица, и как готовиться к Посту. Или когда у нас в СМИ заявляют о том, что если чучело не сожжем, то и весна не наступит. У меня это вызывает такую болезненную улыбку. То же самое касается празднования Ивана Купалы. Праздник действительно языческий. Это были и гуляния, наполненные развратом и всем остальным. Но я не знаю, стоит ли это возрождать или просто оставить дань истории? Я считаю, некоторые вещи нужно просто знать, но стоит возрождать. Не самые хорошие опыты наших предков.

– Расскажите, пожалуйста, об истинном назначении Великого поста, потому что сейчас появилась такая тенденция, что люди воспринимают это событие, как некую диету.

– Если мы соблюдаем Пост для тела, не вкушая скоромной пищи, то он обязательно должен быть сопряжен и с духовным воздержанием. Если человек не кушает ничего скоромного только для того, что бы похудеть, то не является Постом, это является просто диетой. Не надо одно с другим путать. Пост – это время очень глубокого духовного анализа себя, прежде всего. Переоценка своей деятельности, своей жизни. Единственным критерием является Господь Иисус Христос. И вот когда человек сопоставляет себя с тем, каким он должен быть, и понимает, какой он есть, естественно, у него в душе рождается некая печаль раскаяния. И человек обращается к Богу с молитвой о милости, о снисхождении. Если человек духовно воспитывает себя, разбирает, что происходит в его жизни, какие негативные явления он встречает, то он пытается от них избавиться. И путь этого исправления церковью указан: исповедь и причащение святых Христовых таин. Вот это и должен быть Пост.

А что человек вкушает, то это его дело. Каждый сам для себя выбирает Пост. Для одного это вообще ничего не есть, для второго – есть без масла, а для третьего еще что-то. В зависимости от того, как этот Пост устанавливает человек себе, совесть говорит ему: «Брат мой, ты лукавишь». Совесть подскажет человеку: постится он или не постится. Поэтому соблюдение Поста – это дело нравственной самооценки. Этот период самый благоприятный для такого духовного анализа, тем более что оно сопряжено с неким воздержанием в пище, которое немножко сглаживает буйство наших эмоций и чувственных переживаний. Время Поста это не время уныния, а время радости. У нас всегда в обители говорили: «Бойся монаха печального. От него унынием тянет за версту. Стремись к человеку радостному. Он вселяет оптимизм и надежду». Так что, конечно, нужно улыбаться и радоваться жизни, несмотря даже на такую печальную ростовскую погоду.

– Совсем недавно были подписаны соглашения между митрополией, министерством культуры и военкоматом. Что для вас самое важное в этих соглашениях? Подобные документы уже подписывались?

– Подписание соглашения с теми или иными подразделениями не является новшеством. Данные соглашения – это больше протокол намерений, в котором оговариваются те сферы, в которых будет проходить наше взаимодействие. В частности, договор с министерством культуры Ростовской области предусматривает наше сотрудничество по изучению архивов, и церковных, и государственных, по библиотечному делу, концертной деятельности и многом другом. Для меня самое важное – это разрушение отчуждения, которое насаждалось искусственно. Потому что, когда мы будем говорить о каких-то вопросах, нужно перейти в деловое русло сотрудничества. И тогда все будет нормально.

– А как РПЦ планирует взаимодействовать с военкоматом?

– Когда я общался с военным комиссаром Ростовской области Анатолием Трушиным, то он подумал, что я буду просить, чтобы семинаристов в армию не забирали. На самом деле я ему сказал о том, чтобы они приходили в призывные пункты и говорили с призывниками о том, что такое Родину защищать. Ведь у нас сейчас размыты эти понятия. Хорошо мозги «прополоскали» нам. Это сфера нашей заботы о государстве и о том, как люди живут.

– Будет ли решен вопрос о собственности между церковью и государством, и будут ли открыты церкви для создания музеев?

– Каждая исторически открытая церковь уже является музеем, в который доступ открыт всем, причем не по билетам. Когда в церкви размещается музей, а храм не действует, я считаю, что это неправильно. Любая икона, изъятая из храма и помещенная в стены музея – это искусственное явление. Иконы, в частности, создавались для храма и там должны находиться. Другое дело, что они должны охраняться. И для этого должны быть созданы соответствующие условия. Вот нужно найти пути взаимодействия. Они уже есть, и их не надо создавать – это и создание церковно-археологических кабинетов, музеев при монастырях. Возьмите, к примеру, Новодевичий монастырь в Москве, Ипатьевский монастырь в Костроме. Нужно договариваться с музейным сообществом, и все вопросы будут сняты.

– В Ростовской области есть примеры подобного сотрудничества?

– Пока нет, но я очень надеюсь, что будут. Мы обсуждаем создание такого заповедника на территории Старочеркасского донского монастыря. Я надеюсь, нам удастся все это сделать, чтобы и музей, и монастырь функционировали на радость тем, кто будет приезжать и помолиться, и познакомиться с историей.

– Ростовский кафедральный собор уже давно стал неофициальным символом донской столицы, но сейчас началась реконструкция. Насколько реконструкции подвергнется сам собор и территория вокруг него, в частности, Соборная площадь?

– Собор, который вмещает до пяти тысяч человек, и центральная паперть, которая открывается на трамвайные пути, не может меня не беспокоить. Точно так же, как и эстетическое состояние Соборной площади, которую никак нельзя ассоциировать с духовным центром Донского края. Когда я подхожу к собору, меня всегда охватывает чувство, что какая-то вакханалия творится. Но это отражение того, какие у нас взгляды в обществе. Если мы считаем, что можно вот так неупорядоченно, безумно торговать сомнительной продукцией, то это наша культура тогда. Сам храм, конечно же, требует к себе очень большой заботы. Собор архитектурных изменений не будет претерпевать. Я думаю, каждый согласится, что когда входишь в собор, то попадаешь в некое темное пространство – за счет того, что много окон, предусмотренных архитектором Константином Андреевичем Тоном, закрыты. Нужно установить порталы, двери собора. И цветовое решение не соответствует замыслу Тона. А вот сам стиль росписей задан архитектором.