RU161
Погода

Сейчас+28°C

Сейчас в Ростове-на-Дону

Погода+28°

переменная облачность, без осадков

ощущается как +25

5 м/c,

ю-в.

758мм 20%
Подробнее
6 Пробки
USD 90,19
EUR 97,90
Город Здоровье Страна и мир Юрий Казаков, участник ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС: «От катастроф на атомных электростанциях мы защищены только расстоянием»

Юрий Казаков, участник ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС: «От катастроф на атомных электростанциях мы защищены только расстоянием»

Четверть века назад авария на Чернобыльской АЭС взбудоражила мир. Масштабы ее долгое время не были сопоставимы ни с одним подобным происшествием. Однако недавняя трагедия в Японии заставила многих людей забеспокоиться – что если авария на АЭС в Фукусиме станет повторением Чернобыльского кошмара? Об этом и многом другом мы поговорили с человеком, который не понаслышке знает, что такое авария на атомной электростанции. Участник ликвидации трагического происшествия на Чернобыльской АЭС Юрий Казаков принял нас прямо в палате стационара, в котором проходит лечение.

Юрий Иванович, близится 25-летний юбилей трагической аварии на Чернобыльской АЭС. Расскажите, что значит для вас эта дата и не жалеете ли, что приняли участие в ликвидации аварии?

– Об этом никто не жалеет, так уж судьба сложилась. Но если сейчас ликвидаторов аварии на АЭС в Фукусиме чествуют, как героев, то мы таких привилегий были лишены. Чиновники держат нас, простите, за лохов. Извините за грубость.. Их позиция такова: авария была, да, но то, что было, прошло, и незачем это вспоминать. Повторяется та ситуация, что была в Великую Отечественную войну – пока 40 лет не прошло, о ее участниках ничего не говорили. А ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС, между тем, становится все меньше и меньше. Возможно, когда про нас вспомнят, уже и в живых-то никого не будет. Мы постоянно обследуемся в больницах и хочу сказать, что у всех целый комплекс болезней. Нет такого, что болит что-то одно. Мне даже врачи в больнице имени Калинина сказали, что таких, как я, очень сложно обследовать.

Когда произошла авария, власти молчали об истинных масштабах трагедии. На ваш взгляд, это правильная политика?

– Мы в Чернобыль приехали 26 апреля, примерно в половине девятого, а авария случилась с 25 на 26. Начальник штаба, командир части и я. Мы поехали узнать, в чем дело и что случилось, потому что понимания не было ни у кого. Город вроде бы живет: люди на балконах стоят, смотрят, дети в песочницах играют. Мороженое на улицах продают. Оказалось, что ждали специальную комиссию из Москвы, которая должна была сделать вывод – нужна ли эвакуация города. Никто не хотел брать такую ответственность на себя, ведь начнется паника, полная неразбериха. На объекте пожарные работали, что-то там заливали. Потом нам сказали: «Здесь просто авария случилась с выбросом радиации». Мы переглянулись с удивлением – какая авария с выбросом, если там после случившегося вообще нет целого энергоблока?!

Приехали на место мы со своими противогазами, потом нам выдали респираторы. Веселого мало, конечно. И никто ничего не понимал до конца, что происходит? На площадки был открытый доступ практически. Был такой случай: на одной из них стояла белая «Волга», новенькая. Двое солдатиков сели в нее, покатались два часа. А потом им стало плохо – увезли в больницу. Померли ребята...

Это политика любого государства – постараться не допустить паники при масштабных авариях. Мы просто не были готовы к такому и не знали, как себя вести.

Говорят, что истинные масштабы аварии на Фукусиме тоже не афишируют.

– Скорее всего, тоже замалчивают, чтобы не допустить паники. Стандартное поведение для правительства. Это было бы в любой стране мира. В Чернобыле было интересно наблюдать, как приезжают высокопоставленные чиновники. Машина, закрытые стекла, внутри сидит чиновник в респираторе, а за рулем – солдатик. Подъезжают – водитель выскакивает, быстро закрывает за собой дверь, открывает дверь чиновнику, тот быстро-быстро выходит из машины и удаляется в убежище. Обратно – таким же способом.

Может ли оказаться так, что авария на АЭС в Японии по своим масштабам будет сопоставима с аварией на Чернобыльской АЭС?

– Не думаю, что она будет иметь такой же масштаб. С ней не может сравниться ни одна авария, и я надеюсь, что не сравнится никогда.

А сколько, на ваш взгляд, может понадобиться времени на ее ликвидацию?

– Точных сроков я, конечно, не назову, но для меня было показательно, что они за 6 дней восстановили дорогу. Практически полностью уничтоженную... На АЭС в Фукусиме у меня лично вызывает опасения первый реактор, потому что там все в землю может уйти. Трудно сказать, что будет. Саркофаг они точно будут строить, и не один – у них же там сколько объектов! Через полгода, полагаю, они будут стоять.

На ликвидацию аварии на Чернобыльской АЭС «бросили» 200 тысяч человек, а на АЭС в Фокусими снарядили 200 специалистов. Причем они снаряжены как следует – в спецкостюмах. А у нас даже респираторов на всех не хватило. Бывало даже такое, что большие куски графита мы не могли подцепить лопатой, так солдаты их руками хватали.

Как вы считаете, защищены ли сегодня жители России и Самарской области, в частности, от подобных катастроф: ведь, как известно, в соседней Саратовской области, тоже есть АЭС?

– В Димитровграде, кстати, тоже есть АЭС – это относительно недалеко от нас. С одной стороны у нас соседство с Балаковской АЭС, с другой – с Димитровградской. От атомных катастроф мы защищены только расстоянием. Если облако на нас пойдет, то все... Для того, чтобы этого не случилось, нашему правительству нужно заботиться не о своем кармане, а о людях. Деньги, которые выделяются на ремонт, министерства не всегда и не в полном объеме тратят по назначению – я в этом больше, чем уверен. А потом, когда что-то случается, ищут крайнего. Так было и на Чернобыльской АЭС – там сделали виновными начальника станции и главного инженера. Между тем, главный инженер больше всех сделал для предотвращения этой аварии. Но его посадили, хотя потом и амнистировали.

Расскажите, что нужно делать для того, чтобы уберечься от радиации в бытовых условиях? Например, по телевизору сообщают, что граждане Японии стали реже выходить на улицу. Разве это помеха для радиационного облучения?

– Да, это может спасти. Нам, например, тоже говорили, что нельзя открывать форточки. Разуваться на улице, а не дома, в той одежде, что ходишь на улице, по квартире не ходить. Помню, моей жене в Киев позвонила теща и потребовала, чтобы к ней привезли внука. Супруга попыталась успокоить ее, мол, это обычная авария с незначительным выбросом радиации. Но она уверенно заявила, что такого не может быть. Ребенок с женой из Киева уехали... Это было очень страшно, потому что на вокзалах и в аэропортах творилось страшное! Не было никаких дополнительных рейсов, как в Японии. Люди брали детей на коленки и везли их так, чтобы освободить дополнительное место.

Как сложилась ваша судьба после того, как вы побывали в Чернобыле?

– Я очень долго болел – лежал в различных госпиталях. Уже в первое утро, когда я проснулся в Чернобыле, почувствовал привкус металла во рту. Уже в первый день начала болеть голова, хотя до этого я вообще не знал, что такое таблетка. Меня в 1989 году как военного хотели комиссовать. Но мне тогда было только 30 лет, и я не понимал, как это в таком возрасте можно комиссоваться? Хотелось служить. Если бы я тогда уволился, то у меня бы пенсия сейчас была тысяч 60. Но я тогда об этом не думал – остался служить в Киеве. Комиссовался только после того, как развалился Советский Союз. Новую присягу не стал принимать – вернулся в Россию. Прослужил в итоге 25 лет и ушел на пенсию, только когда уже начал терять сознание.

Я пишу стихи. У меня вышла книжка недавно. Стихов – 6 или 7 сборников. Пишу обо всем, в том числе и о том, что случилось в Чернобыле.

Вы сейчас лежите в стационаре... Довольны ли вы условиями содержания?

– Здесь на самом деле не самые лучшие условия. Все палаты прокурены, постельное белье пахнет никотином. У меня есть кислородная маска, которой я иногда пользуюсь, но я же не буду ей все время пользоваться? Задыхаться начинаю – подышу через нее немного, вроде полегче становится. Нужно, чтобы правительство выделило нам какой-то специализированный стационар, уж за 25 лет можно было бы найти деньги. Есть такая клиника в Москве, но туда не так-то просто попасть, потому что туда люди со всей России едут.

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
ТОП 5
Рекомендуем